Марко, я - твоя война! (СИ)

Хмыкаю, едва сдерживая внезапно накативший нервяк.
— Сомнительно, — ворчу себе под нос, скрещивая руки на груди. Давно понял, что ей плевать на чужое имущество.
На наручных часах половина двенадцатого. Соучастник моего шоу должен появиться с минуты на минуту. Финансист не упустит такой возможности. Придёт полюбопытствовать, чтобы позже острить за каждый мой косяк.
— Что?! — озадаченно выпаливает Лиса, бегая из стороны в сторону. Её пальцы не прекращают потирать виски.
— Ничего, — произношу как можно спокойнее. У самого, глядя на свою, в висках пульсирует и искрит. — Суки, говорю. На кой хрен было колёса резать? Вандалы чертовы. Придётся эвакуатор вызывать, отвозить твою тачку на станцию, менять полностью шины с резиной.
— Я же нечаянно… — произносит надтреснутым от отчаяния голосом. — Только фару, мать вашу! — со злости заряжает стопой в выхлопную трубу моей дерзкой любимицы.
«Ладно, позлись», — делаю поглубже вдох. — «Я отомщу, когда натяну твой шикарный зад на свой член и заставлю скулить, как последнюю сучку».
— Это же ерунда, по сравнению с этим гадством!
— Угу… — неуверенно соглашаюсь, ощущая в паху прилив очередного тепла. В том, что рано или поздно я разложу её на какой-нибудь плоской поверхности, сомнений не возникает. — Глянь на лобовое. Там что-то написано.
Лиса, недолго думая, обходит своего немца и устремляет хмурый взгляд на моё сообщение.
— «В расчёте…» — прочитав, поджимает губы.
Движения аппетитной груди, как и её дыхание, становятся резкими и порывистыми. Засматриваюсь.
— В каком, на хрен, расчёте?! — неожиданно для меня оспаривает моё предложение, уничтожая временное перемирие в корню. — С покупкой новых колёс я влечу в нехилое такое бабло! Неужели фара к этой гребаной тачке стоит дороже? А?!
Стреляет в меня гневным взглядом и тут же наклоняется, что-то выискивая рядом с испорченными мною шинами.
«Да нет, малышка, дело абсолютно не в деньгах», — размышляю, глядя на Лису. — «Для тебя это мелочи. Для меня моя тачка — зеркало моего внутреннего мира. Это мой социальный статус, в конце концов! И трахнув мою крошку, ты трахнула моё самолюбие, доказывая мне, что это полная ерунда!»
— Ээээ… Лис, Лис! Ты что творишь?! — отрываю зад от спорткара Гаура, как от подошвы горячего утюга, и мчусь к ней, закипая внутри, словно электрочайник.
— Ну вот, — довольная собой, обтряхивает руки словно после грязной работы. — Теперь мы точно в расчёте.
Подлетаю к капоту, плюхаясь на него ладонями.
— Ох, бляяяя… — хриплю, хватаясь рукой за горло, ибо воздуха становится катастрофически мало. Рассматриваю на блестящей эмали кузова своё перекошенное от ужаса лицо, обрамлённое выцарапанным ею сердцем. — Ты… мать твою… Инсульт на мою голову…
— Что с тобой, Марк? — испуганно заглядывает в мои глаза.
Сучка, придушу…
— Ничего, — сиплю, пытаясь отдышаться. — Это всё от внезапной жары. Щас отпустит.
— Как я теперь домой уеду? — шепчет, задумчиво кусая губу.
Я бы ей сейчас эту губу, нахрен, откусил!
— А вон, — замечаю подмогу с синей мигалкой на крыше, — они подкинут. С ветерком. И даже без пробок. Шучу.
— Какого черта ты творишь, parva?! — позади раздаётся голос дружка.
Алекс, срезая путь, протискивается между кустов можжевельника, и, вперивши взгляд в капот моей куколки, теряет дар речи.
— Ваша работа? — храбрится ненормальная, указывая пальцем на свои колёса.
Черт! Где её черти вырвали на мою голову??? У неё диплома «помощницы по созданию обширных проблем» случайно нет?
Волк поворачивает ко мне озадаченное лицо. Я невинно пожимаю плечами, задействовав мимику, мол, не тупи, брат! Дожми девчонку, сейчас же! И Лекс тотчас вникает в суть дела, подыгрывая.
— Мне больше нечем заняться? Какого черта вы сделали с моей машиной? — принимая агрессивную позу, мгновенно подавляет в Алисе отвагу.
Девчонка, побледнев, опускает плечи. Блять! Нужно было завязывать со всем этим ещё в офисе. Не успеваю что-либо ответить, как к нашей тусовке присоединяется Итан. Сам Мишель не явился на арест, чтобы Лиса не заподозрила сговор.
 
— Здравствуйте! В полицию поступил вызов о порче имущества. Кто хозяин испорченного автомобиля?
  
Глава 16. Сто причин ненавидеть
 
Глава 16. Сто причин ненавидеть.
Марко.
— Я!!! — Лекс с Лисой хором отвечают на поставленный вопрос и тут же переглядываются между собой.
— Вот, полюбуйтесь, пожалуйста, — насупив брови, товарищ хлопает ладонью по капоту, подзывая парней из полиции. — Девушка у нас выдающаяся художница. До Рембрандта ей, конечно, далеко, но факт остаётся фактом. Вандалка!
— Я вандалка? — возмущается заноза, посылая Лексу уничижительный взгляд. — Да вы только посмотрите, что сделали с моими колёсами! Ещё и послание оставили на лобовом стекле.
— Девушка, предъявите свои документы, — Итан выглядит убедительным. Впрочем, как и всегда. Он же настоящий коп. Главное, чтобы наш спектакль всем боком не вылез. Если Лиса пронюхает, придётся охмурять девчонку всеми возможными и невозможными способами, чтобы она от злости не сожгла ещё чего-нибудь. Если же нет — у меня будет шанс превратить её в тихую, податливую кошечку.
— Это вы начертили сердце? Ответьте.
— Вы меня не слышите? А как же моя машина? Здесь явный вандализм! — Лиса указывает рукой на колёса, краснея и закипая внутри. — Я всего лишь разбила фару. Причём, неспециально! Оставила свой номер, чтобы возместить убытки. Мне ответили: «В расчёте!» и порезали колёса. Какого черта?! А?!
— Ох, черт! — Алекс замечает разбитый поворотник и пару царапин. Выпучивает глаза и, похоже, что сейчас ему уже не до шуток. Вот она — мужская солидарность! Зуб за зуб! — Да вы ещё и поворотник разбили? Поцарапали дорогостоящую эмаль. Охренеть…
— А вы мне колёса порезали! Все до одного! Да, черт! Они тоже недешёвые! — выпаливает Лиса.
— Не резал я ваши колёса! Мало того, что вы испортили мою! Дважды! Так ещё пытаетесь обвинить в порче вашей!
— А кто порезал? Святой дух, что ли?
— Так! Стоп! — вскидывая руки вверх, Итан просит заткнуться обоих. — Нам звонили по поводу ДТП. К этому прибавилось сердце. Девушка, спрашиваю последний раз. Вы нацарапали это любовное послание?
— Аха-ха… Без адвоката ничего отвечать не буду, — заправив непослушные пряди волос за уши, показательно скрещивает руки на груди. От этого жеста соблазнительная ложбинка между пышными полушариями становится более выразительной, привлекая мой взгляд. Замечаю, что не только мой. С неожиданным укором впериваюсь в Итана.
— Вы знаете эту девушку? — отмерев после секундного замешательства, знакомый продолжает допрос, обращаясь ко мне. — Вы были с ней рядом на момент порчи машины? Сердце — её рук дело? Напоминаем, что за лжесвидетельство предусмотрена уголовная ответственность.
— Здесь камеры наблюдения есть. Вы можете изъять запись, — стараюсь быть честным. Всё-таки Лиса погорячилась. И это гребаное сердце на моём капоте меня до сих пор подбешивает.
— Я задал вопрос. Ответьте на него, — требует Итан для важности дела.
— Девушка — наша новая сотрудница. Первый день. Нервная слегка. Вот и начертила, не разобравшись.
Лицо госпожи Беловой вспыхивает алым, покрываясь разнообразными эмоциями. Кажется, сейчас сольёт на меня все свои аффекты.
— Почему вы босая? — полицейский застаёт Лису врасплох своим внезапным вопросом, как только она открывает рот, чтобы снова возмутиться.
— В этой стране штрафуют и за это? Серьёзно? Я сломала каблук! По вине этого человека, — указывает на меня пальцем, готовая сжечь заживо вспыхнувшим ненавистью взглядом. — За сексуальные домогательства на работе у вас не сажают?
— Девушка, у вас есть гражданство?
— Какое это имеет значение? Без адвоката отвечать не стану и всё! Почему вы строите из себя глухого и непонимающего?
— То есть тупого? Вы грубите полицейскому, вы в курсе? Пройдемте в машину. Проедем в участок, там и будем во всём разбираться, — Итан подходит к девчонке и берёт её под локоть.