Леди исправляет прошлое (СИ)

— Леди, боюсь, вы не до конца понимаете своё положение. Вы нужны нам, а Гельдерны всегда берут то, что им нужно.
Неужели это шанс?
— Зачем же я вам, лорд Гельдерн?
— Вам это знать не обязательно, леди Юджин.
— Разве?
— Именно так, — спокойно отвечает он.
Я и не рассчитывала получить ответ.
— Хотела бы я знать, стоит ли оно того, — хмыкаю я. Если бы не их желание получить меня, тёмная госпожа продолжала бы спать…
— Стоит, — бывший муж не сомневается. — Но давайте поговорим о вас, леди Юджин, о вашем будущем. Должен признать, оно весьма печально, но только от вас зависит, насколько мрачным оно будет.
Внезапно Кристан поднимается. Возникло какое-то срочное дело? Он обходит моё кресло, но не проходит мимо, а перегибается через спинку. Увернуться я не успеваю. Его ладони оказываются на моих плечах, и хватка слишком крепкая, чтобы вывернуться.
Кристан наклоняется ещё больше, его губы почти касаются моего уха. У них с Лоуренсом повадки одинаковые, да?
— Хочешь знать, что нам нужно, Юджин? Нам нужен от тебя ребёнок.
Чушь какая! Я смотрю на него потрясённо. Какой в Бездну ребёнок?! Оставим на время, почему именно от меня. В прошлом… я забеременела от Лоуренса, но ребёнку не позволи родиться, я ведь узнала много позже, что брачное кольцо не позволяет женщине родить от кого-то, кроме мужа, и не важно, была она в положении до брака или изменила после свадьбы. Разве их цели изменились? Едва ли. Я ожидала, что мне попытаются надеть кольцо, но до сих пор брачный артефакт никто не достал.
Они хотят повторить прошлый сценарий, где я теряю ребёнка?
В чём смысл?
Сходу на ум ничего не приходит. Я подумаю потом…
— Никогда! — я пытаюсь вывернуться, но Кристан легко удерживает меня в кресле.
— Способность к деторождению не зависит от желания, — Кристан щекочет дыханием затылок.
— Пустите! — дёргаюсь я.
Умные мысли не провоцировать Кристана испаряются. Да, он не терпит неповиновения, и сопротивление только раззадорит его, но терпеть никаких сил. Его пальцы до боли впиваются в плечи.
— Пусти, Кристен, — вмешивается Лоуренс. — Мы и так тебя отвлекли. Я провожу Юджин… в нашу спальню… до результата.
Лоуренс окидывает меня откровенно раздевающим взглядом.
— Не беспокойся, Лор, — хмыкает Кристен. — Ты с самой простой задачей не справился, а Юджин девушка неопытная, в отличии от твоих обычных пассий, сама ничего не сделает, ей нужен кто-то, кто умеет быть мужчиной.
Уроды. Оба. Да вообще все Гельдерны. Хоть бы один нормальный попался…
— А если бы на моём месте оказалась ваша мать или сестра?
— Но ты, Юджин, не мать и не сестра, — усмехается Лоуренс.
— Моя сестра, — Кристен чуть ослабляет хватку но не отпускает, — никогда не окажется в таком положении, потому что она умеет о себе позаботиться. Год назад она прошла испытание и доказала, что достойна пройти высшее посвящение. Если бы она оказалась на вашем месте, половина родовых земель уже было бы уничтожено.
Преувеличивает. Я верю, что боевой маг может разнести обычное здание, но не резиденцию, защита которой совершенствовалась столетиями.
— Мразь. И я не про леди.
— Что касается моей матери, то, заверяю вас, Юджин, именно в таком положении она и была, пока не ушла в Чертоги Белогорья, и именно её пример научил нас с сестрой, что слабость не может быть прощена.
Он ещё больший урод, чем я думала.
— Кристен, разве твоя помощь сейчас не нужна дяде, например?
— Нет, не нужна, — усмехается он.
Наконец его ладони исчезают с моих плеч, и я свободно вздыхаю, только вот оставлять меня в покое никто не собирается. Лоуренс подаёт мне руку.
— Лор, Кристен ясно сказал, возьмёт леди под свою ответственность, — вмешивается мой бывший и, вероятно, будущий муж.
Лоуренс опускает руку:
— Ты пожалеешь, Юджин.
Почему я-то?
Вслух я не спрашиваю.
Лоуренс первым покидает гостиную. Я провожаю его взглядом и только поэтому успеваю увидеть, как в коридоре он подхватывает первую попавшуюся под руку горничную. Видимо, сорвётся на ней.
Бывший муж тоже встаёт, и я понимаю, что остаюсь Кристеном наедине, только помешать этому я не могу. Бывший муж уходит и плотно закрывает за собой дверь. Кристен останавливается передо мной, и я отклоняюсь, вжимаюсь в спинку кресла. Становится страшно. Я почти готова повторить цепочку усыпляющих рун. Использовать козырь я смогу один единственный раз. Сейчас? Кристен протягивает руку и лишь задумчиво проводит подушечкой большого пальца по моей щеке, будто оценивает, насколько привлекательно для него моё лицо.
 
Он собирается прямо здесь?!
К счастью, нет. Он убирает руку, и я снова могу дышать.
Мой испуг ему явно не понравился, но в то же время успокоил — Кристен брезгливо кривится:
— Вот и всё твоё сопротивление, Юджин?
— Вы…
— Веди себя хорошо, и твоя жизнь будет мало отличаться от той, которую ты вела, будучи компаньонкой дочери герцога. Неподчинения я не потерплю.
— Чтобы ребёнок был здоровым, будущая мама должна сохранять хорошее настроение.
— Сохраняй, — кивает Кристен, и я окончательно убеждаюсь, что никакой ребёнок на самом деле ему не нужен.
Гельдерны собираются повторить то, что было — надеть на меня кольцо, когда я забеременею. Я потеряю ребёнка. Но в чём смысл…?
Кристен звонит в колокольчик, и в гостиную тотчас входит горничная. Она без дополнительных указаний сразу же подходит ко мне, забирает дорожную сумку. Я давлю в себе порыв схватиться за ремешок и не позволить. Пусть думают, что у меня в сумке сменная одежда, мелочёвка, ничего ценного. Схватившись за сумку, я только привлеку внимание, и вещи начнуть проверять. Нет уж.
Я поднимаюсь и послушно следую за горничной, а Кристен садится в кресло, закидывает ногу на ногу и достаёт сигару.
Можно выдохнуть?
Следуя за горничной, я стараюсь смотреть в пол, чтобы не показать, что узнаю интерьер и скрыть обуревающие меня эмоции. Какая ирония! Меня ведут в боковое крыло, то самое, где я провела десять лет. В тот раз комнату мне выделил супруг, в этот раз, видимо, он же, поэтому комната будет та же самая. И я не ошибаюсь. Мне смеяться или плакать?
Я задерживаюсь у входа, чтобы взять себя в руки.
Сейчас горничная поставит мою сумку на комод, возможно, разберёт вещи и затем уйдёт. Как только я останусь в одиночестве… Я ещё не знаю, что именно предприму, но что-то точно сделаю.
Горничная действительно ставит сумку, но не на комод, а убирает её за трюмо прямо на пол, то есть разбирать вещи явно не собирается. Вроде бы хорошо, что она не тронет зеркало, но как-то странно.
— Принеси мне чаю с мятой, — прошу я. — Как тебя зовут?
То, что она не представилась, для слуги большая ошибка. Пленница или нет, я всё ещё леди, и обращение со мной должно быть соответствующее.
— Рия, леди, — горничная склоняет голову. — Я к вашим услугам.
А где извинение за ошибку?
— Принеси мне чай с мятой, — повторяю я.
— Простите, леди, но у меня другие указания. У нас очень мало времени, чтобы подготовить вас к визиту лорда Гельдерна. Пожалуйста, проходите в ванную. Я помогу вам раздеться.
  
Глава 18
 
Ни в какую ванную я идти не хочу, но я не сомневаюсь, что при отказе меня затащат в воду силком, поэтому уступаю, позволяю забрать у меня платье, нижнюю сорочку. На тёмную тропу в конце концов и голышом можно ступить. Понять бы, как её открыть. Чтобы пробить защиту, установленную на резиденции, потребуется… жертвоприношение? Я не готова убить человека, по крайней мере вот так расчетливо и хладнокровно.
Вода тёплая, и я погружаюсь с головой. На выдохе булькают пузырьки, и, как только воздуха начинает не хватать, я выныриваю.
Горничная, опустившись на деревянную табуретку, осторожно выливает мне на волосы шампунь и начинает бережно взбивать пену. Надо же… В прошлом мне такой заботы не перепадало, ухаживала я за собой сама, благо горничные не только убирались, но и исправно пополняли запас баночек и флакончиков.