И.о. поместного чародея. Книга 2 (СИ)

Говоря это, он небрежным жестом создал еще один светящийся шар, и направился к полуразрушенной стене, из дыры в которой мы только что вывалились. Теперь, когда у нас имелся источник света, я смогла рассмотреть помещение, где мы находились – то был небольшой зал, потолок которого просел весьма опасным образом – мы сейчас находились в той его части, где не приходилось наклоняться, но чуть далее для передвижения пришлось бы согнуть спину, а затем и встать на четвереньки. Я присмотрелась и заметила подобие тропинки, протоптанной в грязи – гоблины не раз бывали здесь, но, чтобы пройти по их следам, нужно было проползти под самыми опасными на вид камнями, каким-то чудом все еще удерживавшимися на весу.
Не успела я обдумать как следует то, насколько мне не хочется соваться в эти темные щели, как вернулся Искен, на лице которого читалось разочарование.
– Плита не поддается, – сказал он. – Вряд ли у нас получится выбраться отсюда эти путем.
– Не так уж много имеется у вас в запасе сил, а, господин чародей? – не преминул отпустить колкость Мелихаро, на что Искен раздраженно отвечал:
– Конечно, я мог бы попытаться выбить силой злополучную плиту, но не исключено, что до наших тел, погребенных под обвалом, который за этим последует, не доберутся даже оголодавшие гоблины. И к тому же… – он не договорил, но я вспомнила, как опасался Искен разрушить своим колдовством портал, окончательно закрыв путь к могиле Горбатого Короля, и поняла, что сейчас он не станет рисковать, пусть даже за крепость здешних стен ему поручатся все местные обитатели.
Я со вздохом повернулась в сторону прохода, выглядевшего все более грязным и узким с каждой секундой, и махнула рукой, безмолвно соглашаясь с предложением Искена, которое тот еще не успел озвучить.
– Я пойду первым, – решительно объявил Искен, удовлетворенный тем, что наконец-то отвоевал место предводителя, которое считал полагающимся ему по праву в любой ситуации, – за мной пусть следует Рено, а вы, господа, решайте сами, в какой очередности будете передвигаться.
– Это очевидно, – тут же ответил Леопольд, в котором таилась бездна предусмотрительности. – Вслед за госпожой Брогардиус поползу я, а господин Мелихаро станет замыкающим. Во-первых, я не хочу, чтобы какая-то подземная тварь схватила меня за пятку и уволокла к себе в нору, а во-вторых – если проход значительно сузится, я не желаю погибнуть от голода и холода, пока этот упитанный субъект будет намертво закупоривать лаз.
– Ну знаете ли, мессир! – демон свирепо уставился на Леопольда. – Как я посмотрю, вам нет дела до того, что кто-то может ухватить за пятку меня!
– Ухватить-то может, но вот утащить куда-либо тушу вроде вашей сможет только пресловутый король гоблинов, которому тут нипочем не протиснуться, – без промедления парировал Леопольд, который в подобных спорах лишался даже тех зачатков деликатности, которые у него, возможно, имелись.
И мы двинулись вперед – настолько медленно и осторожно, чтобы каждая зловонная лужа на нашем пути успела как следует пропитать нашу одежду и промочить сапоги. Гоблины, не отличавшиеся высоким ростом и привыкшие к здешним затхлым запахам, вряд испытывали неудобства, пробегая по своим тропам, затянутым склизкой плесенью, похожей на густую паутину. Да и бесхитростная жизнь их, наполненная ожиданием того, что вскоре либо твой ближайший сосед станет твоим ужином, либо ты сам угодишь ему в брюхо, не способствовала зарождению страха перед низко нависшими камнями, державшимися на своих местах лишь благодаря тонким бледным корням неизвестных растений. Падающие же за шиворот мокрицы вовсе становились для них приятным сюрпризом и сытным угощением. А вот я, то и дело чувствуя, как моей шеи касается что-то липкое и холодное, слыша шуршание осыпающейся земли и задыхаясь от вони, проклинала день и час, когда решила переступить порог дома магистра Аршамбо. Тропа, к тому же, изобиловала провалами – недостаточно узкими для того, чтобы их можно было без труда перешагнуть, но и недостаточно широкими для того, чтобы шныряющие здесь гоблины озаботились починкой пола.
 
Магическая светящаяся сфера мерцала совсем слабо – Искен сберегал силы, разумно полагая, что наш путь может затянуться. Я не могла разглядеть, как глубоки трещины и промоины, пересекающие наш путь, но из их недр тянуло холодом, запахами застоявшейся болотной воды и гниения, что исключало всякое желание знакомиться с ними ближе. Гоблины, будучи существами низкорослыми, легко перепрыгивали эти провалы, нам же, большую часть пути проделывавшим на четвереньках, приходилось туго: скакать, точно блохи, никто из нас не обучался. Даже высокий и ловкий Искен с трудом перебирался через зияющие в полу дыры. Что уж говорить обо мне – существе низкорослом? Каждая моя попытка самостоятельно преодолеть яму заканчивалась тем, что Искен тянул меня за руки, а магистр Леопольд придерживал за ноги, приговаривая: «Когда он вас не удержит и вы нырнете в провал вниз головой – постарайтесь рассмотреть, что там внизу, если сразу не нахлебаетесь тухлой воды! Мне кажется, в этих дырах полно всяких хищников, но хотелось бы знать наверняка!». После этих напутствий мне оставалось только с завистью наблюдать, как магистр Леопольд торопливо растопыривается над провалом, пользуясь своим неоспоримым преимуществом – долговязостью. Уж у него-то шансов упасть вниз было ровно столько же, сколько у длинноногого паука.
Демон и вовсе проявлял чудеса ловкости, конечно же, легко объяснимые для меня и для магистра, знающих тайну Мелихаро. Но приходилось беспокоиться, не заподозрит ли неладное Искен – от существа столь плотной комплекции никто не ждал бы особо выдающнейся прыгучести. При других обстоятельствах, более располагающих к наблюдениям, любой сведущий чародей опознал бы в бывшем секретаре создание несомненно бесовской природы, поэтому следовало благодарить судьбу за то, что она загнала нас именно в такую дыру – тошнотворно тесную, омерзительно темную и чертовски неудобную.
Медленно мы продвигались вперед, прислушиваясь к шорохам и плеску – казалось, где-то неподалеку кто-то опасливо выныривает из темной, застоявшейся воды, чтобы так же настороженно прислушаться к нашим шагам.
Вскоре мы очутились перед завалом из камней, преодолеть который не смогли бы – тропа, казалось, обрывалась здесь. Я почувствовала, как сердце от страха превратилось в ледяной ком – что за ужасная судьба ожидала нас, похороненных заживо в этом темном подземелье? Однако голос разума подсказывал, что ход не мог так просто оборваться, и мы принялись ощупывать все камни в поисках тайного прохода. Удача улыбнулась магистру Леопольду – он прищемил себе ногу, однако за упавшим камнем обнаружился лаз – настолько тесный, что больше походил на звериную нору. Но деваться было некуда – один за другим мы протиснулись в темную дыру и поползли, извиваясь точно ящерицы. Бедняга Мелихаро несколько раз застревал и магистр Леопольд оказался настолько самоотверженным, что разрешал демону цепляться за свои ноги – хоть и стонал при этом точно роженица.
– Здесь просто смердит гоблинами, – громко прошептал Мелихаро после очередной подобной неприятности.
– Тоже мне еще новости! – пренебрежительным тоном отозвался Искен, доселе ползший с исключительным молчаливым достоинством.
– Нет, я имею в виду то, что мы приближаемся к их большому скоплению! – с досадой промолвил демон. – Чертова прорва гоблинов неподалеку, вот что я хочу сказать!
– Отчего же не слышно их писка и визга? – осведомился Искен. – Только не говорите, что они соблюдают правила приличия при своем короле! Не желаю слышать больше этой чуши. Король гоблинов, князь крыс, император клопов!..
Однако я заметила, что чародей стал прислушиваться и двигаться тише, да и Леопольд сменил стоны на шипение и утробное гудение.
Мне начинало казаться, что нора никогда не закончится, однако Искен вдруг остановился так резко, что я ткнулась носом в подошвы его сапог.
– Тут просторно, – тихо сказал он, немного попятившись. – И мне кажется, что дальше есть обрыв. Выбирайтесь за мной как можно тише.