Между тьмой и пламенем. Часть III (СИ)

Миг тишины.
– Ассаэр… но ведь если в ней есть огонь… Может, есть еще что-то… хоть что-то… Я не хочу здесь умирать!
Это прозвучало неожиданно жалобно.
Ассаэр бросил на нее взгляд. Белая как мел... Вообще-то следовало бы подстраховаться – уж слишком быстро собралась гроза. Обычно с момента образования облаков до ураганного ветра проходит не меньше двух-трех часов, а тут какие-то полчаса – и они уже в эпицентре. Да и никаких признаков не было... ну, почти никаких. Может, какие-то погодные заклинания срикошетили?..
Пустынники, конечно, учили его взывать к огню… Но он не Сэ’Тха’Дарр и даже не рядовой огненный маг, а воин, да еще с примесью водной крови! Он не сможет извлечь огонь из ниоткуда и превратить его в настоящий плотный щит. И к тому же еще оставит отпечаток собственной огненной крови, собственной сути…
– Вообще-то… есть еще кое-что, – медленно произнес он. – Но это все равно что написать на песке огромными буквами: "Я здесь, хватайте скорей!" День-другой – и нас найдут. Неизбежно.
Инерис сдавленно застонала от злости, забыв на миг даже о страхе.
– Тебе что, про десять-двадцать минут напомнить?! Или про твою клятву?!!
Тишину разрезал оглушительный треск. Неподалеку полыхнуло.
Проклятая гроза… и проклятая клятва!
И он прорычал:
– Хорошо, сейчас достану свечу! Но если выживем, уходить будем очень быстро!
– Лишь бы выжить! – не осталась в долгу Инерис. Зачем ему свеча, она понятия не имела, лишь бы то, что он собрался делать, сработало.
Впрочем, методы пустынников и впрямь были эффективны.
Ассаэр тем временем с ругательствами закопался в свой мешок и извлек свечу с огнивом. Главное – зажечь ее и ничего не подпалить… Нет, раньше получалось, нужно лишь коснуться фитиля рукой, сконцентрировать в нем весь жар, доступный коже, затем высечь искры – если хоть одна попадет в цель, пламя разгорится. Если нет… трут здесь брать негде. Не хватало еще самим себя поджечь.
Следующий оглушительный раскат грома заставил Инерис зажмуриться и заткнуть уши. Даже сквозь песок вокруг вдруг заполыхало небо, безжалостными вспышками озаряя палатку то с одной стороны, то с другой, заставляя очень искренне молиться всем богам разом. Уже было сложно сказать, что пугает больше – перспектива задохнуться в палатке или в ней же сгореть…
Ассаэр тоже поневоле пригнулся.
Такой бури он еще не видел.
Нет, пожалуй, леди-наследница не так уж и не права. И впрямь лучше подстраховаться. А с последствиями разберутся… было бы кому.
И он, поудобнее перехватив кресало, ударил снова. И снова. Выругался.
Без толку...
– Что такое? – у Инерис от страха зуб на зуб не попадал, и членораздельный вопрос получился не сразу.
– Не зажигается!!!
– А зачем вообще свеча?
– Поставлю огненный контур!
– Ты же не маг!
– Я огненный! – потеряв терпение, рыкнул Ассаэр. – Но без живого пламени вообще ничего не смогу сделать! Не отвлекай, будь добра!
– Пусти, – резко потребовала Инерис и, толкнув его, нащупала свечу и склонилась над ней сама. Коснулась пальцем фитиля.
– Чем ты-то сможешь помочь?! – вызверился на миг он. – Такому жеманных наследниц не учат!
– Помолчи, – коротко приказала леди-наследница – и, о чудо, демон послушался, хоть и продолжил сердито пыхтеть.
Инерис уже привычно щелкнула пальцами… И ничего. Ни огонька, ни искорки.
Почему?! У нее ведь получалось совсем недавно!
Нет, нельзя отчаиваться. Нужно успокоиться. Она слишком напугана, взвинчена, едва подавляет панику…
Но ведь здесь так темно!..
Совсем как тогда, в кабинете Кэллиэна. Только вот на сей раз его нельзя взять за руку, чтобы успокоиться и смирить страх.
...Кэллиэн… ну почему же ты так далеко?.. Вдруг я не справлюсь сама?.. Что я делаю не так?
И вдруг в ушах словно вновь зазвучал ровный голос придворного мага.
«Обращение к магии состоит из четырех удерживаемых одновременно в сознании компонентов: задача, изображение, ощущение, действие. Так материализуется простейший выброс силы».
– Задача – зажечь свечу, – прошептала Инерис, концентрируясь, вспоминая, каково это – осознанно ощущать свою магию.
 
«Начнём с азов… Магия ощущается в районе солнечного сплетения»…
Кольнуло – словно Кэллиэн опять коснулся ее живота.
Движение. Щелчок пальцами…
И фитиль послушно вспыхнул ровным пламенем.
Демон шумно выдохнул какое-то ругательство и вытаращился на леди-наследницу, как на неведомую зверюшку.
Над ними вдруг оглушительно громыхнуло, затем затрещало. Пошел дробный перестук, и по крыше словно тлеющие угли рассыпались. Оглушительно завыл ветер. А затем раздался неприятный скрежет, и крышу придавило еще сильнее.
– Свеча, Ассаэр! – взвизгнула Инерис, уткнувшись щекой в пол, и до боли закусила губу, впервые поняв, что такое клаустрофобия.
Стряхнув удивленное оцепенение, Ассаэр склонился над трепещущим огоньком.
У него появилась дополнительная причина выжить – чтобы потом устроить леди-наследнице небольшой допрос!
Пока же демон хрипло выдохнул, пытаясь отрешиться от бушующей снаружи грозы, почувствовать пламя в себе самом, ощутить жар крови, бегущей по телу, погрузиться в него. Рев непогоды показался далеким и незначительным...
Инерис притихла, вжавшись в пол и пытаясь сдержать нервную дрожь.
А затем наступил ее черед удивляться.
Кожа демона вдруг чуть заметно засветилась – мягким оранжево-золотистым ореолом, как тот, что окружал огонек свечи. Он открыл глаза, которые тоже сияли двумя оранжевыми точками. Затем Ассаэр плавным движением поднес руку к губам и преспокойно, без колебаний и даже без болезненной гримасы, рванул зубами основание ладони!
У потрясенной девушки вырвался вскрик, утонувший в очередном раскате.
В месте укуса выступила багряная, словно переливающаяся яркими искорками кровь.
Тягучая капля упала прямо на фитиль.
Но вместо того чтобы погаснуть, свеча ослепительно вспыхнула. Демон сделал странный жест – словно зачерпнул жар пламени, – затем плавно, выверенно провел окровавленной рукой по провисшему брезенту и сцепил пальцы.
Свечение с его тела перетекло на крышу палатки – и на ней же осталось.
«Потолок» засветился ровным рыжевато-жёлтым светом. А демон невозмутимо вернул ладонь к огоньку. Теперь пламя нервно, с тревожной жадностью слизывало вновь и вновь выступающую кровь с его ладони.
Инерис следила за каждым его движением круглыми глазами, даже забыв об ужасе, который ей только что внушала пустынная гроза.
Руку демон от огня так и не убрал.
Запахло паленым.
Что-то полыхнуло прямо над крышей – и вспышка сразу погасла.
– Молния? – глупо спросила Инерис, пребывая в полнейшем шоке от увиденного.
– Огонь, – покачал головой Ассаэр. Ему полагалось бы сейчас рычать от боли, но нет, низкий голос звучал совершенно спокойно. Более того, демон еще и в объяснения пустился! – Туча прихватывает не только песок, но и камни, некоторые из них – с тлеющих кратеров. Они долго не остывают, а сила вихрящихся ветров такова, что еще и сталкиваются в воздухе. Плюс грозы собирают блуждающие пустынные огни, обрывки чужой магии пламени… Тут не помог бы и амулет Сэ’Тха’Дарра – чистая стихия. Но у нас теперь есть вот это.
– А как же ты тогда… Ты сказал, что это не магия, однако…
– Это и не магия. Умение чувствовать собственное пламя, слышать его и даже использовать у нас в крови, но оно мирно спит. Нужны упорные тренировки, чтобы пробудить его. Это… что-то вроде частичной трансформации у оборотней. Не все они способны остановиться на полпути, скажем, превратив руку в лапу с когтями, чтобы взобраться на дерево. Так и у нас.
 
Пришлось переждать очередной раскат грома.
– Но он защищает?
– Да. Это жар моего огня, каким бы слабым он ни был. Туда, где есть один огонь, не придет другой. Правда, под защитой только крыша. Надеюсь, в песок рядом с нами молния не угодит, иначе мы тут испечемся…