Его тайные желания (СИ)

— Игорь, — повторяю, словно в бреду, когда он оглаживает влажные складочки, приближаясь ко входу во влагалище.
Свободной рукой хватает за волосы на затылке и прижимает лбом к своему лбу.
— Если бы ты только знала, что я хочу с тобой сделать, — выдыхает хрипло.
— Делай, — срывается с губ слово, которое не должно быть мной произнесено, но так уверено звучит.
— Не здесь и не так, — качает он головой и захватывает нижнюю губами зубами.
Тянусь к его ширинке в неистовом желании отплатить то же монетой.
— Тише-тише, — останавливает он меня шепотом и возвращает мои руки себе на грудь.
Тяжело дыша, смотрим друг другу в глаза. Кровь шумит в ушах и хочется наброситься на него и повалить на пол, сев сверху.
Я становлюсь дикаркой? Что со мной не так?
— Мы обязательно продолжим начатое, но сейчас мне пора. Я заехал на минутку, чтобы сказать, что сегодня ближе к полуночи заберу тебя, — произносит Игорь, но я всё еще плохо улавливаю смысл сказанных слов.
— Мог бы и смской это написать.
— Тебя бы удовлетворило смс?
— Так, как это сделал ты? Никогда.
Ну, разве можно так с живым человеком?
Заявиться на мое рабочее место. Довести до умопомрачения. Пустить по телу горячие волны цунами. Вихрем ворваться в мысли. И исчезнуть, пообещав, что заберет меня в полночь.
За что так со мной?
Зачем так волнительно и трепетно?
Время только девять часов вечера, а я уже успела дважды сходить в душ, испробовать на себе шесть лосьонов для тела, перемерить несколько комплектов белья и решить, что я никуда не пойду. Хотя в душ третий раз так и подмывает сходить.
Мамы всё еще нет. Говорит, что начальник лютует и нужно доделать какой-то проект в авральном режиме, иначе завтра грозят отодрать всех березовой палкой.
Мама, как и всегда, подбирает слова с тщательностью умалишенного, собирающего кубик Рубика в темноте.
В итоге мой вечер проходит в режиме ленивой гимнастики для глаз: я смотрю, то в монитор ноутбука, то на экран телефона, то на настенные часы.
Еще немного и я попросту смозолю глаза.
Внезапный звонок в дверь вывел из сумбурных мыслей. Отставила кружку с давно остывшим кофе и направилась в прихожую, прокручивая в голове варианты того, кто бы мог прийти в вечерний час. У мамы есть ключи. Игорю я не называла номер своей квартиры, все остальные, обычно, заранее звонят на телефон, а потом уже в звонок.
Огладила шорты на заднице, поправила лямки топа на плечах и взъерошила все еще влажные после душа волосы. С опаской провернула ключ в замке и приоткрыла дверь ровно настолько, чтобы можно было увидеть нежданного гостя и, в случае чего, захлопнуть перед его носом дверь. Мало ли кто ходит в гости по вечерам…
Стоило приоткрыть дверь, как в глаза бросилась светлая копна волос.
— Только не прогоняй! — поторопилась Вилка и даже выставила руку, почти воткнув наманикюренные ногти мне в глаза.
— Только глаза мне не выткни, — чуть отклонилась от нее и открыла дверь пошире, но не для того, чтобы позвать ее в гости, а для того, чтобы с самым серьёзным лицом опереться о дверной косяк и строго посмотреть на подругу. — Ну? Чем порадуешь? Дозой решила поделиться? Продать?
— Ди, не лютуй, пожалуйста, — состроила она виноватую рожицу. — Я знаю, что та еще овца и нет мне прощения. Но только не отворачивайся от меня. Меня никто, кроме тебя не тащит за волосы из этого сраного болота.
— Сказала девочка, которая родилась с золотой ложкой в заднице, — выгнула я бровь.
— Вот! — спохватилась Вилка. — Я избалованная тварина, которую только ты делаешь лучше. Не бросай, Ди! — молила она и протянула мне цветок подсолнуха.
Мой любимый. Зараза!
— Свидание, — изрекла я.
— Свидание, татуха, парашют, страпон. Любой каприз. Всё, что хочешь, только не отпускай мои волосы, — разве что не плакала Вилка.
— Ты пойдешь на свидание, дурёха, — смеялась я, принимая из ее руки цветок.
— Я? — выпучила она глаза, указав на себя пальцем. — Твой секси-дед оказался совсем плох и ты решила сплавить его мне? Ты еще злее, чем я думала.
 
— Во-первых, ты еще не прощена, так что тему секси-деда я с тобой обсуждать не стану. Во-вторых, ты завтра же. При мне. Приглашаешь Артема на свидание и делаешь это так, чтобы он согласился, а после свидания просил добавки. И только тогда я тебя прощу и начну общаться как раньше.
— Сранцева на свидание?! — скривилась Вилка.
— Сорцева, — поправила ее и провела цветком по своему подбородку. — Ну, так что? Тебе всё ещё нужна моя дружба?
— Ди, — собрала она бровки домиком. — Ради тебя хоть Сранцев, хоть Засранцев. Любой фрик будет приглашен на свидание и уползет от меня на коленях.
— Тогда жду завтра приглашения Сорцева, — акцентировала внимание на фамилии. — На свидание.
— До завтра, — засияла она и даже из светлых глаз исчезла недавняя пасмурность.
— Никаких обнимашек, — остановила ее цветком. — Всё после удачного свидания, поняла? Удачного.
— Сранцев будет визжать как сучка, — заверила меня Вилка и поскакала вниз по ступенькам.
М-да… Старею. Или это предвкушение скоро свидания так на меня действует.
В любой другой день я бы была гораздо строже с ней и одним только свиданием она не отделалась. Хотя… Артем вполне может и не согласится. Его мужское самолюбие уязвлено Вилкой гораздо больше, чем пошатнулась наша с ней дружба.
Мама вернулась с работы примерно через час после Вилкиного ухода. Она устала настолько, что, вообще, не пыталась язвить и подкалывать меня из-за предстоящего свидания. Даже вопросов никаких не задавала. Просто: переоделась в пижаму, поужинала и спать.
Я снова приняла душ.
Ровно за минуту до полуночи, когда я уже почти поверила в то, что свидание не состоится, потому что Игорь, наверняка, нашел кого-то поинтереснее меня, телефон коротко завибрировал.
«Я рядом»
Горели на экране слова, и низ живота сладко заныл.
  
Глава 7
 
Каждый шаг по бетонному полу подъезда в сторону двери, за которой скрывается мужчина, всё еще являющийся для меня загадкой, сворачивает желудок в тугой узел. Странное чувство любопытства и страха проносится прохладной рукой под кожей и нисколечко не отрезвляет.
Нет.
Я сама иду в руки мужчины, которыми он, в равной степени, может принести мне наслаждение и боль.
Кто знает, возможно, он лишь прикармливает крупицами удовольствия такую невинную овечку как я, чтобы в итоге привести меня к боли, о которой я раньше даже и не знала. Не зря мама говорит, что в мужчин в равных пропорциях засыпаны ангельская пыль и адские угли. Пыль, которую они пускают нам в глаза, скрывая минусы своей натуры, и угли, которыми они затем выжигают девичьи сердца и души.
Но пока в моих глазах ангельская пыль, я хочу наслаждаться тем, как она даёт мне шанс увидеть лучшее в этом в меру молчаливом, в меру серьёзном, в меру опасном… мужчине.
Наваливаюсь на подъездную дверь и та со скрипом открывается. В эту же секунду ног, прикрытых лишь тонкими чулками, касается холодный осенний ветер беззвездной ночи.
Напротив загораются фары притаившейся машины и короткой моргают.
Дрожь волнения проносится по телу. Тугой узел внизу живота кажется еще более чувствительным. Коленочки дрожат, когда Игорь выходит из машины в одной только белой рубашке с закатанными рукавами и брюках. Обходит машину и открывает для меня пассажирскую дверцу.
— Спасибо, — произношу я, не зная точно, нужно и можно ли его целовать.
Сегодня же целовались в служебном туалете… А как дальше себя вести, никто не давал мне инструкций.
 
Уголок губ в обрамлении темной щетины дергается, и я решаю, пока не бросаться ему на шею с поцелуями. Пусть не думает, что я малолетка, которой лишь бы слюнями пообмениваться со своим бойфрендом.
Сажусь в машину, намеренно задев его пах задницей. С удовлетворением замечаю, что он хмыкнул и тихо закрыл за мной дверь, убедившись в том, что я прижала свой неугомонный зад.