Старс Unique (СИ)

— Зеркальный Шторм.
«Неплохо».
  
Глава 27. Открытый вызов
 
Думал ли я о том, чтобы померяться силами с Клариссой Шариент? Конечно, но не всерьез же! Глава одного из основных кланов Города Воров и я — простой пацан из земного мира, который совсем недавно получил Звездного Ассистента и открыл в себе нечеловеческий потенциал. Как я вообще должен был с ней сражаться? Полагаясь на удачу?
Мой, выдуманный на ходу, Шторм во всем уступал Золотой Лихорадке. Зеркальная Кошка (язык не поворачивался назвать ее Клариссой) могла беспрепятственно перемещаться по арене, менять направление и уворачиваться от каждого моего выпада без особого труда. Все, что мог делать я — стараться ускорить движение кинжала, превращая пространство вокруг себя в непроницаемый стальной вихрь. Какой бы умелой и ловкой не была легендарная кошка — даже она не могла просто так, без страха нырнуть в острый «туман», созданный движениями метательного крюка и подброшенного кинжала.
Я сражался на пределах возможности своей концентрации, практически не думал о защите и уворотах, полностью отдавшись атаке. Когда я понял, что план вряд ли сработает — время работы Предельной Концентрации было почти на исходе. Как только бафф перестанет действовать и мои характеристики вернуться к базовым — я уже не смогу справиться с Зеркальной Кошкой.
Она оступилась. Я четко видел, как ее движения вдруг сделались совершенно медленными, неуклюжими, буквально за пару секунд до того, как должна была закончиться Концентрация. Две секунды для меня — целая вечность. Зеркальная Кошка пыталась убежать, прыгнуть в сторону и скрыться из вида, но я вовремя заметил ее оплошность. Вся разрушительная мощь Зеркального Шторма обрушилась на моего противника. Это не настоящая Кларисса, а значит и сдерживаться мне не стоит. Устроители Мирэйна посмели осквернить память легендарной главы Шариент, создавая столь неумелого клона. Я обещал Клариссе, что смогу победить, стать величайшей легендой и лучшим из Искателей Сокровищ. В этом бою я не имел права проигрывать. Ярость закипала во мне, заставляя посылать оружие в спину кошке.
Первое попадание достало ее в лапу, подбрасывая в воздух и лишая опоры. Кинжал срикошетил от плотной зеркальной кожи, ударился в купол и тут же вернулся обратно, притягиваясь к крюку, который уже успел хлестнуть противника по спине. Танец смертельного контроля начался — я хлестал проклятую копию и каждый удар сопровождался попаданием кинжала. Тело Зеркальной Кошки зависло в воздухе, изорванное атаками острого кинжала. У меня не было Двойника, чтобы завершить битву Правосудием Инари, пришлось импровизировать.
Я заставил крюк обернуться вокруг шеи Зеркальной Кошки, остановил ее движение в воздухе и резко дернул на себя. Перехватил клон у самого пола, развернул и чуть приподнял, останавливая кошку так, чтобы летящий навстречу кинжал попал ей точно в лицо. Жестокая и выверенная техника обязана была принести мне победу.
— Неплохо, — ее кинжал, поднятый с помощью Контроля, столкнулся с моим и оба оружия разлетелись в разные стороны.
Таймер Предельной Концентрации истек и жесткий удар локтем в челюсть живо расставил все по своим местам. Острая боль заставили подумать о том, что кости сломаны и я лишился возможности оставлять редкие ремарки по ходу битвы. Меня развернуло в воздухе, но точный удар коленом остановил мое беспорядочное движение и согнул пополам. Очередной локоть в основание шеи сбил с воздуха и шлепнул на землю. Зеркальная Кошка схватила меня за шкирятник, как нерадивого котенка не желающего слушать маму-кошку, встряхнула и заставила посмотреть на ее стеклянные глаза:
— Я дала тебе фору в целых две секунды Предельной Концентрации и ты все равно не смог победить мою ослабленную копию? Я ошиблась в тебе, Кир. Ты жалок.
Первый удар лицом об пол я кое-как выдержал. Что-то хрустнуло, нос неприятно вжался, а дышать стало тяжело. Даже попытался что-то ответить, но не успел. Пол вновь ударился об мое лицо и я предпочел закрыть глаза и постараться ни о чем не думать. Кроме, конечно, того, что мне необходимо сохранить самообладание и не вырубиться.
 
*Она активировала Предельную Концентрацию заранее, чтобы ее раньше сковало дебафом и у тебя был шанс, а ты его профукал. (>﹏<。)*
Спасибо, что продолжаешь разжевывать для меня простейшие вещи, Юки! Понятно, что великодушие Клариссы каким-то образом сохранилось и в ее зеркальном клоне, но что мне с того? Она дала мне шанс, достаточно мелкий, а я им не воспользовался. Ничего, что ее тело оказалось настолько прочным, чтобы уничтожающие удары моего кинжала оставили только глубокие царапины? Грише, чтобы победить Зеркального Капитана, потребовалось вообще выйти за границы возможностей и использовать заклинания жертвы, которые его могли руки лишить. Даже если бы я хотел исполнить нечто подобное, то не смог бы. Все, что мне оставалось — это слушать хруст собственного лица, уже давным-давно ставшего одним целом с Личиной Инари. Я практически ничего не видел сквозь туман красной пелены.
— Я возлагала на тебя большие надежды, Кир, знаешь ли. Но, похоже, выбрала совсем не того человека.
Меня подняли с пола и подтянули вверх. Кларисса была выше меня сантиметров на сорок, поэтому не было ничего удивительного в том, что я даже носками не мог достать до поверхности, старался найти опору, но тщетно. Удивительно, что мои героические наставники сохраняли тишину и спокойствие с самого начала поединка — верили в меня или наоборот, давно забили и, закатив глаза, стали ждать смерти своего протеже.
— Ты ничего не возлагала, — удивительно, как еще могла двигаться моя сломанная челюсть! — Тебя создали, украв душу и волю великой госпожи Шариент. Ты — просто блеклая, ноющая копия, которая не достойна той формы, которую получила. Настоящая Кларисса уничтожила бы меня меньше, чем за пару секунд.
— Выходит, ты не заслуживаешь даже моего презрения, — мне показалось, что клон пожала плечами. — Ярость Искателя. Бесконечная Серия.
Комок подступил к горлу всего за пару мгновений. Я даже не пытался сдерживать рвотный порыв, стараясь думать только о том, чтобы оставаться в сознании. Тяжело представить, что чувствуешь, когда твой живот молотят непробиваемые зеркальные кулаки с невероятной скоростью. Каким образом я должен победить ее? Как найти ключ к этой битве? У меня не было ответа, только стойкое чувство, что эта битва не окажется последней. Я не проиграю и не умру. Пока все они верят в меня.
— Плевать на них на всех. Я верю в тебя. Ты скормишь мне все сокровища мира и я обрету истинную форму! Давай, вали эту зеркальную фигню и скорей к призам!
Кинжал по имени Жадность всегда знал, как подбодрить своего хозяина. Кстати, где сейчас мое оружие? Могу ли я его подозвать даже в таком состоянии? Приветливый, тяжелый холод рукоятки в руке и взмах, который я практически не контролировал — неожиданный животный крик и кошачье шипение. Я упал вниз и успел вяло улыбнуться, перед тем как колено врезалось мне в скулу. Да это не битва — настоящее избиение. Я завалился набок и не понимал, почему еще могу дышать.
— Это все, ты сдаешься? — Зеркальная Кошка пнула меня, откидывая обратно, к самому краю арены.
Дыхание перехватило, красная пленка отказывалась уходить со взгляда. Я задыхался и чувствовал, как отказывают внутренности. Если бы я хотя бы догадывался о том, что ждет меня в Мирэйн, то никогда бы не согласился переступить порог этого места.
— Я никогда не сдаюсь, — против моей воли дрогнувший голос выдал очередную глупость.
— Забавно, — Зеркальная Кошка прыгнула, в этот раз готовая меня уничтожить.
— Весьма, — ответил я.
Я все еще мог говорить, мог двигаться. И я не хотел сдаваться. Кому нужна эта моя победа? Друзьям в комнате ожидания? Клану «Золотой Век», ждущего триумфальное возвращение своего лидера? Безумному кинжалу, требующему сокровищ?
Нет.
Эта победа нужна мне, прежде всего, именно мне. Почему вообще я решил взвалить на себя какие-то обязательства, думать о ком-то, кроме себя? Я не Танк и не герой Поддержки. Моя главная цель — наносить ошеломительный урон и уничтожать врагов. Делать все для того, чтобы нанести безоговорочное поражение. Может быть, я чего-то боялся? Не решался сделать дополнительный шаг и раскрыть весь свой потенциал? Что-то сдерживало меня столь долгое время, а я никак не мог понять, что именно.