Танцующая с ветром (СИ)

- Ну да. Приходится поддерживать порядок. – Отряхивая руки, мужчина выпрямился и закрыл дверцу печи, за которой уже плясало разгорающееся пламя.
- Кто-то еще приходит сюда?
- Нет. – наконец обратив внимание на мой смущенный вид, он тепло улыбнулся – Целый день я строю козни и коварные планы, а потом возвращаюсь сюда и успокаиваюсь, наводя порядок.
Я так и не поняла, правду он говорил или шутил.
- Чего желаете отведать?
- Не знаю, чего-нибудь быстрого.
- Из быстрого у меня только немного подсохшие хлеб и сыр. Сейчас вернусь.
Он спустился в подвал, а я покосившись на журнал с ядами, отошла подальше и села на высокий табурет за столом. Хотелось пролистать записи, но я уже понимала, что там найду.
Казэ копался в подвале так долго, что мое воспаленное страхом воображение уже успело по напридумывать всяких кошмаров. Из подвала он вернулся не с топором, а с коробкой овощей.
- Вы ведь мандагарка? Значит должны уметь готовить борщ?!
С сомнением приподняв бровь, я заглянула в коробку. Овощи, все в земле и опилках.
- Наверное, но если честно, немного сомневаюсь в этом. А мясо есть? Для борща нужно мясо на кости.
- Мандагарская кровушка просыпается, почуяв родную кухню. – засмеялся он – Не переживайте, я умею готовить. Вот только он получается темно-оранжевым, а не бордовым.
- Вы его, наверное, перекипятили в прошлый раз. Так что там с мясом?
- Есть немного. Я купил его для несколько иных нужд, но если отрубим кусочек, хуже не будет.
Для каких таких нужд, я просить не успела, он вновь ушел в подвал.
Лишний раз поражаясь чистоте посуды, я вытащила большую кастрюлю.
- Вы роту солдат кормить собрались?
- О! – поменяла на меленькую.
- Теперь мы знаем, что когда вам приходилось готовить, готовили вы много, значит вас окружало много людей. Хотя на ребенка из многодетной семьи вы не похожи.
- Вы так хорошо разбираетесь в природе людей?
- В Академии я обучался на антрополога. Помимо биологии, мы изучали и социологию, и психологию и множество иных интересных предметов.
- Ого. – выпрямившись, я посмотрела на него во все глаза – На ученого-антрополога вы похожи меньше всего. Быть может, немного на геолога, из-за щетины и не свежего внешнего вида.
Оттянув ворот рубахи, он его понюхал и покачал головой.
- Тут вы правы. По специальности ни дня не работал. Правы были преподаватели, когда говорили, что ни чего хорошего из меня не выйдет. – сказал он и стянул рубаху через голову.
Лицо вспыхнуло, и я резко отвернулась, вдруг заинтересовавшись овощами.
- Чего это вы так испугались? – послышался его насмешливый голос за спиной.
- Почему морковка в земле?
- Значит морковка вас интересует? Да, ладно вам, чего вы там не видели?
- Было темно. – буркнула я.
- Не щупали?
Посмеиваясь, Казэ удалился, поняв, что я в одной фразе от самовоспламенения от смущения.
- Пойду затоплю баню. – крикнул он из коридора, оставив меня одну.
Выдохнув, я прижала пальцы к пылающим щекам.
Уф. Нашла, о чем думать. Этот человек без зазрения совести перетравил демон-знает-сколько народу, а ты о его морковке думаешь. Фу, Имина. Фу.
Кухня не переставала удивлять. Когда я повернула кран из него побежала вода. При этом в углу висел обычный рукомойник. Должно быть на крыше установлен водосборник и такие чудеса бывают только после дождей, а в обычные дни пользуются ведром.
Перемыв и перечистив овощи, как были целиком бросила их в кастрюлю. Масла или сала для жарки найти не удалось, так что каноничного мандагарского борща не выйдет. Зато будет вкусный бульон.
Помешав варево, заскучав выглянула в окно. Сначала я почти обрадовалась пыльным окнам, хоть что-то в заброшенном доме выглядит как полагается. А потом увидела Казэ расхаживающего по двору в одних штанах.
Фу. Имина. Фу. – укорила я себя.
Пока печь разгорится, пока вода согреется и закипит. Караулить её тут нет смысла. Расчесав волосы пятерней, я вышла во двор. Улыбнувшись ласковому солнцу, я остановилась посреди двора раскрыв объятия, напитываясь теплом.
 
Колка дров прекратилась. Приоткрыв один глаз, я с улыбкой посмотрела на Казэ, что, выпрямившись, наблюдал за мной.
- Вы обещали ответить на любой мой вопрос.
Он сделал приглашающий жест и вернулся к дровам. Интересно как он их сюда притащил столько?
- Вы хотите смерти императорской семье? – спросила я – За то, что они напали на вашу?
Сделав паузу, Казэ выпрямился, вытирая пот со лба.
- Вас это удивляет? Мне казалось, вы и сами имеете счеты с этой семейкой.
Распустив волосы, позволяя ветру играть с прядями, я прошлась по примятой траве и села на чурку.
- Убивать их я точно не хочу.
- Даже Рокеро? – сощурился он.
- Это была самозащита. – скрестив руки на груди, хмуро отозвалась я – Как бы дурно это не звучало, но от смерти одного принца, ничего страшного не случится. А что будет, если вы погубите всех? Вы уже отравили Императора и двух его сыновей, стравили оставшихся, неужели вам мало?
Удивленно посмотрев в ответ, он воткнув топор в чурку и ногой подкатив другую, сел рядом.
- Уж не о высокой морали вы со мной желаете поговорить?
Мне в миг стало неуютно от его взгляда, пришлось приложить усилие, чтобы не отвести взгляд.
- О последствиях. Рокеро причинил зло вашей семье. Он мертв. Всегда пожалуйста. – развела я руками, в ответ на жесткую усмешку – Но если вы убьете Императора и Кейджи, это грозит Империи Но междоусобицами, когда советники и Сёгунат начнут её делить.
- А вам так жалко Империю Но?
- Мне жалко людей, которые пострадают из-за вашего гнева.
Выпрямившись, словно желая отодвинуться от меня, Казэ покачал головой.
- Так вот для чего Кейджи прислал вас?
- Нет, он хочет арестовать вас, и как мы видим не без основательно.
Глаза его растеряли остатки веселья. Упрямо наклонив голову, он смотрел в ответ, жестким, холодным взглядом, от которого хотелось отвернуться и отодвинуться.
- Вы его оправдываете?
- Никого я не оправдываю, но мне достает ума, понимать почему он делает то, что делает.
- Что ж, просветите меня. – скрестив руки на груди попросил Казэ.
- Воспитание и традиции. Мне может не нравиться то, что принцы делают, но они в своих поступках логичны и последовательны. Они выросли в определенной среде и было бы глупо ожидать, что нонсеранский принц, будет поступать так, как поступил бы магистр кондомовской Академии на его месте.
Темно-синие глаза Казэ были холодны подобно северному морю. Бравада и плутовское веселье рассыпались. Я вдруг разглядела жесткие складки морщин, искривлённую травмой переносицу, шрамы на губах, скрытые неопрятной щетиной, в которой уже виднелись серебряные волоски. Я готова была смотреть куда угодно, лишь бы не в эти жуткие, холодные глаза.
- Я был о вас лучшего мнения.
В первый момент стало больно и обидно. Захотелось что-то ответить, чтобы оправдать себя. Объяснить, что я совсем не это имела в виду и...
- Какого демона? – поднимаясь, упирая руки в бока, спросила я, нависая над ним – Какого же мнения вы обо мне были? Думали мне может понравиться чья-то смерть? Принцы, разбалованные властью и вседозволенностью дети, так вот вы ничуть не лучше! – брови его поползли вверх, но ответить я не позволила – Ах, я такой бедный несчастный, мне сделали больно, утоплю в крови сотни тысяч человек!
Казэ так резко подскочил на ноги, что мы едва не стукнулись лбами.
- Может стоило оставить вас в тюрьме? Чтобы вы прочувствовали гостеприимство Изумрудного дворца? Стоило подождать, когда они начнут с вас кожу на живую снимать?...
- Не будем забывать, что спасали вы не меня, а Её!
- Так ты из-за этого взбесилась?
- Я не взбесилась! – и опровергая собственное утверждение, стукнула его по плечу кулаком – Это вы все здесь бешеные! Как будто говорить не умеете, только строить козни и бить друг друга палками.