Танцы с тенью (СИ)
— Граф Адеон. — Женщина прикусила мундштук. — И как ты, после встречи с ним?
— Жива. Суровый человек, да?
— Настолько, что лет шесть назад изгнал из страны собственную дочь.
— Это ещё за что?
— За связь с иным. — Сайяна поёжилась. — Думаю, он сам не сторонник «чистой крови». Просто понимает, что дружить с иными выгодней. И был бы вынужден отослать дочь. Но граф именно что изгнал её, лишил титула и оставил без средств к существованию. Никто так и не знает, что с ней. В восторге остался лишь король; его очаровала такая преданность делу и принципам.
— Обожаю эту страну. — Только и сказала я.
— Надейся, что надолго не задержишься. К делу?
— К делу. Что выяснилось нового?
— Дом терпимости, что курирует Трелия. Среди клиентов с расширенным доступом немало знати. Как думаешь, почему?
— Экзотика? — Скривилась я.
— И не только. Некуда девать деньги и спесь, вот и развлекаются на грани преступления. Наверняка чувствуют себя бунтарями. Там и запрещённые зелья продают, от приворотного до «чистой правды».
— Интересно, откуда они вообще узнают о «втором дне» этого сундука? И что нужно обращаться именно к графине?
— Наверняка это последний этап. Сначала о допуске узнают через слухи, или же работники сами видят, кому намекнуть. Потом клиенты проверяются помощниками Трелии. И отдают личную вещь в залог. Считай, орудия для шантажа.
— С такими сложностями я бы вообще не связывалась. Неужели трудно завести интрижку при дворе?
Сайяна улыбнулась.
— Главное не это. Кроме доступного разврата и дурмана, работает принцип избранного. Посетителям лестно чувствовать себя частью тайного общества.
— Раз я хочу найти бордель, то нужно следить за особым клиентом?
— Именно. А я знаю, как найти такого. Сегодня будет приём в доме моих друзей, Амвалоны тоже приглашены. И на мероприятии, могут отбирать людей. Проследим, с кем они будут общаться.
***
На прием мы немного опоздали; Сайяна очень долго выбирала мне наряд, помогала с макияжем и придирчиво подбирала украшения. Потом ещё и попросила кучера сбавить ход, дабы насладиться видами.
Мне графиня пояснила шёпотом, что являться слишком рано нет смысла. Первыми приходят родные. Затем гости. А раз мы задерживаемся, то при входе в зал привлечём больше взглядов.
Даже наш внешний вид она оформила так, чтобы всё внимание было на новенькую. То бишь, меня. Сама графиня собрала волосы в пучок и обвила косой, надев не слишком яркий наряд в мягких лиловых тонах. А в моей подготовке развернулась на всю ширь фантазии.
Не знаю, что это за ткань, и что в неё вплетают, чтобы переливалась искрами. По синему платью будто играли всполохи бирюзового огня. На шее сидела тесная бархатка с топазом, больше всего похожая на дорогой ошейник. Волосы собрали высоко, оставив пару завитков у лица. Да и лицо хорошенько накрасили, изменили линию скул и подвели глаза чёрным, продлив их стрелками.
— Жуть — Прокомментировала я, когда увидела себя в зеркало. — Моё тело, глаза, но не лицо. Как морок.
— В том и дело, что не морок. И не требует заклинаний. — Заметила Сайяна. — И подозрений не вызовет, и эффектно.
Так что стоило прозвучать нашим именам на приёме, как десятки взглядов обратились на вход, рассматривая с головы до ног.
Вдовушке можно потупить глаза, но спину я держала прямо и с достоинством, спускаясь в зал. Зал горел сотнями свечей и магических светильников, огни отражались в зеркалах и хрустальных подвесках на люстрах. В смешении этих бликов платье от первого движения вспыхнуло, как северное сияние.
Попасть бы мне сюда лет в семнадцать, так и дышать бы забыла. Украшения, лепнина и картины на стенах, расшитые портьеры до самого потолка, колонны…
Но сегодня как по мне, соцветия платьев, как цветов на клумбе, блеск украшений и шлейфы ароматов были даже слишком. Обилие ярких цветов вызывало желание сморгнуть или провериться на отравление, драгоценности в таких количествах быстро перестали впечатлять. А духами местные дамы могли и не обливаться. В меру это было бы неплохо. Но когда запахи стали смешиваться между собой, я едва не расчихалась.
«Ворчунья» — Наверняка сказала бы на это Сарэа. Вот она точно была бы в восторге. Белокурая ведьма была падкой на блестящее, да ещё с детства мечтала попасть на настоящий бал. И нет-нет да норовила приодеться в платье или хотя бы юбку, если позволяет.
Может, сказался пример наставников? Как ни крути, её вела Кайя. Её трудно назвать манерной дамой, но её воспитанница сохранила больше женственности. В то время как я выросла практиком. Что удобно, то и ладно.
Я выдохнула и постаралась думать о хорошем.
Подруга похвалила бы платье, даже подбила себе оставить. Я ещё раз окинула взглядом сверкающую ткань, и усмехнулась. Назавтра лавки одежды, что курирует Сайяна, будут забиты! Будущие покупательницы сейчас провожали взглядом каждый мой шаг, будто голодные кошки.
Графиня двух зайцев убила, и сестру представила, и новый фасон платьев.
Будто отгадав мои мысли, она изогнула губы в едва заметной усмешке. Чтобы через миг преобразиться и защебетать с парой придворных:
— Чудесный вечер, рада вас видеть, какое прекрасное колье, моя дорогая! Дайте угадать, подарок к годовщине? — Она прикрыла улыбку веером. — Угадала же, да? Ваш вкус продолжает поражать меня, господин Терон! Позвольте познакомить, моя спутница — двоюродная сестра, вдовствующая госпожа Фабелла Дарлат, урождённая Миреш…
Я едва её узнала в этом образе. Впрочем, сама нацепила такую же улыбку. Только что не стрекотала сорокой, а кивала на её замечания о погоде, новым туфлям баронессы, и так далее.
Я почти не заметила, как мы полукругом обошли зал, остановившись у стола с напитками. Здесь собралась привычная компания Сайяны вечера. Назвать кого-то подругами было бы большой натяжкой.
Пришлось вступить в разговор. Благо, он был поверхностным: барышни интересовались природой-погодой-модой. Я с готовностью рассказала о прекрасных приёмах, на которых никогда не была, и о нарядах дам, с которыми не была знакома.
— Будь готова. — Шепнула мне графиня, склонившись к уху. Я быстро поняла, о чём это: будто выскочив из-под земли, передо мной в полупоклоне улыбнулся молодой придворный, протягивая руку.
— Разрешите открыть с вами вечер?
«Разрешаю закрыть рот, передумать и смыться» — Подумала я, подавая руку. С помоста заиграла музыка, приглашая на первый танец-шествие.
Я не удержалась от взгляда на помост с музыкантами. Скрипачей вообще не оказалось.
Кавалер оказался настырным и молчать не желал.
— Как же я едва вас не упустил? — Трепался он. — Подумать только, не пришёл бы сегодня и не знал, что на эльванском небосклоне зажглась новая звезда! Утолите моё любопытство: поведайте о себе. Хотя бы скажите, по душе ли вам вечер…
Да уж, куда там Ратмиру! Но лучше бы я с пауком потанцевала: там хоть общие темы есть.
— Вы слишком уж нахально мне льстите, юноша. — С улыбкой укорила я. — Наверное, поклонницы, заслышав подобные комплименты, падают к вашим ногам?
— Помилуйте, какие поклонницы… Здесь есть ещё женщины!? — Якобы удивился он, оглядываясь. — Признаться, сразу и не заметил.
Ему пришлось отпустить мою руку для манёвра: танцующие пары расходились и вновь сходились в неторопливом кружении.
— Ах вы, бессовестный! Да ведь они старались изо всех сил! — Обвинила я, когда он вновь взял меня за руку.
— Уверен, они поймут!
Треклятый танец длился вечность, по ощущениям. Поблагодарив в конце, я уже хотела сбежать к «сестре», но меня тут же перехватил другой мужчина.
Да уж, господа любят новенькое.
Подавив желание скривиться, я потупила скромный взгляд и протянула ему руку, признавшись, что обескуражена таким вниманием. Комплименты последовали по новому кругу, даром что другой человек. Ах, что за прекрасный цветок, откуда же вы, расскажите о себе, не то помру от любопытства…