Майор Казанцев и Европейский Халифат(СИ)

Мы все еще несли потери. У Лешего прибавилось двое раненых. Группа его редела. Слаженная, сработанная, на которую всегда можно было положиться, неумолимо теряла человека за человеком. Это было совсем неправильно.
Я Старьевщик. И я должен искать сокрытое, а не палить по врагам. И Леший – это моя группа поддержки, а не группа террора. Пора бы нам всем начать выполнять основную задачу - Поиск!
Как в армии говорят – война войной, а обед по расписанию. У нас по-другому – пусть хотя мировая война и вокруг растут ядерные грибы, но Предмет должен быть найден.
Мне нужен Леший. Мне нужен простор. И мы должны уйти в сторону от этой войны. Закончить ее не лобовыми столкновениями, а куда более эффективным способом – исполненным Поиском.
Католик. Я был уверен, что теперь он бросит все силы, чтобы вычислить меня. Наверняка уже понял, откуда растут уши его провала на черном аукционе. Значит, пора мне начинать бодрее уворачиваться и перебежками двигаться к цели. Ну а еще - начать списывать старые долги.
С кого начать? С того, кто поближе.
Набросав план действий, я отозвал своим высшим приоритетом Лешего с готовящейся новой силовой акции, которым не видно конца. И дал ему простенькое задание…
  
Глава 13
 
Шашиста ребята брали грубо, не считаясь с его возмущениями и возражениями. Привезли его ко мне несколько помятого и нахохлившегося, как воробей у пивной.
Свиделись мы в ближнем Подмосковье в хлипком садово-огородном дощатом домике, снятом лишь для одной встречи. Для одного разговора. И для выполнения моего морального долга.
- Анатолий, я тебя не узнаю! – обиженно воскликнул Шашист, приземляясь всей своей тушей в жалобно скрипнувшее витое садовое кресло на веранде. - Что за тираннозавров ты послал ко мне? По-моему, мы раньше общались без эксцессов!
Не обращая внимания на его реплики, я посмотрел на стоявшего в стороне, опершись о стену, Лешего:
- Ну что?
- В его машине маячок. Есть уверенность, что и в офисе их парочка, - отчитался Леший.
- То есть он под наблюдением? – заключил я.
- Получается.
- Теодор, - обернулся я к Шашисту. - Тебе уже присели на хвост. А эти ребята всегда берут то, что им нужно. И не оставляют свидетелей.
Шашист побледнел, растерянно переводя глаза с меня на Лешего. И, наконец, выдавил:
- Эх, если бы знать заранее, как далеко весь этот пердимоноколь докатится.
- Слышали уже ту песню, - усмехнулся я. - Лучше бы ты остался в тюрьме, где макароны. Только в тюрьме тебя достанут быстрее. Там не будет свободы маневра.
- Анатолий, мне досадно такое слышать, знаешь ли, - забормотал обиженно Шашист. - Такое чувство возникает, что у меня совсем нет шансов. Это жестоко. И непорядочно с твоей стороны втравлять друга в такую историю. Неужели у тебя совсем нет моральных обязательств?
- Теодор, ты генетический аферист и авантюрист. Поэтому о моральных обязательствах тебе бы помолчать. Но у меня они как раз имеются. Потому дорога тебе в Сибирь.
- В кандалах? – горько улыбнулся мой агент.
- На самолете…
На всех своих ценных и активных агентов я сразу же по заключении договора о содействии всегда готовил документы прикрытия на случай, если им придется менять масть и скрываться. Мы не десты, чтобы уничтожать отработавших свое людей. Это принцип и «Фрактала», и мой. Такой конверт с документами я сейчас и толкнул через стол к Шашисту.
Агент ознакомился с содержимым конверта. И совсем погрустнел. Ему объяснять ничего не надо было. Он все понял.
- Надолго? – только и спросил он.
- Как все утрясется, возвратишься в исходное состояние, - пояснил я. - А теперь вернемся к нашим баранам. Что надыбал по Сойферу и его связям?
- Ох, подожди, - Шашист глубоко вздохнул. - Даже горло пересохло.
- Теодор, не нуди. Узнал что? По глазам вижу, что есть новости.
- Узнал что-то, - протянул Шашист задумчиво. - Узнал.
- Ну, так показывай товар лицом, - требовательно отчеканил я.
- Сойфер в девяностые годы катался по студенческому обмену в Сорбонну на один семестр.
 
- Это я в курсе.
- Оттуда ноги и растут. Познакомился там с неким мусье Ренардо Гаррелем. Они надумали старыми книгами торговать. Сойфер притащил из Москвы несколько раритетных французских фолиантов. Провернули парочку сделок. Но потом возникли неприятности с таможней. В общем, бизнес не пошел. Да и вообще, у Сойфера с купи-продай всегда получалось неважно, Шашист презрительно скривил губы.
- Почему? – полюбопытствовал я.
- Не пригоден к бизнесу оказался. Слишком жаден и глуп. Поэтому пришлось ему заниматься наукой. Но время от времени он все же что-то толкал через Гарреля.
- Что именно?
- Да откуда я знаю! Наверняка мне известен лишь один момент. Тот скандал с кражей из Госархива приказов наркомов. Вину Сойфера тогда не доказали. Точнее, либеральная общественность его отмазала за мужество и отвагу, проявленные в борьбе с Архипелагом ГУЛАГом. Так эти самые архивные документы через Ренарда Гарреля уходили.
- Точно? – впился я взором в собеседника.
- Гарантию даю. Это два барыги. Притом дешевых. Два сапога пара. Стащив что-то, Сойфер сразу бросается к месье Ренардо. 
- И как они, такие бесполезные, собираются управиться с бесценной Золотой страницей? – поинтересовался я.
Шашист хмыкнул и назидательно произнес:
- Если барыга дешевый, это не значит, что он не может загнать дорогую вещь…
  
Глава 14
 
- Алена, а знаешь, есть такая модная Современная Хронология, плод тяжкой работы непризнанных официальной наукой историков.
- И что ей надо, Алеша?
- Убедить тебя, что человечеству всего лишь тысяча лет.
- А что до этого было?
- Наверное, еще одно человечество. И вообще, французы в 1812 году вовсе не жгли Москву. А нанесли по ней тактический ядерный удар.
- Может, тактичный и ядреный?
- Тактический, Алена. Это когда бомба атомная, но такая небольшая.
- То есть можно ее не бояться?
- Конечно, можно не бояться. Просто не успеешь испугаться. Даже маленькая ядерная бомба выжигает все в пыль на площади несколько квадратных километров.
- Ужасно, Алеша! Ну а у нас атомная песня. Новый хит сезона «Я обожгу тебя своим поцелуем»… Наверное, тоже ядерным…
Желтое такси заруливало на эстакаду нового терминала «Шереметьево-13», похожего на раздувшийся от ветра парус из стекла и бетона. Международный аэропорт, когда-то занимавший одно небольшое здание, теперь разросся в целый город, кольцом охвативший множество взлетно-посадочных полос. Он был щедро опутан многоуровневыми развязками, окружен стеклянными офисными зданиями, отелями и многоэтажными автостоянками.
Я развалился королем на заднем сиденье и слушал «Радио русских дорог», почитателем которого являлся и разговорчивый таджик-водитель, комментировавший Алешу и Алену очень эмоционально:
- Ох, что же творится на свете, товарищ! Это что, правда?! Ай, ай, ай. Хорошо, мой дед не дожил. Сейчас бы такое услышал и умер!
Клиента водитель именовал исключительно по старорежимному «товарищ», хотя было ему лет тридцать, и коммунистических светлых времен, а также товарищей, братства народов он не застал.
Почему меня везет таджик на такси, а не ребята Лешего на шикарном лимузине с мягкими кожаными сиденьями? Потому что таким образом можно неплохо затеряться в толпе, не привлекая к себе внимания. Лезть в общественный транспорт – так в нем полно видеокамер. Немалая вероятность, что десты получили доступ к муниципальной видеосети, а алгоритм распознавания лиц у них наверняка имеется. А я, как выяснилось, у них цель номер один. Каждая из их шавок, только завидев меня, обязательно вопьется зубами в горло. Так что «такси» - это по-нашему. Обычное. Желтое. Таджикское. С шашечками и надписью «Яндекс лимузин».
 
Водитель извлек из багажника и поставил на асфальт мой чемоданчик, из тех, что по габаритам не сдают в багаж. Трогательно распрощался, скрестив руки на груди и поклонившись, вдохновленный царскими чаевыми. Мне чаевых не жалко – парень мне понравился.