Эфириус. Восхождение

– Всем привет, – выпалил Тим, устраиваясь на белом кожаном кресле на колёсиках. – Кара… родная! Рад тебя снова видеть!
– Аналогично, – озорно подмигнул Макс и, скользнув мимолётным взглядом по моему соседу, бестактно добавил: – Даниэль, приятель, а ты что здесь забыл?
– В смысле? – удивилась я. – У нас вообще-то планёрка…
Друзья переглянулись и загадочно заулыбались. Ну и что же я пропустила?
– Так и знала, что сам он тебе в этом не признается! – первой весело заговорила Мари.
– Не признается в чём? – Я растерянно покосилась на Даниэля, который таинственно поджимал губы, крутил карандаш в руках, но молчал.
– В том, что наш господин Гросских без пяти минут топ! – пояснила подруга.
– Серьёзно? – Он кивнул. – Поздравляю. Может, тогда расскажешь, как тебе это удалось?
– Да ничего особенного.
Даниэль по привычке взъерошил чёрные волосы на затылке, и от этого жеста моё сердце наполнилось теплом.
– После презентации твоего шатра воспоминаний господин Штольцберг решил, что у меня огромный потенциал. Он откуда-то узнал, что я с детства помешан на космосе и предложил поработать в этой сфере. Оказывается, в Эдеме с полезными ископаемыми беда. Я воодушевился, дал согласие на новый проект и теперь задействован в правительственной программе. А Берд – мой куратор.
– Берд? – переспросила я. – Тот самый, который чуть не сорвал тебе в прошлый раз презентацию?
– Да. Он тогда пришёл на меня посмотреть. Берд – полный псих, но мужик классный. Своё дело знает. Представь, он материализует устройства, которые меняют генетику человека, создаёт новые расы, которые бы могли колонизировать Марс или Нептун! Только это большой секрет.
– Звучит впечатляюще… Значит, тебя перевели в другой отдел?
– Перевели. Но я пришёл на вашу планёрку, чтобы тебя поддержать.
– Спасибо. – Это было невероятно мило.
Едва Кристина вошла в кабинет, Макс подскочил со своего кресла и громко захлопал в ладоши:
– Ребята, давайте поаплодируем самому лучшему, самому доброму и понимающему куратору Пантеона! – Я улыбнулась и вместе с коллегами последовала его примеру. – Кристина, родная, смотри, кто тут у нас! – Он указал кивком на меня. – Кара снова в строю. А всё благодаря тебе.
Кристина усмехнулась, покачала головой. Длинные рыжие кудри заколыхались, как камыши на ветру, в уголках серых глаз пролегли морщинки-лучики.
– Ну-ну… Вы тоже хороши. Но подробностей я знать не желаю.
Йелло с Майей и Тимом весело переглянулись. Наверняка вспомнили, как тайком вломились в мою сферу и доделали за меня прототип, а потом, якобы случайно, подсунули его Кристине. А она не побоялась рискнуть своим положением и добилась того, чтобы проект засчитали. Благодаря чему мне больше не пришлось отрабатывать колоссальный долг перед Эдемом.
– Рада, что ты снова с нами, Кара, – обратилась Кристина ко мне, и я, встав со своего места, обняла её и искренне прошептала:
– Спасибо.
На этом с нежностями было покончено, и куратор приступила к текущим делам:
– Итак, дорогие мои, на повестке дня у нас устройства, облегчающие повседневный труд. У кого какие предложения?
От её слов мне стало не по себе. Вспомнилась надпись над пропускным пунктом у рудников: «Труд освобождает», а вместе с ней тяжёлые работы по добыче руды. Без помощи техники. Как в начале девятнадцатого века. Ненавистная кирка, прилюдные порки, голод, уколы, лишавшие голоса, попытка изнасилования в тёмном подземном тоннеле, и Томми, который меня спас.
Горло свело спазмом, а моя правая рука сама по себе потянулась к левому плечу, оглаживая кожу в том месте, где до сих пор расползался уродливый красный шрам от плети. У меня забрали красоту, у него – жизнь.
– Я хочу создать экскаватор, который бы функционировал в аномальных зонах, – произнесла неожиданно для самой себя.
Ребята, которые до этого что-то оживлённо обсуждали, резко умолкли и непонимающе уставились на меня. Мари изумлённо вскинула брови. Кристина застучала пальцами по столешнице.
– Э-э… что за аномальные зоны? – мгновенно среагировал любопытный Макс.
 
– Типа паранормальные? – со смешком уточнил Тим. – С привидениями и прочей потусторонней нечистью?
– Нет, – жёстко оборвала их Кристина. – Аномальные зоны – это места, где любая техника выходит из строя. Насколько мне известно, с каждым годом их становится всё больше, из-за чего предприятия закрываются, рабочие места сокращаются… В ФФЗ с этим большая проблема.
– Правда? – удивилась Майя. – А я и не слышала про такое… – Судя по выражению лиц остальных ребят, они тоже были не в курсе. – Кристина, а почему появляются эти зоны?
Куратор тяжело выдохнула.
– Никто этого не знает. Одни говорят, что это из-за паров эфириуса, которым пропитался воздух Эдема, другие – что это кара богов. Карина, ты уверена, что тебе под силу создать такое устройство? До тебя многие пытались, но безуспешно. А в твоём случае риск слишком велик…
Я нахмурилась, обдумывая ответ. Потом кивнула. Куратор прищурилась.
– Почему?
Я оперлась локтями о столешницу. Наклонилась немного вперёд и, глядя на неё в упор, хрипло произнесла:
– Потому, что я очень сильно этого хочу.
С минуту Кристина буравила меня острым взглядом, а потом покачала головой и устало выдохнула:
– Ты изменилась, Кара. Проект за тобой. Я постараюсь выбить тебе максимальные сроки, но гарантировать ничего не могу. Внимательно читай договор, прежде чем его подписать.
– Спасибо, – вежливо улыбнулась я и откинулась на мягкую спинку кресла.
После планёрки Кристина попросила меня задержаться.
– Что произошло с тобой на тех работах, Кара? – встревоженно спросила она.
– Не стоит вам этого знать, Кристина.
Куратор прищурилась.
– Хорошо. Тогда остальным тоже не говори.
Я кивнула:
– Конечно.
 
Глава 2 Мотор! Камера! Снято!
 
После разговора с Кристиной я покинула комнату для собраний и устало привалилась боком к стене. Ну вот, жребий брошен. Я выбрала невероятно сложный проект, который в случае успеха сулил не только невообразимые радости, но и три месяца жизни.
Свободу.
Но если мне не удастся создать заявленное, причём в срок, то будет нечем выплачивать бешеный штраф за просрочку. Впрочем, как и налог в казну ФФЗ. И тогда меня снова отправят вкалывать на рудники, а там и… Но об этом я решила пока не думать.
Тряхнула головой, отгоняя тревожные мысли, и направилась к стыковочной площадке, чтобы вызвать свою сферу.
Мой рабочий кабинет… Место, в котором любая фантазия оживала. Место, где можно было с помощью слов материализовать города, целые страны и даже космические просторы. Он снова превратился в холодную бездушную белоснежную капсулу, парившую в недрах храма творцов.
Когда-то давно, в прошлой счастливой и беззаботной жизни, я создала в нём прекрасную мандариновую рощу с бескрайними лавандовыми полями, в которых любил шнырять мой Курсивчик – маленький лиловый драконёнок. Фантазийной создание, не живое, но от этого для меня не менее реальное.
Сейчас его не было. Ничего больше не было. Я сделала откат к заводским настройкам. Ничто не должно было отвлекать меня от работы.
Я села за белоснежный сенсорный стол, включила компьютер, запустила программу «Творец» и приступила к делу. Мне виделся огромный ковш экскаватора, гусеницы вместо колёс… И больше ничего. Я понятия не имела, как устроены изнутри машины, из-за чего не могла что-то подобное материализовать.
Пока мои мысли крутились вокруг того, стоит ли сбежать пораньше из Пантеона, чтобы заглянуть в букинистический, тишину, царившую в сфере, неожиданно разорвал громкий компьютерный голос:
– Господин Карелтон просит разрешение войти.
Я вздрогнула и с удивлением покосилась на дверь. Маркус Карелтон занимался пиар-компанией зеркального пространства. Мы с ним не виделись около двух месяцев, хотя и распрощались довольные друг другом. Интересно, что ему понадобилось от меня?