Тайная жизнь Маши Ромашкиной (СИ)

— Я не знаю, ясно? — кричит он. — Но ты нужна мне! Я хочу тебя, а не ее!
— Как же я разочарована в тебе, Миш, — мой голос понижается до шепота. — Ты был мне лучшим другом, а теперь и это отнял. Не звони мне больше, не пиши, не приходи. Иди к невесте, женись, воспитывай своего ребенка. Мы больше не друзья.
Огибаю застывшего Мишу и иду к Руслану. Тот улыбается, и мне хочется стереть его ухмылку с лица. Я только что потеряла старого друга, разочаровалась в дорогом мне человеке. А ведь у меня осталось так мало родных людей.
Руслан хмурится, увидев мое лицо. Я тяну его к подъезду, но он отстраняет меня, решительно подходит к стоящему столбом Мише и одним точным ударом сносит его с ног.
— Ты знаешь за что! — тычет в него пальцем мой воинственный Арес.
Миша закрывает нос ладонью, а снизу, по губам, подбородку и серому пальто текут капли ярко-алой крови. Я ненавижу насилие, не поощряю его, но не могу отрицать, что сейчас я горжусь тем, как поступил Рус. Мне и самой хотелось бы двинуть бывшему другу меж глаз за все его вранье.
Че ведёт меня домой, снимает пальто и крепко прижимается к губам.
— Не грусти, — шепчет он между поцелуями. — Он этого не стоит.
Я знаю. Знаю, но мне все равно больно. И ещё хочется спросить: "А тебе? Тебе можно?"
  
Глава 38
 
— Пожрать бы, — весело гогочет Рус, смело вышагивая по коридору к кухне.
Если мое настроение после беседы с Мишей резко упало до нуля, то у Че явно скакнуло. Выброс тестостерона? Чувствует себя победителем?
— Мышка! — доносится откуда-то из недр моего холодильника. — У тебя тут пусто!
Рус захлопывает дверцу и чешет затылок. Я устало прислоняюсь к дверному косяку все ещё в разрозненных чувствах.
— Закажем что-нибудь? — предлагаю я.
— Есть идея получше!
Он идёт ко мне и оттесняет спиной обратно в коридор. Тянется к моему пальто и я недовольно хмурюсь. Хочет пойти куда-то? А как же обещанный разговор?
— Поедем ко мне. У меня весь холодильник забит благодаря матери. Там такая запеканка, просто грех не разделить ее с тобой.
Он все болтает и болтает о яствах, которыми пичкает его мать при еженедельном визите, а я слышу только "поедем ко мне". Фраза раздается в голове снова и снова, разливая тепло в груди. Он не скрывает, где живёт, он приведет меня туда, он все мне расскажет сегодня.
Мы добираемся на удивление быстро. Ничем не примечательный двор, каких в Москве с тысячу, удивляет однако огражденной территорией дома и пропускной системой. БМВ въезжает на стоянку и паркуется аккурат под табличкой с номером. Чувствую, как ладони становятся влажными от волнения.
— Ты снимаешь здесь квартиру? — я противно пищу эту фразу.
— Не, купил. — Руслан произносит это с гордостью и выходит из машины. — И даже без ипотеки!
Он приобнимает меня за плечи, прижимая ближе к себе. Но я чувствую себя неуютно. Как он смог позволить себе квартиру в таком доме? Я знаю, какая зарплата у младшего специалиста по маркетингу. И даже если предположить, что ему помогли родители — боже, кого я пытаюсь обмануть, я видела, где живут его родные — позволить себе такое он бы не смог.
— Знаю, знаю, — смеется он, когда мы заходим в подъезд: чистый, выложенный дорогой плиткой, с кадками цветов по углам. — Я завидный холостяк. Подожди, это ты еще квартиру не видела!
Его глаза горят, на губах играет легкая улыбка, и я чувствую, как от него исходит приятное предвкушение. Дверь в квартиру он открывает так, словно приглашает меня на аудиенцию к президенту. Я не смело шагаю внутрь и застываю на пороге.
Рус шагает за мной, закрывает дверь и включает верхний свет. Я оглядываюсь, пытаясь переварить первый шок от происходящего. Частная территория, свое парковочное место, огромная квартира. О габаритах жилища мне даже гадать не приходится, потому что даже при включенном свете я с трудом определяю, где заканчивается коридор.
— Давай же, мелкая, раздевайся, — смеётся Рус, стягивая ботинки. — Не терпится устроить тебе экскурсию!
Одеревенелыми пальцами пытаюсь расстегнуть пуговицы на пальто, но выходит коряво.
— Ты выиграл в лотерею? — задаю самый нейтральный из вариантов, вертящихся в моей голове.
— Гадаешь, как я заработал на такую хату? — прищуривается Че.
Я киваю, все еще сражаясь с непокорными пуговицами.
— Расслабься, просто бабушка оставила мне квартиру, я ее продал, потом провернул одно дельце и купил эту. Ремонт делал практически сам, — он поднимает ладони вверх, словно подтверждая, вот этими самыми руками.
— Дельце?
— Из всего сказанного ты услышала только это? Интересно.
Мы молча смотрим друг на друга. Я слушаю свое сердцебиение, которое ждет его прямого ответа. Но Руслан в своем репертуаре.
— Я все тебе расскажу, обещаю. Только давай поедим, ладно? А то ты голодная — раздражительная, а история будет не из тех, что ты хотела бы услышать.
Я застываю на месте, так и не расстегнув последнюю пуговицу на пальто. Я бы не хотела услышать? Может, тогда и не стоит? Может, ну его к черту всю эту информацию. Кому от нее легче будет жить? А может, стоит бежать, пока не поздно?
— Ничего себе ты загрузилась! — смеётся Рус.
Он подходит ко мне вплотную и берется за верхнюю пуговицу пальто, ловко вынимая ее из петли.
— Ничего криминального, клянусь. Просто несколько неоднозначных историй и стечений обстоятельств…
— Неоднозначных, значит? — поджимаю губы, хмурясь еще больше. Сердце громко стучит, а ладони начинают потеть. Возможно, из-за того, что я все еще в верхней одежде, а вовсе не из-за волнения.
— Ну… — он разводит руки в сторону. — Поэтому я предпочту тебя сначала накормить, а потом… может, ещё вина бокальчик залью в тебя. И только тогда отвечу на все твои вопросы.
Он легонько щелкает меня по носу, потом стягивает тяжелое пальто и дожидается, когда я сброшу ботильоны.
— Пошли, — берет меня за руку и тянет к первой двери. — Это кухня.
Огромная, много дерева и металла. Кухня мечты.
— Дальше комната, назначение которой я пока не придумал, — толкает он следующую дверь.
Пустая. Огромная.
— Тут ванная и туалет, — кивает на две двери, расположенные вплотную. — А тут, ну, ты сама понимаешь.
Белые стены. Темный пол. Кровать. Огромная. Как и все в этом доме. Настолько, что я даже не подозревала о существовании матрасов такой ширины.
Руслан подталкивает меня внутрь. Слева стоит зеркальный куб от пола до потолка, отражающий свет и расширяющий пространство.
— Гардеробная, — поясняет Че, подталкивая меня дальше.
Возле кровати тумба. На противоположной стене плазма. О габаритах которой даже говорить не приходится. На тумбе сразу замечаю свой потрепанный блокнот. Даже не знаю, радоваться или переживать, что он лежит под рукой у Че каждый вечер.
— Я, наверное, должна объяснить тебе, почему все это рисовала.
Мне неловко начинать этот разговор, но, может, Руслану станет проще довериться мне, когда я поделюсь своей маленькой тайной?
— Ты очень талантливая, — шепчет мне на ухо Руслан. — Твои картинки такие живые, детальные, и очень, просто дико, возбуждающие!
Он запускает руки мне под свитер, пальцами вырисовывая узоры на животе.
— Показать тебе мою любимую?
Его горячее дыхание щекочет мое ухо, и я покрываюсь мурашками. Знаю, к чему все приведет. мы так и не поговорим.
— Позже, — разворачиваюсь в его руках. — Представляю, что ты подумал, когда их увидел… — говорю смущенно, стараюсь не смотреть ему в глаза. — Но и ты должен поверить мне, я делала это не для развлечения. И не потому, что тайная нимфоманка.
— Ты уверена? — смеётся мне в висок Че.
— Блин, я пытаюсь сказать… Короче, я рисую порно комиксы на заказ.
Выпаливаю на одном дыхании и поднимаю голову, заглядывая в глаза Руслану.
— Угу, — задумчиво бормочет он.
— И прежде, чем ты начнешь осуждать, скажу, что иначе мне никак не потянуть ипотеку! — я прикусываю губу от волнения и отстраняюсь от Че. — Понимаешь, снимать до конца дней — не выход, а рассчитывать мне не на кого, ты сам знаешь.