К теплым морям. Том первый (СИ)
- Ну, во-первых, «ниже нуля всего пару раз» - это только для вас «тепло», а во вторых — когда это у вас появились земли на берегу Долгого моря?
- Да уж три века как. Мы даже войнушку лет на двадцать закатили по этому поводу. У тебя в школе что? Историю не учили?
- История Залесья в школьную программу не входила. О вас окружающие, кстати, вообще довольно мало знают. Я еще довольно осведомлен о ваших реалиях. Большинство знает только: «Холодно, водка, медведи».
- Да я в курсе… Еще часто вспоминают, что у них там кто-то из предков закопан.
- Замерз?
- Прибили нахуй… - Капитан недовольно фыркнул, - Задолбали все на морозы сваливать: «О! Это все климат и плохие дороги, а не то бы мы...». Когда мы к Гюйонцам пожаловали с «ответным визитом» у них там что? Тоже погода резко испортилась? Дороги поломались? Да воевать просто надо уметь! А коли не умеешь — не залупаться на тех, кто в курсе с какой стороны оружие держат!
- Ну, справедливости ради — вам тоже, помнится, навешивали.
- Было дело — не спорю. Только мы — чаще!
Гордо приосанившись, Капитан жестом дал понять, что считает дальнейший спор на эту тему бессмысленным, ввиду очевидного преимущества Залесцев в военном деле и принялся набивать трубку. Старпом пожал плечами, и задрал голову, пытаясь снова найти дирижабль, но тот уже скрылся из виду.
...
Со стороны сходен, соединявших их судно с «Амелией» раздался стук деревянного костыля, и на палубу спустился пожилой бьернхельмец весьма необычного вида: у него отсутствовала левая нога, левая рука по локоть, а вся левая часть лица представляла из себя один сплошной шрам, вперемешку с лоскутами натянутой кожи.
Ловко прыгая на зажатом под культей костыле он подошел к Капитану и отсалютовал здоровой рукой.
- Попутного ветра — хорошей погоды.
- И тебе не хворать, отец. Ты кто будешь?
- Старший помощник я. - бьернхельмец кивнул в сторону сухогруза, - Познакомиться пришел.
- Что-то поздновато. Мы уж сколько идем, а ты только пожаловал.
- Ну, сам видишь — у меня уже здоровье не то, чтобы лишний раз шарахаться куда-то. До гальюна догрести — и то проблема, не то что с визитами разгуливать.
- Понятно. Ну тогда будем знакомы. Я — Вад. Капитан тутошний. А это — Антон. Коллега твой. Вот там, со шваброй, Федор. Матрос. Механика звать Амяз и он внизу.
- Свер Олафсон. Это вы что ли боцмана моего отходили так, что у него лицо на дохлого тюленя похоже было?
- Он сам предложил. Сказал: «Скучно ему»!
- А ты и рад стараться. Постыдился бы мальчишку-то лупасить.
- Мальчишку?
- Ага. - Свер усмехнулся, - Ему семнадцать вот только исполнилось.
- Херассе?!! - Капитан со Старпомом переглянулись, - Кто-ж знал? Смотрим - здоровый кабан вроде. Наглый как пьяная обезьяна. И бородища больше моей. Ну теперь то все понятно стало. А то уж больно бестолково дерется для такого длинного языка и такого дурного характера.
- У них в роду все такие… Говорят у его деда первые усы в одиннадцать пробиваться начали. В старину их род берсерками славился — сражались, говорят, как звери. Если не было врагов — своих крушить начинали…
- То есть его лучше не лупасить, чтоб чердак не сорвало?
- Да не… Он еще вкус священной ярости не знает, а мозги вправлять надо… Но вы, все таки, имейте ввиду.
Свер поглядев на курящего Капитана, и достав из кармана свою трубку и кисет, одной рукой ловко набил табак, и прикурил от зажженной об костыль спички.
- А как он в таком возрасте боцманом стал? - полюбопытствовал Старпом.
- Бернард не решился отказать. Капитан наш... - Свер снова усмехнулся кривой из-за шрамов улыбкой, - Он, так то, мужик хороший, но трусоват.
- Да мы уж поняли…
- А ты его не вини — в молодости, говорят, он в такие рейсы ходил, что в порту ставки сто к одному были, что не вернется.
- А что потом с ним сталось?
- Семья. Женился, детей завел, и вдруг понял, что если с ним что-то случится, то пропадут они без него…
- Бывает…
Все некоторое время молча курили, потом Капитан, долго косившийся на Свера решил таки спросить.
- Это где тебя так?
- Как?
Вместо ответа Капитан ладонью провел линию между его левой и правой частью.
- Снаряд прилетел. Аккурат в ходовой мостик. Всех кто по середке стоял — в клочья. А я правее был — так что меня в клочья только слева. Так что с военной службы пришлось уйти. А душа все равно в море просится. Вот теперь у Бернарда помошничаю — он мужик сердечный, вошел в положение, а то на берегу я бы рехнулся с тоски.
- Военным моряком был, значит… На каком судне служил?
- На «Скальде».
- «Скальд»? А часом не у…
- Да. У Тюленьих островов дело было.
- А снаряд часом не…
- С «Боярина». Знатно мы тогда вас недооценили: три «охотника» новой постройки против старой бронебатареи и учебного судна. Кто ж мог подумать, что все так обернется?
- «Скальд» тогда утоп, помнится?
- Да. И «Ольв» на обратном пути затонул от полученных повреждений…
- Тесен мир… А я на «Чайке» был тогда. Курсантом еще. Считай второй или третий выход в море. Думали все — кранты. А нас «Боярин» бортом прикрыл и залп дал. И первым же залпом — прямое.
- Вот этим залпом меня… Того… «Скальд» хода лишился и ваша «Чайка» нам торпеду в борт всадила… Как нож под ребро. «Сигурд» подошел что бы нашу команду снять, а «Ольв» за вами погнался, но вы дымами прикрылись и в шхеры ушли. «Боярин» же по «Сигурду» лупить начал. «Ольв» вернулся и его прикрыть попытался… Ну и получил за это.
- Да… Война она такая. - Капитан вздохнул, - А теперь вот встретились, стало быть… Зла то не держишь?
- Нет. На тех кто на «Боярине» - зол был крепко в свое время, за то, что они по кораблю, который тонущих спасал, огонь вели. Хотя если по уму рассудить, то какой у них еще был выход? Вам бы второй раз торпедную атаку мы провести не дали, а против даже двух «охотников» шансов у него не было. Утопили бы его, а потом дальше пошли и порт бы обстреляли, а там у них дома, семьи… Требовать, при таких раскладах, от них благородных манер? Что бы они таким шансом не воспользовались? Есть дураки такие, которые требуют, чего скрывать. А я…
Свер махнул рукой давая понять, что не собирается продолжать говорить об этом, и оглядел сторожевик.
- Твой?
- Мой! - с готовностью подтвердил Капитан, который тоже был рад сменить тему, - Недавно купил. Он только без двигателей, но в остальном — полный порядок!
- А что без двигателей? Комплектного не нашлось?
- Да каким подвернулся — таким и взяли. Сам видишь: судно большое, крепкое, а за те деньги, за которые мы его сторговали, так вообще считай что подаренный.
- Прям дешево?
- Двести. Аменских.
- Обосраться… - Свер чуть не подавился дымом, - Дешевле железа. Краденый что-ль?
- Не без того… Но за такую цену надо было брать не раздумывая.
- Это да. А с двигателями что делать думаешь?
- На верфь загоним и новые поставим.
- Дорого.
- На такое дело никаких денег не жалко.
- Кстати о деньгах… Вы почем Бьернсону кораблик продали?
- Сменяли. Мы ему корабль, а он нас до Фессалии доставляет. А что?
- Да так…
- Колись в чем дело? - потребовал Капитан, заметивший на губах Свера улыбку.
- Да это наш, местный юмор… Просто если бы ты был бьернхельмцем, ты бы Бьернсону корабль не доверил.
- Ну, моряк из него пока так себе, судя по тому, что он «Боорд» угонять в Острова хотел, но это потому что молод еще.