Наследник для Сурового (СИ)
Впереди тронулась машина и водитель, поспешно выбросив окурок в окно, заставил внедорожник тронуться с места.
— Ползём, как черепахи, — скрипнул зубами Суровый.
— Виноват. Не поинтересовался заранее, есть тут пробки или нет, — извинился Заур. — Но так всегда было быстрее объезжать запруженный участок дороги.
— Сегодня прощаю. Но в следующий раз уточняй. Иногда минута опоздания может стоить жизни.
Примерно ещё минут сорок автомобиль, созданный для высоких скоростей, полз по дороге, запруженной машинами, а потом, вырвавшись на свободный участок дороги, полетел стрелой над тёмно-серым полотном дороги.
Девчонка заворочалась на коленях Сурового. Значит, она начала приходить в себя. Нужно было вынести решение в тот же миг.
— Что решили? — снова подстегнул Заур.
— Рули к дому. Девчонка останется у меня.
— Понравилась?
— Она беременна. Носит под сердцем плод от меня. Будет рожать.
Суровый вынес вердикт твёрдым, не дрогнувшим голосом. Тогда он даже не представлял, как это решение кардинальным образом изменит его жизнь.
=14=
Под щекой было что-то горячее и одновременно твёрдое.
Запах мужского парфюма вбивался в ноздри, лишая возможности мыслить здраво.
Я по крупицам пыталась восстановить события.
Вспомнив, вздрогнула всем телом и поспешила покинуть колени мужчины.
Он не стал препятствовать моему движению.
Лишь смотрел чёрными, непроницаемыми глазами. Было непонятно, где начинается зрачок, казалось, вся радужка затоплена им.
Я отвела взгляд в сторону и с тревогой посмотрела на дорогу.
Последнее, что я запомнила, были слова про яму. От страха я решила, что мне хотят продемонстрировать могильную яму, чтобы заставить говорить честно и без утайки.
Но я и так была честна во всём. Жаль только, что мужчину не впечатлила моя открытость.
Я думала, что он не поверил моим словам. Сейчас он держался безразлично.
Внедорожник продолжал ехать по дороге, но по обеим сторонам уже мелькал огни жилого квартала.
— Куда вы меня везёте? — поинтересовалась я.
— Пока на квартиру. Потому перевезу к себе в дом.
— Что?! Как это… Что вы такое говорите?!
Суровый безразлично посмотрел на меня и тяжело вздохнул, поморщивщись. Он словно сильно сожалел, что ему приходится иметь дело со мной.
Но я была бы рада избавиться от его компании.
Стоит лишь намекнуть.
В конце концов, именно он удерживает меня рядом силой.
— Ты беременна. Будешь рожать.
— Я не хочу… Я… Откуда вы знаете обо мне столько?
— Мои люди хорошо работают. Да и ты не пряталась, верно? Всё, как на ладони. Жизнь у тебя, прямо скажем, не самая лёгкая.
— И как это касается вас?!
Мужчина приблизился ко мне и властным жестом опустил ладонь на мой живот.
Его пальцы и ладонь обожгли кожу даже через ткань одежды.
— Вот так это меня касается. В квартире побудешь недолго. День, максимум два. Как только дом подготовят к твоему переезду, переберёшься за город. Свежий воздух полезен.
От возмущения в моём горле образовался большой комок, который я не могла ни протолкнуть, ни проглотить, ни даже игнорировать.
Говорить не получалось. Словно кто-то лишил меня такой возможности, сделав немой.
Я с трудом собрала силы, чтобы прошептать:
— Но вы не спросили, хочу ли я этого.
— Достаточно, чего хочу я. Тебе же придётся подстраиваться. Не советую сопротивляться. Это может плохо кончиться…
После его слов мои пальцы вмиг заледенели.
Я сцепила их замком и пыталась подобрать слова, пыталась найти выход из сложившейся ситуации.
Но ничего путного на ум не приходило.
— Я вас не знаю, — выдавила из себя с отчаянием.
— Зови меня Суровый.
Я моргнула и даже ущипнула себя.
Вдруг я просто сплю или до сих пор нахожусь в состоянии глубокого обморока?
Наверное, мне снится сон!
Только так я могла поверить в реальность того, что происходило со мной.
Щипок получился крайне болезненный и заставил меня поверить в то, что я не сплю.
— Суровый?
Я переспросила.
Мужчина кивнул и отвлёкся на звук входящего уведомления. Он достал из кармана брюк дорогой телефон, углубившись в чтение присланного сообщения.
— Суровый — это фамилия?
— Нет, — отрицательно мотнул головой мужчина. — Прозвище.
— Тогда, может быть, у вас есть имя?
Я пыталась наладить хоть какое-то подобие общение со своим похитителем.
Не оставляла надежды на побег.
Но перед этим мне нужно было усыпить бдительность мужчины и заставить поверить в свою покорность и желание сотрудничать на его условия.
— Зови меня Суровый.
В голосе мужчины словно звякнули кубики льда, так холодно и отрезвляюще прозвучали сказанные им слова.
— Х-х-хорошо.
Не думаю, что Суровый прислушался к моей ответной реплике. Подумав немного, я поняла, что мне только на руку его безразличие и отсутствие интереса к моей персоне.
Возможно, в этом крылся мой счастливый шанс на побег.
Я не могла сдаться так просто и пойти покорно в том направлении, куда мне приказал идти Суровый.
Вся моя душа противилась этому!
У меня была собственная жизнь, не такая блестящая и обеспеченная, как у Сурового.
Но это была моя жизнь, мои решения и мои… фатальные ошибки.
Я признавала, что совершила глупость. Но не собиралась играть по чужим правилам.
В конце концов это можно назвать простым похищением и удержанием в неволе. За такое срок, вообще-то, дают!
Но взглянув в сторону мужчины, я почему-то осознала, что закон будет не на моей стороне, но на стороне этого мужчины — с колючим, холодным, тёмным взглядом и мощными руками, привыкшими решать проблемы силой.
Мне оставалось только сделать вид, что я ничуть не сопротивляюсь. Но я была намерена сбежать, как только выдастся удачный случай.
=15=
Ждать пришлось не так долго, как я считала.
Возможно, судьба, наконец, решила надо мной сжалиться и послала спасение?
Первым сигналом, что стоит быть настороже, стал звонок Суровому.
Он ответил, перейдя с русского на свой родный язык, которого я ничуть не понимала.
Но тон разговора был напряжённым.
Мне кажется, что мужчина выругался сквозь зубы, прежде чем сбросить звонок. Он тронул Заура за плечо, сказав:
— Поверни на Басманной. Налево. Останови у кафе «Восток». Но не у самого порога, а чуть в стороне. Пешком дойду.
Заур кивнул и не стал задавать лишних вопросов, только уточнил:
— Позвонить кому-нибудь из ребят, чтобы подстраховали?
— Нет. Справлюсь сам. Главное, доставь девчонку на мою квартиру и убери лишнее.
— Стволы?
— Разумеется. Ей они ни к чему.
Разговор об огнестрельном оружии окончательно дал понять, что я имею дело не с простым бизнесменом, наделённым большой властью, но с богатеем, связанным с криминальным миром.
Именно сейчас Суровый собирался на какую-то разборку, но не испытывал ни грамма волнения и сидел с непроницаемым лицом.
Через минут двадцать Заур притормозил по нужному адресу.
Внедорожник остановился у стены, в густой тени глухого переулка.
Суровый вылез из автомобиля, но не пошёл сразу в необходимом направлении, а полез в багажник.
Я повернулась и увидела, как он прячет два пистолета за поясом брюк.
Потом мужчина захлопнул багажник и постучал ладонью по боку внедорожника, словно подавая сигнал, что можно ехать.
Автомобиль сдал задом и покинул переулок, оставив Сурового наедине с ворохом проблем, которые ему предстояло решить в одиночку.
— Отвезу тебя на хату Сурового. Кажется, ты там уже была, — подал голос с переднего сиденья Заур.