Мистер Генофонд (СИ)

На последней мысли я заставила себя остановиться и резко пресекла дальнейшие Вовкины домогательства.
«Рада за вас. Прости. Занята». Пальцы набрали три коротких предложения за пять секунд. На автомате уже.
Но то ли у Вовки настроение сегодня было особенным, то ли мне банально не повезло.
Следом за видео пришло еще одно фото и аж два видео. Все тот же малыш. Только уже на руках у мамы. Радостный, счастливый. С улыбкой до ушей и таким светом из глаз, что на мои навернулись слезы.
Скотина все же Вовка! Нет, подобным контентом он меня закидывал не специально. Хитрости у моего бывшего не водилось совсем. Честнее и прямее мужчину сложно было найти. Я именно на эти его качества и клюнула когда-то. Захотелось простого и понятного кого-то под боком.
Но все же больно Вовка делал. Вот сейчас. Фотографиями этими, видео… я ведь, еще когда поженились, хотела малыша. Не всех училок от детей воротит. Но сразу не получилось, а после визита одного мерзавца не до продления рода стало.
Так до тридцати одного и пробегала. С мечтой и без «реализатора».
А тут Вовка с фото и видеоотчетами каждую неделю. Как с роддома началось, так и понеслось. Шлет, звонит, душу травит. Хоть свекрови на него настучи, чтобы отвадила.
После поездки с Крамером у меня бы, наверное, даже злости хватило бы поступить подобным образом. Раздраконил паршивец.
Но как Леха начал, так он и продолжил. Сам себе громоотвод.
Точнее — не он, а курьер.
В четверг с цветами и приглашением в ресторан.
А в пятницу с огромным плюшевым медведем-пылесборником и приглашением уже не просто посидеть, а отметить юбилей его деда — Льва Дмитриевича. Будто это не восьмидесятилетие малознакомого мне человека, а праздник города.
И первый, и второй раз курьеры ушли от меня с дарами. У первого появился миленький букет для его девушки. У второго медведь для ребенка. Как минимум двух мужиков в городе Крамер осчастливил.
На этом бы ему остановиться. Умел же раньше уходить в крутое пике лет на шесть.
Но нынче что-то в стандартных настройках сбилось.
***
Только я выдохнула. Ночь без эротических сновидений провела. К зачету в школе подготовилась, новые тесты для курсов английского, подработки своей, распечатала… начался третий акт комедии. Или трагедии. Как посмотреть!
В общем, можно было догадаться, что зараза Крамер букетом и Винни-Пухом не обойдется. Филиал магазина мягких игрушек он мне уже устраивал. В юности. Но то, что Леха с помощью бабули давить попробует… Это был полный аут.
Она когда явилась ко мне под вечер, когда спросила, почему я до сих пор не одета и не накрашена, я чуть дара речи не лишилась.
Где Крамер, хоть старший, хоть младший, а где моя бабуля? Учительница музыки, скрипачка, божий одуванчик! Самый близкий мне человек на свете.
Даже спрашивать, на какой кривой козе этот гад к моей Ядвиге Яновне подъехал, неудобно было. Я минут пять слова подбирала. Чтобы поинтеллигентнее, без мата, который так и рвался с губ.
В общем, пока думала, она сама все и рассказала.
— Поленька, я не поняла, ты что, приглашение не получила? — она округлила свои густо накрашенные глаза и цокнула языком. — Лев Дмитрич, он же сосед наш бывший. В доме напротив жил. За тобой еще внучок его все бегал.
Бабуля была сама наивность.
— Как-то не помню, чтобы мы с Львом Дмитриевичем много общались. — Я попыталась не заводиться. — Или он позвал на свой юбилей всех, с кем хоть раз в жизни разговаривал?
— Ну почему ты так говоришь?!
На меня уставились полные праведного гнева глаза.
— Потому что это странно. Ты сама не находишь?
— Странно к приличному человеку в ресторан на юбилей сходить? Восемьдесят лет, между прочим, бывает лишь раз в жизни, — будто о восемнадцатилетии, заявила бабушка.
— Нет. Я не то хотела сказать.
— А получилось так, словно меня нельзя пригласить.
Она поджала губы. Насколько я знала свою Ядвигу Яновну, это была крайняя степень возмущения. В филармонии даже дирижер боялся махать палочкой, когда бабуля так поджимала губы.
 
Скотина Крамер! Что же он ей наговорил?!
— Бабуль, но правда. Вот представь. Чужой человек приглашает тебя в ресторан на свой юбилей. Зовет еще и внучку. Это нормально?
— То есть я должна, как ты, сидеть дома и ждать, когда за мной приедет катафалк?
— Нет. Какой катафалк? Я совсем не о том.
— Не знаю, что ты там подумала, а я первый раз за последний месяц платье вечернее надела. Накрасилась. И вот… — она открыла сумочку и достала футляр. — Галстук имениннику купила. Шелковый! Синий, под цвет глаз.
Я сглотнула. Внутри уже все кипело. Хотелось в порошок одного паршивца стереть. Гад, бил по болевым точкам. Дедушки у меня десять лет как не было. Бабуля с тех пор нечасто себя баловала выходами в свет. Чаще, чем я, конечно! Но для нее это словно в монастырь уйти.
— Родная, ну пожалуйста, пойми меня правильно, — я присела рядом с ней на корточки. — Это его внук задумал. Он использует тебя. И своего деда тоже. Ты ведь помнишь Лешку? Для него ничего святого нет.
— Ах вот как ты считаешь!
Ума не приложу, какая логическая цепочка образовалась в голове у моей Ядвиги Яновны, но дальше слушать она не стала. Вскочила с кресла. Футляр с галстуком на стол швырнула и гордой уверенной походкой направилась к двери.
— Бабуль… — я прижала ладонь ко лбу.
— Ты хотела, чтобы мы никуда не шли. Вот и не пойдем!
Хлопнула дверью так, что, наверное, весь дом слышал.
***
Вместе с этим хлопком и у меня внутри что-то громыхнуло. Сволочь Крамер! Какая же он сволочь! Ну ладно надо мной издеваться. Приезжать раз в шесть лет. Душу наизнанку выворачивать. Но бабушке…
Злость, которая и так бурлила во время разговора, рвалась наружу. Кричать хотелось. Вазочку какую-нибудь, желательно потяжелее, о голову разбить. Высказаться, когда проорусь. И о грязных методах. И о маниакальном преследовании. И о собственных чувствах. Ярости. Только ярости! Потому что больше Леха у меня ничего не вызывал.
Как реализовать свои острые потребности, раздумывала я недолго. Адрес ресторана на приглашении был. А с макияжем и при параде Крамер меня уже видел. Одного раза хватит!
Так, сунув ноги в удобные балетки, застегнув под горло плюшевую толстовку, я и прыгнула в такси.
Сомнений не было никаких. Внутренний голос молчал. И только предвкушение скорой расправы заставляло сердце биться все быстрее и громче. Совсем как во время поцелуев с Лешкой. Полная потеря контроля. И адреналин, сметающий все на своем пути.
  
Глава 6. Кошка. Бешеная. Одна штука. Моя
 
 
Женщина должна быть «прооратой».
 
У нее тогда ни панических атак, 
 
ни депрессии, ни головной боли.
 
Леха
Дед праздновал юбилей с размахом. От закусок и алкоголя ломились столы. Поток гостей все не заканчивался. А цыгане были уже в мыле.
В сравнении с этой гулянкой пенсионеров недавняя презентация Басманского казалась балом в школе благородных девиц.
Кстати, о девицах! Они здесь тоже имелись. Всех возрастов. От восемнадцати (навскидку) до… я до такого возраста не доживу. Некоторые очень даже ничего. С огнем в глазах и петардой в нижних девяносто. Гуляй — не хочу!
Случись юбилей пару дней назад, я бы, наверное, и гульнул. В Лондоне с кольцом на пальце меня никто не ждал. Здесь тоже никому не обещался. Но… несмотря на генетическую любовь к питерским красавицам, что-то на приключения не тянуло.
 
Родина уже встретила. Хватит.
Вместо того чтобы охотиться, я занял самый дальний диванчик ресторана. Откупорил один из подарков — колумбийский двадцатилетний ром «Диктатор» и медленно, со знанием дела принялся накидываться.
Ром лился как в сухую землю. Тарелка с маленькими бутербродами стояла нетронутой — мой внутренний эстет был против разрушения натюрморта. А угрюмый медведь все больше казался своим в доску парнем, только в шубе.