Майор Казанцев и Европейский Халифат(СИ)

Опять туннели, залы, подземелья. Минут через пять земля содрогнулась.
- Ну, вот и конец нашему штабу, - с сожалением произнес Чиновник. – Ничего. Есть запасной.
- Где мы выберемся на поверхность? - спросил я.
- Лучше будет у Собора Святого Себастиана, - предложил Чиновник.
- Сойдет…
Мой коммуникатор никак не мог пробить толщу земли. Наконец, в одном туннеле робко замигал огонек – контакт доступен.
- Как вы? – спросил я, приблизив коммуникатор к губам.
- Просто восхитительно, - ответил слабо через шелест эфира Леший. - Если не считать некоторых осложнений.
- Что случилось? – похолодел я, по практике зная, что если уж сваливается на тебя на улице сверху гармошка, то следом прилетит обязательно и пианино.
- Кажется, наша легенда накрылась, - сообщил Леший. - Нас пытались задержать стражи.
- И как их успехи?
- Вон, догорают две их машины, - ответил Леший.
- Сможешь меня подобрать около Собора Себастиана?
- Попытаюсь, - без особого энтузиазма отозвался Леший. Похоже, ситуация действительно была хреновая.
- Предмет у меня, - попробовал поднять я его тонус. – Я уже выдал сигнал на эвакуацию.
- Отлично, - воспрянул духом Леший. - Выбираемся из этого душного города…
  
Глава 15
 
А потом началась гонка на выживание. Это как хорошая драка, когда против тебя с десяток противников. Включай рефлексы, увертывайся, меньше думай головой, больше полагайся на интуицию. И помни – один хороший пропущенный удар означает для тебя конец. Вот и приходилось уворачиваться, бить. Но больше бежать.
Вечерело, когда мы вылезли из подземелья в районе закопченного готического Собора Святого Себастиана. Некогда здесь было шумно от толп туристов, глазеющих на достопримечательности, и от верующих, мечтающих приложиться к святым мощам. Теперь эти места были покинуты, в них поселилась разруха. Здесь хорошо повоевали Халифат с жандармами, казарма которых выходила на Соборную площадь.
Чиновник объявил, что на поверхность ему пути нет, и он отлично схоронится в Катакомбах, на запасной лежке. Предательство Геракла было серьезным ударом для «Солнца Франции», но не фатальным. «Молодой лев» не так уж и много знал о Катакомбах, и там еще осталось полно закоулков, чтобы похоронить всех бойцов Халифата.
Наверху, между двумя казармами с обвалившимися крышами и зияющими проломами в стенах, нас ждала машина от Лешего. К сожалению, не наш бронированный «Ивеко», а всего лишь серебристая легковушка «Опель» с прилепленным на лобовом стекле пропуском по городу в ночное время. Я устроился на переднем сиденье рядом с водителем с позывным Лис. А мои союзники, молчаливые, но держащиеся на редкость устойчиво после всех еще не окончившихся стрессов, расположились сзади.
- Где остальная группа? – спросил я Лиса.
- Ребята застряли в городе, - пояснил тот. - Командир дал приказ схорониться по плану «Бункер» и ждать. Я должен сопровождать вас.
«Опель» неторопливо тронулся вперед. И у меня возникло ощущение, что едем мы по минному полю. Каждую секунду могли напороться на фугас.
Мы и напоролись. Притом всего лишь через каких-то пару улиц. Дорогу преграждала патрульная машина стражей – обычный пикап с пулеметом на крыше и обвисшим на древке черным флагом. И по нам сразу, без попыток притормозить и спросить документы, дали очередь.
Почувствовав неладное за секунду до выстрела, Лис резко крутанул руль, так что «Опель» едва не въехал в бетонную тумбу. Зато крупнокалиберная очередь прошла мимо.
Лис наддал газу. Свернул в переулок. И от души вдавил педаль в пол.
В переулке мельтешили люди. Они едва успевали выскакивать из-под колес бешено несущегося «Опеля». С треском разлетелась деревянная тележка для овощей. В сторону полетели сложенные на асфальте коробки с фруктами. Загрохотали сбитые мусорные баки.
Вот черт, гонки на выживание такие! Еще один поворот. Следующая улица. Опять разбегаются люди перед нашим бампером. Вроде никого не сбили. Подрезали автобус, который резко затормозил и вильнул, трамбуя в своем салоне многочисленных пассажиров. И мы свернули в следующий переулок.
 
Я вывел на коммуникатор карту. На ней возник лабиринт улиц и движущаяся точка – это мы. Ну что, может, прорвемся.
- Вперед! – велел я Лису. – Потом направо.
«Спокойствие, только спокойствие», - как говорил Карленсон с моторчиком в известной датской сказке.
На очередном повороте мы едва не влетели в баррикаду, составленную из грузовика с длинным прицепом и зеленого пассажирского автобуса с арабской надписью на боку. На нас, похоже, объявили масштабную охоту.
- Вправо! - крикнул я и дал из автомата в открытое окно короткую очередь по выскочившим из-за машин стражам.
Судя по отчаянным воплям, кого-то задел…
Сумасшедшая гонка закончилась в заброшенном замусоренном дворике.
- Оторвались, - перевел дыхание Лис, распахивая дверцу «Опеля», выходя наружу и устало присаживаясь на капот.
- Надолго ли? – спросил я, ступая на растрескавшийся асфальт, усыпанный обрывками бумаг, кусками синтепона от разодранной с какой-то зверской методичностью в клочья мебели, грудой сваленной во дворике.
- А сейчас увидим, - Лис вытащил из кожаной потертой сумки на боку оперативный планшет, где была выведена карта города, вся усеянная красными и синими точками. Это схема в реальном времени дислокации полицейских и военных частей. Провел по экрану планшета, и зазвучали переговоры в эфире на арабском и французском языках.
- Как то неожиданно они нас раскусили, - хмуро произнес Лис.
- Думаю, Католик постарался, - высказал я предположение.
- Он здесь? – напрягся Лис.
- Ломился в лабиринт. За Предметом, - пояснил я. - Сейчас не знаю, где он.
- Город перекрыт, - Лис побарабанил пальцами по планшетнику. – А нам, как я понимаю, нужно из него выбираться. И как?
- Наши обещали немножко подсобить, - ободрил я его. - С минуты на минуту у басмачей будут другие заботы.
Тут и блеснуло в небе. Прочертила густеющую тьму огненная молния. Послышался отдаленный грохот, будто грянул весенний гром.
- Люблю грозу в начале мая, - осчастливил вылезший из машины Писатель цитатой Тютчева.
- А я и в августе ее люблю. Если это наша гроза. И когда она для нас… Так, это прилетело по Дому инвалидов и стражам, - я знал порядок поражения объектов ракетами средней дальности с обычными боеголовками. Готовили это удар наши ракетчики давно. Но координаторы смогли уладить дело так, чтобы его придержали до нашего тревожного сигнала.
Почву еще слегка тряхнуло, и пророкотал очередной ласкающий слух гром.
- Это по резиденции эмира, - удовлетворенно пояснил я. – Сейчас еще утрамбуют немножко расположения войск Халифата. И станет всем не до нас…
Действительно, началась суета, все больше походившая на хаос. Над городом светились зарницы. Продолжались взрывы на севере – это ракета угодила в склад боеприпасов.
Между тем, на мой коммуникатор пришла информация о точке эвакуации. Подать вертушку к самому Парижу координаторы были не в силах. Ее сшибли бы на подлете. Так что была выбрана точка почти в сотне километрах от города. Ближе никак. Эвакуация должна была состояться глубокой ночью. И в назначенное время я должен во что бы то ни стало добраться до места с Предметом.
По коммуникатору я соединился с Лешим. Тот был жив-здоров, вполне оптимистичен и бодр. Велел всей нашей гоп-компании двигать на Юго-восток Парижа, там место рандеву.
Наш «Опель» был засвечен. Пришлось спешиваться и безлошадными топать вперед. Решили не угонять машину и не светиться лишний раз. Да и пешком надежнее сейчас.
 
Суета в Париже только нарастала. Еще два ракетных удара было нанесено, когда оккупанты только начали отходить от первых. Войска и шариатские силы бессистемно метались по городу. Организовывались спасательные бригады по разбору завалов. Но я уверен, что часть стражей целенаправленно продолжала искать нас. И любой наш неудачный шаг мог стать последним.