Создатель Миров 4: Вторжение (СИ)

Он совершил страшную ошибку. Великий Белый Дух, Цикл Бытия, Аколипт — все они были разными персонажами. Александр, сам того не ведая, посеял семя противоречия в свою божественную природу. И теперь его терзал тот же процесс, из-за которого простые души распадались на части, если слишком быстро повышали свою концентрацию. Только в десять, в сотню раз сильнее. Словно три веры, три народа, миллионы сознаний разрывали его на куски.
В какой-то момент Александр обнаружил, что в его голове звучат разные мысли. Временами он думал, как Великий Белый Дух: Здравствуй, Нара... Здравствуй, Мира... Временами как Цикл... Временами — таинственный и кровожадный демон. Если бы Александр открыл глаза, ему предстала бы ужасающая картина. Три нароста вырывались из его тела. Три божества стремились на волю, жадно пытаясь урвать себе как можно больший кусочек его души.
Александр понял, тем краешком, маленьким островком своей мысли, который ещё не поглотили вихри безумия, что ещё немного и он... растворится. Исчезнет. Ещё немного, и на смену единому Александру придут три разные сущности, каждая из которых верила и питалась верой остальных в свою обособленность.
Его душа распадалась. Сознание — таяло. Островок стабильности, островок его собственного Я стремительно рассыпался у него под ногами. И Александр ничего не мог сделать. Как ни пытался он сосредоточиться на себе самом. Как ни повторял он: я это я. В его голове звучали три разных я. Чириканье. Блеянье. Писк.
Александр был почти в отчаянии, и даже отчаяние его уже таяло, исчезая вместе с ним самим, как вдруг, в последнюю секунду безумная мысль мелькнула у него в голове, и он, силой воли, покинул свой мир.
Александр свалился на пол чёрного пространства, и буря притихла. Отдалилась. Ветер затих, и, казалось бы, всё закончилось, но мысли всё равно расплывались у него в голове, как мокрые чернила. Он был уже разобран, уже разлагался, уже исчезал...
Неужели это конец?
Мужчина не мог пошевелиться и даже не мог закрыть глаза, как вдруг в его сознание, помимо трёх расплывчатых фигур, появилась ещё одна.
Александр увидел себя... Настоящего себя. Заурядного человека в свитере и штанах, который стоит на берегу озера и держит на ладони маленькую медузка.
В чём смысл жизни... Создатель?
Его лицо стало задумчивым. Он ответил так, как ответил бы на этот вопрос сам. По-настоящему... И стал отдаляться, и в то же время собираться воедино. Александр увидел пару перламутровых глаз. Он увидел в них своё собственное отражение, отражения себя, настоящего себя, и ухватился за него последними крохами своего внимания.
И, медленно, но верно, песчинка за песчинкой, Александр стал собираться воедино.
Сперва растворилась птица. Исчезла в голубом небе.
Зачем кролик рассыпался в прах.
Наконец чёрный демон испарился, и его козлиный череп свалился на груду прочих.
В сознании Александра остался только один силуэт.
Он сделал глубокий вдох... И медленно открыл глаза.
  
Глава 91. Законы и Перемены
 
Александр приподнялся и стал неуверенно осматриваться. У него всё ещё кружилась голова. Стараясь найти опору, он свалился на кресло, но это не помогло, ибо помутнение было не снаружи, не в его теле, но в душе. Даже сидя он чувствовал себя прямо как на корабле во время бури. Весьма точное сравнение, подумал он, ибо ему действительно приходилось бывать на самом настоящем корабле во время самой настоящей бури. Когда весь мир неумолимо качается вправо и влево, влево и вправо... Как маятник.
И как же это всегда приятно, когда буря наконец затихает, и земля выпрямляется. Вскоре Александр почувствовал, как волнение постепенно сходит на нет. Ему даже почудился тот особенный, очень свежий морской ветер, который бывает только после шторма.
Александр сделал глубокий вдох и щёлкнул пальцами. Перед ним вспыхнула и сразу погасла, как сноп искр от зажигалки, тонкая белая трещинка.
Мужчина сосредоточился и ещё раз щёлкнул пальцами — трещинка стала больше. Затем ещё раз — ещё больше. На третий раз она сделалась устойчивой, и Александр, приподнявшись, заглянул в неё и проверил, что было с другой стороны.
 
Ничего... Сплошная белизна.
Александр уже было протянул в неё руку, но затем, помявшись, отвёл её назад. Нет... Сперва ему следует освоиться со своими новыми силами, и только потом устраивать экспедицию за пределы родного пространства.
Он вышел из пластины на чердак и стал с интересом разглядывать окружающий мир. Последний претерпел монументальные перемены. Всё вокруг пронизывали тонкие струны законов. Картина была неописуемая. Казалось, взору Александра открылось новое, четвёртое... Нет, пятое измерение, которое как бы задавало тон всем остальным.
Александру вспомнилась сцена из матрицы.
Что видишь?
Цифры.
А я вижу красотку в красном платье...
Он испытывал похожее ощущение, только наоборот. Каждая деревяшка, каждый гвоздик, каждая паутинка стала не более чем проявлением слаженной и незримой системы. Компьютер способен создать тысячу образов посредством одних только нулей и единиц — но законы были намного сложнее. Все цифры этого мира могли раствориться в их безграничном океане.
Закончив осматриваться, Александр осторожно протянул руку и создал ещё одну трещинку. С другой стороны была всё та же белизна. Тогда он выцепил взглядом закон «твёрдости» и попытался его как-нибудь нарушить. Ведь именно это могли делать прочие существа Четвёртого ранга — нарушать законы. Александр сосредоточился, вскинул руку...
И вдруг понял, что не имеет ни малейшего понятия, что ему делать дальше.
Действительно, а как ему, собственно, влиять на все эти законы? Неужели просто хвататься за них голыми руками? Александр попробовал — получилось, но довольно скверно. Белые нити проскальзывали через его пальцы. Влияние на материальный мир тоже было странным. Пол на мгновение стал проваливаться, словно сделавшись жидким, а потом снова укрепился и задеревенел — теперь в нём появилось углубление.
Мужчина помялся и вдруг понял, что находится перед четвёртым и завершающим этапом своего подготовительного плана. Ему нужно было перейти на Пятый ранг, научиться не только менять законы, но изменять их по своему усмотрению.
Как это сделать?
Александр задумался.
Для начала следует понять, что вообще подразумевает собой нарушение законов... Мира, Ву Лин, Акация — все они были созданиями четвёртого ранга, но каждый из них нарушал законы по-своему.
Мира использовала телекинез, который, после того, как она стала богиней, тоже достиг божественных высот; Ву Лин был великим мастером боевых искусств и мог одним ударом своей лапки расколоть целую планету; Акация в последнее время редко использовала магию, в основном занимаясь решением административных вопросов.
Что же между ними было общего?
Их способности, подумал Александр, основывались на двух вещах: на том, как другие люди, то бишь верующие, воспринимали их силу, и на том, как её видели они сами.
Ву Лин был воином и мудрецом.
Мира — аналогично. Эльфийка всегда славилась великим Римусом. Только если раньше она могла разве что швыряться кинжалами, то теперь способности позволяли ей изменить ландшафт целого континента.
Александр ещё немного подумал, сосредоточился и стал покрываться серой шерстью. На голове у него выступили рога. Один его глаз сделался козлиным, с прямоугольным зрачком, другой — заострённым. Александр прищурился, и вдруг сухие деревянные доски засверкали — они превратились в золото.
Сработало...
Губы козла изогнулись в улыбке.
Только что он, Аколипт, легендарный демон, который даровал первой ведьме её волшебные силы, использовал магию. Только маны в его мире не было, а потому он заменил её силой веры.
Затем Александр попробовал прочие личины: он превращался в белую птицу и двигал предметы силой мысли; обращался старым кроликом и заставлял сухое, десятки лет назад обработанное дерево покрываться свежими зелёными пупырышками.