Разрушение Дьявольского Акра (ЛП)

— Мы все едем к имбринам. Мне нужно знать, что происходит.
  
Глава двенадцатая
 
Пока мы спешили, чтобы не отстать от длинных шагов стражников, лица имбрин следовали за нами. Каждые несколько секунд, словно на волшебном ветру, влетал очередной ВИНОВАТЫЙ плакат и оклеивал им ближайшую стену или фонарный столб. Виноват, виноват, виноват, как барабанный бой. Я видел, как это происходит повсюду: плакаты гонялись за людьми по улице, били людей по голове.
Не все из нас пошли. Клэр отказалась быть частью того, что казалось противостоянием имбринам. Хью присоединился к Фионе, все еще отдыхавшей в доме. Гораций был явно измучен событиями дня, но также сказал, что нашему делу будет лучше, если он примет снотворное и ляжет спать в надежде, что ему приснятся какие-нибудь полезные вещие сны.
У здания министерства небольшая, но шумная толпа толпилась на мощенном булыжником переднем дворе. Они размахивали бумагами и требовали, чтобы их впустили, в то время как фаланга охранников не давала им подойти к массивным железным дверям. Но они пропустили меня и моих друзей.
— Я хочу знать, что это значит! — закричала женщина, размахивая газетой. — Если это правда, я собираюсь…
— Что? — спросила Эмма, целясь пылающим пальцем в нос женщины. — Свергнуть имбрин? Пойти туда и сдаться Каулу?
Прежде чем женщина успела ответить, краснолицый мужчина оттолкнул ее с дороги.
— Ты! — крикнул он, и из его ушей буквально вырвалась струя пара. — Скажи своим птицам, чтобы они вышли сюда и поговорили с нами. Мы заслуживаем знать, что происходит!
Енох повернулся к нему:
— Они работают до смерти, пытаясь спасти нас от Каула, вот что происходит!
Эмма изумленно уставилась на него.
— Давайте не будем останавливаться и спорить со всеми горячими головами в Акре, — сказал я и подтолкнул их обоих вверх по ступенькам к железной двери, которая распахнулась с громким жалобным скрипом.
— Разве у тебя нет более серьезных причин для беспокойства? — крикнул Енох через плечо, когда мы проскользнули внутрь. — Неблагодарные слюнтяи!
Двери с грохотом захлопнулись. Енох в гневе ударил кулаком по стене.
— Ну, Енох, я и не знала, что тебя волнует, что люди думают о птицах, — сказала Эмма.
— Не знаю, — смущенно ответил он, потирая руку.
— Так что ничего страшного, если ты будешь болтать чепуху о птицах, — усмехнулась Оливия, — но если кто-то еще осмелится…
— Я не хочу об этом говорить, — проворчал он и последовал за ожидающими охранниками.
Нас провели через похожий на пещеру вестибюль, пустой, если не считать нескольких служащих, с закрытыми ставнями служебными окнами. Затем по длинному мрачному коридору в зал заседаний Совета Имбрин, где снаружи стояла еще одна пара стражников. Табличка, прикрепленная над большой деревянной дверью, гласила: «ТИХО, ПОЖАЛУЙСТА!»
— Да, — сказал один из стражников, кивнув нам с Нур. — Остальным — нет.
— Я не войду без них. — сказал я.
— Значит, никто из вас.
— Чушь собачья, — сказал Енох и проревел: — МИСС САПСАН! ЭТО ЕНОХ! ВПУСТИТЕ НАС!
Стражники потащили Еноха по коридору, пока он бился и ругался. Затем дверь комнаты распахнулась, и появилась мисс Сапсан.
— Боже мой, мистер Коллинз, впустите их!
Охранник выглядел взволнованным.
— Но вы сказали…
— Не обращайте внимания! Впустите их! Мистера О'Коннора тоже, пока обещает вести себя прилично.
Еноха отпустили, и он быстро зашагал назад, отряхивая жилет и бросая непристойные жесты в сторону охранников, которые, судя по всему, представляли себе, как треснут его дубинками по голове. Мисс Сапсан предупредила нас, чтобы мы молчали, и мы последовали за ней в комнату с высоким потолком.
Я никогда раньше не видел, чтобы длинный стол для совещаний был полон. Двенадцать имбрин сгрудились вокруг него в позах беспокойства и сосредоточенности: мисс Кукушка, мисс Королёк, мисс Бабакс, мисс Черный Дрозд и другие, которые в присутствии старших имбрин были необычайно тихи. Мисс Зарянка сидела во главе стола, председательствуя из своего инвалидного кресла. Она подняла руку в нашу сторону.
 
— Мистер Портман, мисс Прадеш, пожалуйста, присоединяйтесь к нам. Это касается и вас тоже — или скоро будет.
Мисс Сапсан положила руку нам на спину и подвела к столу. Мы встали; стульев больше не было. Я почувствовал, как что-то толкнуло мою ногу, и посмотрел вниз, чтобы увидеть Эддисона под столом. Я прошептал «привет», и он одними губами произнес: «Привет». Как и мы, он был не слишком высокого ранга, чтобы сидеть за столом, но, как доверенный адъютант мисс Королёк, ему, по крайней мере, было позволено находиться под столом.
Эмма и Енох подошли к краю комнаты, думая только об одном — о предводителях американских кланов, — но, увидев так много имбрин в разгар серьезного обсуждения, они, казалось, подавили свой аппетит к конфронтации. По крайней мере, временно.
— Если твои подопечные чувствуют себя вполне комфортно, Алма, я продолжу, — фыркнула мисс Кукушка. На ней была военная шинель с золотыми полосками на манжетах, а в руке она держала тонкую палочку с длинной ручкой и кусочком красного мела на конце. Мисс Зарянка, возможно, и была номинально главной, но мисс Кукушка, похоже, была избрана стратегом битвы. Они с мисс Сапсан пристально смотрели на стол, где на полированном дереве была разложена огромная карта большого Лондона.
— Каул хочет окружить нас, — серьезно произнесла мисс Сапсан, — и я не сомневаюсь, что он это сделает.
Мисс Кукушка постучала мелом по Дьявольскому Акру. Его граница была отмечена извилистой зеленой линией, примерно квадратной, около центра карты. Акр стал настолько важным местом в моей жизни, что в моем воображении он заполнил большую часть Лондона, и я был потрясен, увидев его маленьким и незначительным пятнышком. — Сначала он разрушил петлю мисс Зуёк в Сквотни.
Она подвинула палочку к краю карты и постучала по петле, обозначенной белой спиралью. На нем уже было начертано зловещее меловое «Икс».
— А затем, как мы все видели совсем недавно, он разрушил у мисс Цапли. — Ее палочка скользнула к другой петле, на некотором расстоянии от города, которую она перечеркнула двумя взмахами мела. — Кроме нашей, в Лондоне еще действуют только три петли… здесь, здесь и здесь. — Ее палка постукивала по широкому кругу вокруг Акра.
— Думаю, он захватит их в течение дня, — сказала мисс Сапсан. — Самое большее, два. — Она посмотрела на мисс Кукушу, которая мрачно кивнула в ответ.
— Он подождет, пока в наших доспехах не появится трещинка, — нервно сказала мисс Черный Дрозд, блуждая третьим глазом. — А когда он появится…
— Их не будет! — Мисс Кукуша ударила по карте так сильно, что кончик мела отлетел, заставив мисс Черный Дрозд подпрыгнуть. — Наш щит выдержит. Пенпетлекон в выключенном состоянии непроницаем. Каул и его друзья могут окружить нас, если захотят, но они остановятся у наших ворот. Нас не запугать.
— Не знаю, — услышал я голос Еноха. — Некоторые люди кажутся довольно запуганными.
Мисс Сапсан бросила на него пронзительный взгляд. — Я же просила тебя помолчать. Или мне приказать стражникам оттащить тебя в темницу?
Енох уставился в пол.
— Кстати, о «друзьях» Каула, — сказала Эмма из глубины комнаты, — что это были за чудовищные создания, которых он послал в петлю мисс Цапли?
 
Мисс Сапсан повернулась и сердито посмотрела на нее.
— Все в порядке, Алма, — сказала мисс Зарянка. — Вы, дети, можете подняться к столу вместе с нами.
— Неужели? — сказала Оливия, широко раскрыв глаза.
— Это очень необычно, — сказала одна из имбрин, недавно прилетевшая из другого места, которую, как я позже узнал, звали мисс Свиристель.
— Мы многим обязаны не только мистеру Портману, но и всем подопечным Алмы, — сказала мисс Зарянка. — Они заслужили право говорить.