Жена напоказ 2 (СИ)

Невеста герцога я или кто? Да и душевные раны от сорванной свадьбы мне просто необходимо было залечить. Так я ей и сказала — а она, кажется, поверила.
На другой день я вызвала представителя из лучшей парфюмерной лавки Жардина — и хваткая девица разложила на широком столике кучу крошечных флаконов, которые через полчаса наполнили комнату головокружительной смесью ароматов.
Это было даже интересно, хоть я предпочла бы заняться присланными с винодельни отчётами по состоявшейся недавно отгрузке значительной партии вина. Да и мадам Хибоу передала из Эйл какое-то послание в весьма пухлом конверте: моё отсутствие дома вынуждено затягивалось.
Но когда я уже планировала список развлечений на третий день отъезда Ренельда, он вдруг вернулся. Какое облегчение! Насторожило лишь то, что приехал он под утро, довольно скрытно, и сообщил мне об этом сам Тибер: никому из слуг герцог не доверил такую новость.
— Его светлость просит вас зайти к нему как можно скорее, — драматическим шёпотом проговорил ассистент. — И не сообщать об этом вашей сестре.
— Он что-то нашёл?
Тибер многозначительно кивнул, чем только напугал меня. Ведь как бы то ни было, я всё же надеялась, что Оли не замешана в деле Собирателя. Получается, всё же да? Проклятье!
Я собралась так быстро, как смогла. За завтраком едва не подавилась сваренным в мешочек яйцом, а затем чуть не опрокинула себе на колени горячий кофе. Всё эта спешка!
Тибер пропустил меня в кабинет Ренельда с такой осторожностью, словно в банковское хранилище. Я едва вошла и тут же вжалась в дверь спиной.
— Кто это?! — указала взглядом на тёмную мохнатую кучу, что лежала под боком у благостно обнюхивающего её Лабьета.
— Это шинакорн, — спокойно пояснил Ренельд.
Куча зашевелилась, развернулась — и действительно превратилась в шинакорна, только более мелкого, чем напарник месье дознавателя. Весьма аккуртная морда, уши поменьше, да и вся туша казалась более сухой и стройной.
— Это что, твой потерянный по молодости щенок? — обратилась я к Лабьету, который любовно поглядывал на свою уменьшенную копию. — Обретённая дочь? Или сын…
Я наконец отлепилась от двери и подошла ближе. Незнакомый пёс вытянул морду в мою сторону и понюхал воздух. Затем тревожно покосился на месье довольного дознавателя, словно бы спрашивая, что я такое и откуда тут взялось.
— Нет, Мари, — Ренельд подошёл тоже. — Во-первых, это девочка. Во-вторых… Её опекала Оли. В-третьих, её зовут Ли. Или Лилия. Так мне сказал тот старик, у которого она жила.
Уже приходя в себя от лёгкого удивления, я опустила взгляд на Ли. Лабьет с явным блаженством на морде тягуче провёл огромным языком по её уху. Но самка вдруг подскочила с места и нежно прижалась боком к бедру Ренельда. Пёс нахмурился и недовольно рыкнул.
— Кажется, он ревнует, — я прикусила губы, чтобы сдержать улыбку.
— К сожалению, — Ренельд погладил Ли по макушке. — Но ничего, это пройдёт.
Лабьет обиженно фыркнул и демонстративно отвернулся. А вот девочка глянула на него с явным победным выражением на морде. Похоже, она нарочно его злит. Та ещё штучка!
— И что это значит? — я присела на край огромного стола месье дознавателя. — Ли оказалась связана с моей сестрой?
Но вместо ответа Ренельд вдруг приблизился ко мне вплотную и обнял за талию. Подался вперёд, неспешно исследуя моё лицо колючим взглядом.
— Вообще-то я ждал, что моя невеста хотя бы скажет, как невероятно по мне скучала.
Вот это заявления!
Настал черёд Ли недовольно ворчать и толкаться. Но герцог стоял на месте, словно утёс. И так же, как огромная гора, нависал надо мной, давя своей привлекательностью.
— М-м, — протянула я. — Твоей невесте некогда было скучать. Она усиленно развлекала сестру всякими глупостями. Вот, — сунула Ренельду запястье. — Кажется, я настолько пропиталась духами, что за неделю не отмоюсь.
Месье дознаватель, конечно же, воспользовался случаем.
— Давай я лучше проверю здесь, — склонился к моей шее и едва ощутимо, немного щекотно провёл по ней  кончиком носа. — И правда. Невероятная смесь запахов.
 
Я невольно прикрыла глаза, ощутив горячее и чуть влажное прикосновение его губ к коже. А он, похоже, в весьма благостном расположении духа!
— Постой! — я слегка оттолкнула его. Что с ним вообще такое? Словно он успел опрокинуть пару бокалов шампанского. — Постой, сейчас разве время?
И тут я только поняла, что в спешке забыла надеть обязательный аксессуар с вайлетом. Привыкла не выбраться из комнаты без камней, что скрадывали фон моей ауры, а тут — пронеслась через ползамка, сияя, как магическая лампа. Похоже, это как раз и лишило герцога его обычной рассудительности. Весьма внезапно.
Он наконец тоже это понял и потому отстранился. Нахмурился, досадливо махнув рукой по волосам.
— Просто я пару дней как в стабильном тёмном фоне от шинакорнов. И потому твоя аура… — он скосил на меня жадный взгляд, — ощущается очень остро. А прийти без вайлетов очень неосмотрительно с твоей стороны.
— Да, — я провела кончиками пальцев по ключицам.
Ренельд склонился к диску войта на своём столе, хлопнул по нему ладонью — слегка раздражённо.
— Тибер, будь добр. Сходи в покои мадам д’Амран и попроси, чтобы служанка передала бархатку с фиолетовым камнем из её шкатулки.
— Хорошо, ваша светлость.
Войт зашипел и смолк. А пока герцог говорил с помощником, я с чувством лёгкого умиления наблюдала за тем, как Ли залечивала разбитое беспощадным дознавателем сердце ласками Лабьета. Тот, конечно, отворачивал от неё морду, но недолго. А затем с наслаждением принялся покусывать её холку.
— У них, гляжу, взаимопонимание, — проговорила я, когда Ренельд вернулся ко мне.
— Она похожа на тебя, — заметил тот с усмешкой. — Любит его помучить. А он влюбился, кажется, уже в тот миг, как увидел её. Потому терпит и ждёт, когда ему будет позволено больше.
Я помолчала, не зная, как относиться к его словам, глянула на него украдкой — и совершенно постыдно наткнулась на ответный ожидающий взгляд.
— Так что это значит? — решила я вернуться к оставленной теме. — Это доказательство?
Ренельд вздохнул, складывая руки на груди.
— Думаю, да. И мне придётся заключить Оли под стражу до выяснения того, что она на самом деле знает. Похоже, она встречалась с Собирателем. Впрочем, это не удивительно. Если он знал, что раньше она была связана со мной и занималась исследованиями в части взаимодействия аур, то мог сам выйти на неё. Как и на других магов, кто был замешан в похожих делах. А вот разбор модифицированных заклинаний тех ловушек, что сработали в нашу свадьбу и того, что отравляло твои виноградники, показал, что в них использовались каналы, созданные аурой шинакорна. И вот. Этот шинакорн нашёлся.
— Что будет грозить Оли, если всё подтвердится?
Конечно, я не могла сказать, что судьба Оли меня не беспокоит. Но её попытки развести меня с Ренельдом, а может быть, и помощь Собирателю, заставляли быть осмотрительнее и не бросаться на её защиту. В таких делах родственные связи не должны влиять на решения.
Пусть очень горько это осознавать.
— Если подтвердится… — Ренельд пожал плечами, — ей грозит заключение на довольно неприятный срок. Однако, если она даст показания и укажет на Собирателя, то я смогу повлиять на то, чтобы его уменьшить.
— Главное, чтобы ты разобрался, — твёрдо ответила я.
Только одно тревожило меня гораздо больше: то, как отец отнесётся к тому, что случилось. Ведь он непременно узнает! Он всегда гордился Оли, даже простил ей то, что она отказалась от его фамилии. И после отчисления всё равно продолжал поддерживать старшую дочь. Не забывал интересоваться её жизнью — может быть, даже больше, чем моей. Ведь я устроилась в жизни гораздо лучше. Наверное, это справедливо.
 
Тем сильнее будет его разочарование.
— И что ты собираешься делать с Ли?
— Если оторвать её от Лабьета, он закрызёт меня, — Ренельд тихо рассмеялся. — Я не собираюсь запирать её в подвале. Но пока что нам лучше не распространяться о том, что она здесь. За ней нужно следить. Почти так же, как за тобой. Она — ценное доказательство. И, возможно, сумеет помочь найти Собирателя. Надо только с ней договориться. А пока это не удаётся даже Лабьету. Она ему не доверяет.