Маска из другого мира (СИ)

— Чуть забегая вперед, распишу наши планы на всю оставшуюся неделю, — тем временем режиссер перешел к делу. — Минимум по часу в день вы будете отдавать тренировке в тире — оттачивать стрельбу. Ответственным назначаю Дениса. Насколько мне известно, он уже достиг некоторых успехов в этом направлении и сможет вам помочь.
— Готов! — гаркнул бородач и добродушно хохотнул. — Вот и пригодилось мое гражданское увлечение.
Ага, значит, умение стрелять никак не связано с его маской Бригеллы. Но чем же тогда он будет сражаться с демонами? Холодным оружием? Надо вспомнить, чем пользовался в пьесах его альтер эго… В ранних версиях, кажется, кинжалом, но в бою с хутхэнами это явная гибель. А уже в более поздних постановках Бригелла предпочитал решать свои проблемы исключительно с помощью золота — тоже не подходит, нельзя же искренне верить, что демоны позарятся на десять золотых дублонов. Значит, есть еще что–то. Надо бы понаблюдать или даже просто спросить…
— А слышно не будет? Все–таки автоматическое оружие да в закрытом помещении… — уточнил в этот момент Денис, и я про себя отметил, что вопрос не лишен логики. Как остальные работники театра отнесутся к пальбе?
— Слышно не будет, — успокоил нас всех Артемий Викторович. — Здесь глухая звукоизоляция, можно из пушки стрелять, никто даже не почешется.
— Огонь! — бородач расплылся в улыбке, и тут я был с ним солидарен.
— Далее, — продолжил, кивнув, Артемий Викторович. — Следующий час будете обучаться сражению в общем строю. Ответственный — Константин. Он вам покажет, как правильно сдерживать хутхэнов при помощи преобразованных копий и щитов. На этом наш Сильвио собаку съел, хоть это и не его основная специализация… Я про копья и щиты, конечно же, а не про поедание собак, — шутка была так себе, но мы все равно посмеялись. — Ну и, наконец, еще час будете тренировать обращение с холодным оружием. Ответственная — Эльвира. Она покажет вам базовые навыки, которые пригодятся уже в сражении один на один. Это на тот случай, когда строй будет разбит, и каждому придется быть самому за себя… Не хотелось бы до такого доводить, но готовы мы должны быть максимально ко всему и всегда.
Так непривычно слышать, как нашу Элечку называют полным именем. Я даже не сразу понял, о ком говорит режиссер, но потом быстро догадался. С ней–то в отличие от Дениса и Костика все легко объяснимо — в пьесах Беатриче, чью маску носит Элечка, не только умеет скакать верхом, но и мастерски управляется со шпагой. Естественно, даже я со своими поверхностными представлениями понимаю, что бой на мечах и на шпагах весьма отличается, но мастерство–то заключается не только в том, чтобы хорошо сражаться самому, а еще чтобы понимать, как сражаются враги. И вот этими–то знаниями про «чужие» оружия она вполне может с нами и поделиться.
— Стрелять, держать строй и фехтовать вы будете учиться без меня, — добавил в этот момент режиссер. — Начинаете в восемь утра. Перерыв между тренировками — пятнадцать минут. Затем еще перерыв, и в одиннадцать–тридцать я прихожу сюда. Будем обсуждать теорию и связывать ее с вашими новыми полученными на практике знаниями, моделируя разные ситуации, что могут возникнуть по ту сторону портала. Готовьтесь к очень активным занятиям, ведь уже в пятницу состоится премьера «Вишневого сада». И наш первый с вами совместный выход за пределы портала… Который, как мне бы очень хотелось, смог бы пережить каждый из вас!
Лицо Иванова посерьезнело, и он, замолчав, обвел нас взглядом, задерживаясь на каждом. И мне сразу же стало как–то не по себе.
— Артемий Викторович, — я справился с оцепенением и решился задать вопрос, который меня начал всерьез волновать, еще как только я услышал об ограничениях на преобразование. В свете риска для наших жизней, о котором только что прямым текстом сказал режиссер, это было более чем актуально. — Я, конечно, чего–то могу не понимать, но если не считать огнестрел, то наша тактика получается какой–то… варварской, что ли. Задержали хутхэнов пулями, потом встретили мечами и копьями. И никаких других вариантов? Неужели нет каких–то менее прямолинейных тактик? Мы же люди, умные люди, хочется верить — так разве мы не можем придумать какой–то способ хоть немного обойти все эти ограничения?
 
Режиссер пристально посмотрел на меня, словно испытывал мою решимость, а потом ответил:
— Поверь, мы пытались… Вот только за последние сто лет маски сильно потеряли в своих позициях. Об этом не принято говорить, но в двадцатом веке произошел целый ряд… гм, неудачных сражений, в которых наше общество лишилось лучших бойцов. Тех, у кого были самые большие маски, кто мог делать вещи, которые сегодня для большинства кажутся невозможными. Вот и сложилась ситуация, когда мы не можем преобразовывать мощное оружие, у большинства не открыты дополнительные способности, а потому рассчитывать пока получается именно на такие вот, как ты сказал, варварские тактики. Будем бить хутхэнов, собирать части масок, развиваться, искать технологии — и уже потом благодаря всему этому сможем драться более виртуозно. Конечно, не совершая при этом старых ошибок…
Я вспомнил, что Иванов мне о чем–то подобном уже рассказывал, когда вводил в курс дела, но тогда на меня все свалилось разом и вдобавок я еще не разбирался в теории. А сейчас понимаю, что все завязано на размеры маски… Не нравится мне, конечно, эта история с неожиданным выбыванием из игры сразу большого числа сильных масок, но пока ведь ничего с этой информацией сделать нельзя… Остается только чаще ходить в рейды и искать новые куски своего образа, чтобы улучшать его.
Почему–то вспомнился дядя Витя, мамин двоюродный брат. После тяжелой болезни, химиотерапии и операции он взял себя в руки и твердо решил: можно скулить, что твой организм ослаб, и ничего не делать, а можно, превозмогая боль, стиснув зубы, восстанавливаться, чтобы вновь обрести себя. У него это в итоге получилось, хотя врачи давали неутешительный прогноз. Сейчас в дяде Вите ничто не выдает былой недуг, а лично мне, глядя на него, теперь всегда стыдно жаловаться на жизнь. Да, я порой ленюсь, не делаю всего, что можно — но хотя бы честно признаюсь себе, что это именно мое решение. И в случае с масками так же: можно принять ситуацию и решить, что игра не стоит свеч, а можно хорошенько поработать и попробовать переломить ситуацию в свою пользу. Думаю, если наша группа соберет свои маски по те же двадцать процентов, мы уже сможем гораздо больше, чем сейчас. А это выглядит более чем реальной задачей!
— Сегодня тридцать процентов маски — это максимум, — сообщил между тем Артемий Викторович. — А еще лет сто пятьдесят назад встречались обладатели половины масок. Но все сгинули на той стороне.
Я украдкой посмотрел на своих товарищей — вряд ли для них было новостью то, о чем сказал сейчас режиссер, однако их лица помрачнели. И Костик, и Элечка, и Денис прекрасно понимали, что нам будет нелегко, но были готовы бороться. Прекрасно! А мне на самом деле начинает нравиться наша труппа!
— Итак, я начну, а дальше уже будете следовать ранее озвученному плану, — Иванов не стал затягивать с мхатовской паузой и вернул нас к реальности тренировок. — Вспомним азы преобразования и потренируемся. Подойдите к столу с холодным оружием и выберите макет для преобразования, подходящий к вашей маске по уровню целостности и уникальным особенностям. Можете попробовать положиться на удачу или внутреннее чутье — некоторые режиссеры говорят, что это может привести вас к интересным открытиям — но лично я рекомендую спросить у внутреннего помощника. Он сможет подсказать, к каким конкретно видам оружия у вашей маски предрасположенность, и, на мой взгляд, было бы глупо этим не воспользоваться.
 
«Какое оружие подходит Труффальдино?» — не преминул я воспользоваться советом режиссера и обратился к голосу маски.
«Наиболее подходящее оружие для обладателя маски Труффальдино — это дубина, — ответил мой невидимый помощник. — Также может подойти арбалет, но нужно учитывать, что он состоит из трех элементов — приклад, дуга и тетива, каждый из разных материалов, так что столь сложное преобразование будет доступно только на восемнадцати процентах маски. Либо на тринадцати, если приклад оставить металлическим, что в свою очередь уменьшит эффективность оружия против хутхэнов. Также надо учесть, что болты тоже придется преобразовывать. Правила те же, что и с оружием — один процент на один элемент с учетом базового материала. Таким образом арбалет с комплектом из пяти зарядов, как минимум необходимым для нейтрализации хутхэна обычного ранга, обойдется вам в восемнадцать процентов маски. Или же в двадцать три, если создавать полную версию арбалета из трех элементов. И это еще не считая того, что преобразование дистанционного нетехнического оружия получится у вас лишь при десяти процентах маски».