Создатель Миров 4: Вторжение (СИ)
Прямо за городом зеленели плантации, на которых произрастали сахарный тростник, какао и кофе. Вместе с лесопилками, они занимали среднюю часть острова. Город находился на южной. На северной же возвышалась над морем особенно высокая скала, на которой громоздилась великая, высотой почти в двадцать этажей, белая крепость...
Глава 45. Шесть морей
Белая крепость громоздилась на вершине каменного утёса. Её крепкие, угловатые стены как бы продолжали каменистые наросты и вместе с ними терпели удары волны, когда на море закипала буря. С другой стороны твердыни простирался небольшой городок, состоявший из дворика, сада, в котором росли редкие и прекрасные цветы, рощи, пары конюшен, кузницы, кожевни и всех прочих необходимых строений... Не было только храма, и на это была простая причина: сама цитадель представляла собой одну большую церковь, ведь это было не что иное, как «Обитель Белых Крыльев», легендарная вотчина ордена паладинов...
На балконе крепостной стены, почти у самой крыши, стоял старик в плотной серой мантии. Он был совершенно седой, и всё же спину свою держал прямо. Ему открывался прекрасный вид на песчаную площадку. Прямо сейчас на ней стояло несколько дюжин молодых эльфов. Слушая инструктора, они оттачивали свои умения управляться с летающими кинжалами, пытаясь с закрытыми глазами поразить цель на расстоянии нескольких сотен метров.
Ещё немного дальше находилась беговая дорожка, на которой другая группа тренировала свою выносливость. Старик посмотрел на бегущих и одобрительно кивнул. В здоровом теле здоровый дух. Настоящий паладин должен развивать все свои способности, как умственные, так и телесные, чтобы стать достойным слугой её святейшества Белой Императрицы, Первого наместника Нара и Великого Белого духа...
Старик ещё некоторое время наблюдал за двориком, затем посмотрел на краешек моря, вид на который открывался с балкона, повернулся и зашёл в просторную, но очень скромную, прямо оголённую каменную комнату. В ней были: стол, стул, фигура белой птицы на всю стену, кровать и больше ничего.
Старик встал на колени перед птицей и прочитал молитву. Затем он присел за стол, нацепил круглые очки без ободков и стал медленно разбирать своими костлявыми пальцами стопку бумажек. В этот момент старец мог показаться самым обыкновенным библиотекарем или бедствующим священником. Сложно было представить, что имя этого монаха знал едва ли не каждый образованный эльфов, что легенды о нём ходили по всем шести морям, что это был сам Фарман — основатель ордена паладинов...
Много лет прошло с тех пор, как заурядный священник с небольшого и бедного острова услышал божественный глас и отправился странствовать по всему свету, творить чудеса и проповедовать волю белой птицы. За это время он совершил немало великих деяний, сказания о которых до сих пор были на устах.
Он спас целую торговую флотилию во время страшной бури.
Потопил флагман первого короля пиратов Маруна, поймал его и заковал в кандалы.
Своими руками он убил ужасного морского змея, грозу чёрного моря, а также совершил великое множество иных не менее поразительных подвигов. Он был настоящим героем. Цари малых и больших островов, мэры и президенты покорно склоняли перед ним свои головы. Ему стоило только пожелать, и он мог сделаться единоличным правителем целого архипелага. Сокровищ, которые он раздобыл за время своих приключений, было достаточно, чтобы доверху набить всю Цитадель Белых Крыльев жемчугом. Дважды. И тем не менее в келье, в которой он проживал, были только грубая кровать, статуя и рабочее место.
Среди всех его добродетелей, больше всего эльфы прославляли смирение Магистра. Всю свою жизнь Фарман посвятил служению божеству. И даже сейчас, в преклонном возрасте девяносто семи лет, он продолжал корпеть над бумагами.
Старик открыл баночку чернил, добытых из моллюска, обмакнул острие пера чайки, наклонился над бумагами и принялся читать. Время от времени он чертил на полях галочки и крестики.
В отчёте говорилось, что в этом году в Орден приняли более тысячи новых рекрутов. Большей частью они были с архипелага Зелёного мыса, так как именно здесь находилась Цитадель Белых крыльев, и здесь же ордену проще всего было распространять своё влияние. Остальные прибыли из прочих морей срединного бассейна. В отчёте даже прилагалась карта. Фарман посмотрел на неё мельком своими глазами, необыкновенно ясными для эльфа такого почтенного возраста, и стал читать дальше.
Он помнил карту наизусть и знал очертания, фауну и порядки едва ли не каждого острова, названия которых школьники учат с первого по третий класс, чтобы затем благополучно забыть, если только их профессия не будет связана с морской навигацией.
Известный мир представлял собой так называемый «срединный бассейн» протяжённостью в несколько десятков тысяч квадратных километров. Составляли его шесть морей: Море Зелёных Глубин, в котором, собственно, и находился архипелаг Зелёного мыса, Лазурное море, Чёрное море, Море Тайн, Жемчужное море и Безымянное море. Все они были усеяны мириадами разнообразных больших и малых островов, на которых правили короли, президенты и местные советы... После великой катастрофы мир оказался разобщённым, а потому на большинстве островов были свои порядки и своё правительство. Лишь совсем недавно, пятьдесят лет назад, стали появляться первые большие государства.
Среди них был Альянс Зелёного Мыса, в который на данный момент входила почти четверть всех островов данного моря, Царство На, Торговая Конфедерация, Вольный союз и альянс корсаров чёрного моря, которым правил уже третий по счёту король пиратов. Впрочем, власть его была настолько номинальная, что лишь немногие считали это сборище головорезов полноценным государством.
Границы шести морей определялись морскими течениям. Именно от них зависела погода, климат и торговые маршруты. Чёрное море и Море Тайн граничили друг с другом, однако опытный моряк их никогда не спутает. Цвет неба, сила и запах ветра и растительность на островах сразу позволяли отличить одно от другого.
Многие клочки земли всё ещё оставались неизученными и таили древние руины. Впрочем, — и тут взгляд Фармана снова опустила на карту, а вернее на беленький участок вокруг неё, — срединный бассейн представлял собой лишь малую долю мироздания. Прямо за ним тянулся смертоносный и таинственный Великий Предел...
Глава 46. Тёмный континент
На всех картах великий предел изображался как белое кольцо, которое опоясывало известный мир. Это были бурные, неспокойные и чрезвычайно смертоносные воды, главную опасность в которых представляла даже не сама природа, — хотя следует заметить, что море это было особенно тревожным, — но всевозможные ужасающие монстры. Немногие корабли смели покидать срединный бассейн с целью разведать дальние горизонты; ещё меньше из них могли вернуться.
И в каком они возвращались состоянии! Потрёпанные, разбитые, зашуганные моряки рассказывали безумные истории о гигантских птицах и морских чудовищах, которые могли утащить под воду целый галеон... Они рассказывали про грубые каменные острова, которые на проверку оказывались панцирями гигантских черепах, про странные замки, которые парят прямо посреди небо, и про загадочные воды, из которых невозможно вернуться...
Многие из этих легенд были вымыслом, многие... Фарман замер, разглядывая листок своими мутными глазами.
...Многие были правдой.
Он и сам, много лет назад, совершил экспедицию за пределы известного мира, надеясь пронести сияние своего божества в самые отдалённые уголки мироздания. И потерпел крах. Это было его первым и единственным поражением, после которого он навсегда оставил мысли о том, чтобы снова покорить великий предел, «тёмное море», как называли его иные моряки.
Впрочем, несмотря на то, что своей цели экспедиция так и не достигла, она всё же принесла некоторые плоды.
Сами собой, пальцы Фармана провели перо возле карты и начертили снизу от неё неровную береговую линию.