Эскортница для Сотника (СИ)

Я старалась заговорить зубы этому похотливому самцу, потому как, его дальнейшее намерение, уже прилично так выпирало под брюками. Но, по определенным причинам, ему ни в коем случае нельзя видеть меня без одежды, хотя бы несколько дней, а лучше, до самой свадьбы.
– Так это я во всем виноват?
– А кто же? Ты, конечно. Раньше, я не притягивала к себе стольких мудаков.
– Да ну?! И кто же Сева, если не мудак?
Глеб продолжал нависать надо мной на вытянутых руках. С каждой секундой, опускаясь все ниже. Не пройдет и минуты, как он полностью накроет меня своим могучим телом. Нельзя было этого допустить.
– Да что тебе Сева все покоя то не дает! Ревнуешь, что ли?
– Что за бред? С чего мне ревновать?
Все-таки я добилась своего – он оттолкнулся от дивана руками и сел рядом. Я тоже поспешила принять сидячее положение, чтобы не провоцировать возбужденного мужчину.
– А почему бы нет? Я, как-никак, скоро стану твоей женой.
– И что? – он откинулся назад, располагаясь полулежа и повернул голову на меня, гипнотизируя взглядом. – Чтобы ревновать, нужно любить, а у нас, сама понимаешь, совершенно иная ситуация. Так что, твои предположения абсолютно беспочвенны, а точнее, даже глупы.
Скажу честно, меня неприятно царапнули в душе его слова. Вроде и не нужны мне были его чувства, но ведь женщине всегда приятно, когда в нее влюбляются. Тем более – такой как я.
– Отлично! – постаралась сделать выражение лица, как можно более равнодушным. – Тогда объясни, что это было в клубе? 
– Лана, я – собственник! И это вполне нормальная для меня реакция. Ты – официально моя невеста, а не просто девка с улицы. Я отреагировал, – сказал Глеб равнодушно.
– Ты собираешься так реагировать на всех мужчин, которые захотят со мной познакомиться?
– Если они при этом будуть тебя лапать, то да. Ты еще толком не видела, как я могу отреагировать, когда меня никто не сдерживает.
– И надеюсь, не увижу.
Я встала и не обращая внимание на вопросительный взгляд, со стороны Глеба, ушла в спальню, а затем и в душ. Благо, меня никто не остановил.
Провалявшись в ванной около часа, решила, что пора закругляться, а то кое-кто нетерпеливый, уже несколько раз ломился в дверь и требовал его впустить. Ага, щ-щ-а-ас! 
В очередной раз, услышав от меня отказ и пожелание, отправляться в далекое пешее, Сотников пригрозил выбить дверь, если я через пять минут не выйду. Проверять на правдивость его угрозу, я не решилась, поэтому, нехотя выползла из уютной водички, наскоро обтерлась полотенцем и натянула на себя самую скромную пижаму, которую прихватила с собой в Штаты. Состояла она: из простой хлопковой майки, с высоким вырезом на груди и коротеньких шортиков. Зачем я кинула ее в чемодан – сама не знаю. Но пригодилась же.
Я распахнула дверь и сразу же уперлась в голую, каменную грудь. Подняла взгляд и вздрогнула. Думала, Глеб успокоиться, протрезвеет, пока я нежилась в ванной, но какой там! Судя по стеклянным глазам и исходящему от него амбре – он не терял времени даром. 
– Дай пройти, – спокойно попросила.
Он неожиданно послушался и отошел. А когда я устремилась в кухню, лишь бы не находиться с ним в маленьком замкнутом пространстве, Глеб последовал за мной. Я спиной ощутила, его тяжелый взгляд. Он ничего не говорил и это напрягало больше всего.
  
Глава 25.1.
 
Все так же молча дошли до кухни и никто из нас не решался заговорить первым.
Мне безумно захотелось зеленого чая с лимоном. И чего-нибудь сладенького.
Такие стрессы, которые мне создает мужчина, стоящий неподалеку и не сводящий с меня взгляда, нужно заедать большим количеством сладкого. Но тогда, через некоторое время, я в дверь не влезу. Так что, обойдусь одной конфеткой.
Я достала из верхнего ящика коробку конфет, которую уже вскрыла сегодня днем и открыв ее, удивленно воззрилась на содержимое.
Когда это я успела слопать столько штук?
В коробке не доставало пяти вкуснейших шоколадных конфет с орешком внутри.
Задумалась.
Ну конечно! Я же их умяла после ухода Халилова, чтобы успокоить нервы.
 
Говорят, шоколад является отличным антидепрессантом. По крайней мере, мне он прекрасно помог унять нервозность и не выдать себя перед Глебом, который продолжал буравить меня взглядом и молчать.
Мне надоело играть в молчанку и я заговорила:
– И долго ты собираешься изображать из себя немого? Или это для пущего устрашения, чтобы я точно осознала степень своей распущенности?
– Если ты не заметила, я пытаюсь себя контролировать. Сейчас не лучшее время для разговоров.
Я заварила себе зеленый чай, взяла одну конфетку и повернулась к Глебу. Сесть за стол не решилась, чтобы не находится в заведомо невыгодной позиции. Облокотилась о столешницу и сказала:
– А когда будет лучшее?
– Когда я снова смогу адекватно реагировать на твое присутствие.
Я удивленно вздернула брови.
– Что ты имеешь в виду?
– Мне продемонстрировать? – он с усмешкой перевел взгляд на свой пах.
Я закатила глаза. Ну конечно! Как я могла не понять. Все проблемы и недопонимания, Сотников решает со мной исключительно в горизонтальной плоскости. Хотя нет, не всегда в горизонтальной. Помнится, недавно, именно на этой столешнице, на которую я сейчас опиралась, мне настойчиво затыкали рот и соблазняли, лишь бы не отвечать на вопросы.
– Глеб, я серьезно! – сказала строгим голосом.
– Да и я предельно серьезен. В данный момент, я не настроен на разговоры, – парировал он, а затем добавил: – Зато, настроен на кое-что другое…
Я даже вскрикнуть не успела, как оказалась в крепких мужских объятиях. Глеб стал спешно задирать мое платье, но я отдернула его руки и попыталась отойти. Удержал.
– Пусти, – попросила я.
– Не пущу. Я безумно тебя хочу, – произнес он, водя горящим взглядом вдоль моего тела. – Это платье, конечно, шикарно на тебе смотриться, но я, предпочитаю тебя без всего.
Он с еще большим напором накинулся на мои губы страстным поцелуем, терзая то верхнюю, то нижнюю. Проникая в рот горячим языком и настойчиво лаская. Я стала терять связь с реальностью и ответила ему с не меньшим напором.
И еле удержалась от вскрика, когда Глеб сильно сжал мою грудь в порыве страсти. Грудь запульсировала жгучей болью. Я сразу же отстранилась от мужчины, сморщилась и закусила нижнюю губу. От Глеба этот жест, конечно же, не укрылся. Он все заметил и нахмурился, прожигая меня потемневшим взглядом:
– Что случилось?
– Ничего, просто ты слишком сильно сжал грудь, – я попыталась отмахнуться и не заострять внимание на своей оплошности.
– Как всегда, – удивился Сотник.
– Просто, у меня красные дни календаря и грудь более чувствительная, – врала я напрополую.
– То есть, ты меня сегодня обламываешь?
– Ну, не только сегодня. Еще примерно четыре дня никакого секса тебе не светит.
Надеюсь, за это время, синяки максимально посветлеют и грудь перестанет так болеть. Чертов сукин сын! Обязательно было оставлять на мне следы?!
– Да ты издеваешься!!! Я столько не выдержу, – расстроился Сотник. Было забавно наблюдать за ним подвыпившим. Он как будто бы стал более человечным – меньше контролировал эмоции.
Словно вспомнив о чем-то, он заинтересованно уставился на мои губы и выдал:
– Может, поможешь мне как-нибудь по другому.
Естественно, я сразу поняла, как “по-другому” он предлагает мне ему помочь.
– Охренел?! Я не собираюсь делать тебе минет! – возмутилась я.
– А что не так? Можно подумать, ты никогда не ублажала мужиков таким способом!
– Не твоего ума дело, кого я там ублажала и когда! – Глеб все продолжал нависать надо мной и давить авторитетом.
– Ошибаешься! Еще какого моего. Мне нужно снять напряжение и ты мне в этом поможешь.
Сотник резко присел, обхватил меня под бедра и подняв, перекинул через плечо.
Я стала брыкаться, бить кулаками по спине и крыть его нецензурными выражениями.