Создатель Миров 4: Вторжение (СИ)
Кроме него в толпе было ещё несколько выделяющихся личностей с обширной свитой. Все они были героями пера и бумаги, от которых ожидали великолепных результатов...
Глава 55. Экзамен
— Смотрите, смотрите, это же Кхар из Школы Чёрного Ветра — величайшей академии северного моря!
— А это Варан, второй ученик мудреца Чёрной Горы, того самого, которого называют третьим мудрейшим драконом после Вури и его мудрейшества Императора...
— А это... О, Вури Благословенный, да это же сам мудрец Чёрной горы, поверить не могу...
— Я... Такое чувство, что я становлюсь умнее просто потому, что смотрю на всех этих драконов...
В толпе звучали оживлённые голоса. Обыкновенные учёные, а также зрители, которые просто хотели посмотреть на то, как будет проводиться экзамен, обсуждали самых впечатляющих кандидатов. Последние по-разному отвечали на столь пристальное внимание к собственной персоне. Некоторые им наслаждались, другие были обескуражены, третьи же так привыкли, что всюду их сопровождают восторженные возгласы, что попросту их не замечали...
— Великие драконы, — вздохнул Сун и покачал головой. — Мой учитель мог быть среди них, если бы он...
— Твой учитель поступил правильно, Сун, — спокойно заметил кролик в длинной бамбуковой шляпке.
Вместе с обезьяной они стояли посреди очереди и тоже привлекали определённое внимание. Сперва, замечая пару мохнатых зверей, драконы начинали искать их хозяина, предполагая, что странно ряженные кролик и обезьяна были чьими-то питомцами; когда же никто не находился, драконы переключались на более интересную тему и обсуждали очередное великое дарование.
— Правильно или нет — зависит от меня, — улыбнулась обезьяна.
— И всё же, — на этих словах её морда озарилась волнением. — Сир Ву, я благодарен вам за ваше предложение, но... Вы уверены, что хотите сделаться моим помощником?
— Почему бы и нет, — смиренно ответил Ву. — Все остальные учёные драконы взяли себе целую свиту. Они будут им помогать, разглаживать бумагу, разводить чернильные брикеты... Это сэкономит им немало времени, и таким образом они получат некоторое преимущество. Я немного понимаю в том, как должен себя вести учёный, и я тебе помогу...
— Спасибо вам... — с благодарностью в голосе сказал Сун.
Кролик едва заметно наклонил голову.
Вскоре пара приблизилась к дракону за стойкой, который записывал кандидатов на экзамен. Сперва он посмотрел им за спину. Затем, никого не увидев, прищурился и сказал глубоким голосом:
— Если ваш хозяин хочет записаться, он должен сделать это лично.
— У нас нет хозяина, мы сами хотим... Вернее, я хочу, а он — мой помощник, — и с этими словами Сун передал небольшую, исписанную иероглифами медную табличку. Дракон нахмурился, но всё же принял её в свои когтистые лапы и принялся читать. Меж тем в толпе возникло некоторое волнение. Все остальные учёные драконы с пристальным интересом стали разглядывать пару:
— Серьёзно? Им тоже... Можно?
— Учёный зверь! Вот это чудо! Чего только не увидишь в столице.
— Это и в столице большая редкость...
— А может, это шутка?
— Да кто же будет так шутить, глупости. Но дело странное.
— Хм...
Чёрный дракон, облачённый в белую мантию, которого сопровождала целая плеяда слуг, приподнял голову.
— Вы хотите поделиться своей мудростью, о, принц Кархан?.. — нарочито громким голосом спросил слуга, который был почти в три раза меньше своего мастера. Все немедленно обратили на дракона пристальные взгляды. Принц Кархан являлся сыном самого императора, — в этом не было ничего удивительного, у последнего было более сорока отпрысков, каждый из которых был в той или иной сфере выдающейся личностью, — но принц Кархан был одновременно одним из самых младших детей его мудрейшества и самых умных. Свою учёную степень он получил в возрасте всего пятнадцати лет! Его почитали, как величайшее дарование за последнее десятилетия, хотя и ходили слухи о некоторой тщеславности юного принца.
— Нет ничего удивительного в том, — размеренным рыком заговорил чёрный дракон, — что просвещённый зверь может сделаться учёным, ибо способный учитель в состоянии воспитать даже и дикое животное. Нет, также, ничего удивительного в том, что учёный зверь решит испытать свои способности на экзамене...
Все собравшиеся слушали дракона с пристальным вниманием. Сун, которому уже вернули его сертификат, тоже обернулся и прислушался. Морда обезьянки озарилась, когда дракон упомянул его учителя; в то же время сир Ву наоборот — нахмурился. Он заметил вторую половину фразы драконы: «воспитать даже дикое животное». В словах принца сквозила потаённое презрение.
Наконец кандидаты стали заходить на заранее подготовленную площадку. Она представляла собой широкую мощёную площадь, расположенную на вершине каменного плато, с которой открывался прекрасный вид на протяжённые зелёные долины. Площадку эту пересекала длинная плита из чёрного стекла. Рядом лежало зубрило и несколько чанов, в которых дымилось раскалённое золото. Именно здесь будут записаны имена драконов, которые займут первую сотню мест.
Ещё немного дальше возвышалось каменная платформа, на которой находились гигантские столпы. Это были сидения экзаменаторов. Средняя колона была самой широкой и высокой. Она предназначалась для самого императора, его мудрейшества Креста Первого.
Сун присел на землю и скрестил ноги. Кролик присел неподалёку. Ещё через тридцать минут показались экзаменаторы. На каждом из них была мантия разного цвета — синяя, чёрная, белая, пурпурная и золотистая. Только императора всё не было, что немало расстраивало зрителей, которых к этому времени собралось уже несколько сотен тысяч — они разместились на трибунах, возвышающихся на другом конце площадки. С неё можно было видеть учёных, которые в этот момент либо сами, либо с помощью своих слуг доставали все необходимые для работы принадлежности: свитки, кисти и чернильные брикеты.
Ву Лин разложил всё необходимо, присел и закрыл глаза, дожидаясь, когда снова потребуется его помощь. Сун благодарно ему кивнул, скорее как другу, нежели слуге, взял кисть, сделанную из собственного волоса, и сосредоточился. Через пару минут раздался гонг. Слуги стали разносить бланки с вопросами.
Экзамен начался.
Глава 56. Последний вопрос
Любой человек, которому приходилось сдавать экзамены, особенно важные, от которых зависит вся его или её дальнейшая жизнь, знает, насколько нервирующий это процесс.
Как только прогремел гонг, на широкой каменной площадке повисла абсолютная тишина. Даже зрители на трибунах, который ещё секунду назад вели оживлённые разговоры, немедленно замолчали и сосредоточились на происходящим действе. Только ветер завывал время от времени, дёргая за белоснежные листы бумаги, которые учёные расстелили перед собой на деревянных подставках, и за кончики кисточек.
Наконец, когда всё было готово, и кисти, вымоченные в чернилах, зависли над белой, как пасмурное небо, бумагой, экзаменатор в золотистой мантии, сидение которого находилось выше всех остальных, уступая только императорскому, прорычал первый вопрос:
— Великий мудрец Вури, — говорил он медленным голосом. — утверждал, что благо есть наивысшее благо несмотря ни на что, но не в том случае, когда благо не является наивысшим благом. Распишите, что подразумевают эти слова в трёхстах и менее иероглифах. Начинайте...
Зашуршали кисточки. Некоторые учёные сразу принялись писать. Другие сосредоточенно всмотрелись в свои листочки. Третьи приподняли головы, закрыли глаза и стали прислушиваться к ветру, как будто надеясь услышать в его завываниях верный ответ.
Сун помолчал некоторые время и принялся писать.
Сир Ву, в свою очередь, присел рядом и время от времени поглядывал на изящные строки, которые выводили мохнатые пальцы его новоявленного друга. Время от времени белый кролик одобрительно кивал, время от времени качал головой. Один раз в его глазах промелькнуло удивление, и взгляд, которым он смотрел на Суна, изменился — в нём появилось уважение. Кролик ничего не говорил. Прислуге запрещалось помогать своему мастеру — за этим делом пристально следили стражники. На самом деле "сир Ву" легко мог обойти их надзор, но в этом не было нужды.