Малышка со шрамами (СИ)
Когда конь Алекса появился в зоне видимости, я едва смогла наладить дыхание громко, как мне казалось, моргая.
- Что случилось?
- Пылинка взбесилась. – Растерянно сочиняла я.
Алекс огляделся и нахмурился, почти сразу же протягивая мне руку.
- Пронеслась мимо, словно чудовище увидела. – Объяснил он. – Ничего, погуляет и вернется.
Рывком мужчина усадил меня в седло перед собой и обхватил рукой, пытаясь незаметно вдохнуть запах волос, сжимая пальцы на моей талии.
- Испугалась?
- Очень. – Честно ответила я, не уточняя чего именно.
- Поехали, нас уже точно ждут. – Алекс пришпорил своего коня, и мы помчались вперед.
Только спина горела от желтых глаз, которые, я уверена, внимательно следили за мной.
Глава 21
Поминки прошли тихо. Без лишних слов и наигранного сочувствия. Так даже было легче, никто не врал и не лебезил. Лишь слова соболезнования, по определению были обращены ко мне, как к единственной кому было не все равно.
Я помогла с уборкой и отправилась в дом Луи, чтобы разобрать вещи и привести его в более менее надлежащий вид.
Только для кого? Детей у него не было, как и жены. Совершенно одинокий в этом мире и никому не нужный он доживал свой век сытый и в тепле, лишь из-за уважения к старости и хорошей работе в течение многих лет. И я хотела найти подсказку.
Встреча с незнакомцем съедала меня изнутри, и я сидела словно на иголках, настолько углубившись в свои мысли, что многие присутствующие с ужасом представляли, какие переживания кипят в моей душе, если я вот уже четверть часа, не моргая смотрю на вбитый в стол гвоздь.
Луи хранил какую-то тайну, и сейчас она угрожала нарывом вырваться наружу, захлестывая меня, как оказалось, непосредственного участника. Слова незнакомца крутились в голове безостановочно в один момент, вытеснив собой все другие мысли.
Мы знакомы…. Друг?... Ты хороша….
Ноел. Кто такой этот Ноел, который рассказывал ему обо мне? Хотелось спросить у Алекса, но помня угрозу, я не решилась, ловя себя на мысли, что и так уже о многом умолчала и стоит начать разговор, он вытрясет меня словно тряпичную куклу.
В домике Луи было еще пустыннее, чем вчера. На столе осталась стоять не мытая миска из-под супа, засохший кусок хлеба и старая ложка, с трещиной на ручке. Пыльная занавеска прикрывала окно, пропуская сквозь себя тусклый свет, освещая вычищенный от соломы пол, который я вымела еще утром. Сбросив одной кучей все, что было на полках и в шкафу, я принялась разбирать вещи, пытаясь найти хоть что-нибудь. Но моему большому сожалению, все остальное было совершенно бесполезным. Лишь старые письма, записи о знаменательных датах да потрепанные книжки, между страниц которых не было ни-че-го.
Отчаявшись, я села на постель и со стоном откинулась назад, складывая руки на груди.
Наверное, Луи проводил так много времени. Мне сказали, что в последние месяцы он редко выходил из дома и все больше лежал, размышляя о своей жизни. Вот так, глядя в потолок он проводил часы в ожидании ответа на собственные вопросы, иногда впадая в беспамятство. Я провела пальцами по стене, заметив сальные следы. Видимо, он часто поднимался, держась именно за это место. Хм.. Странно. Ведь за край кровати гораздо удобнее.
Я нырнула туда рукой, чтобы проверить и, не веря, резко рванула руку к себе, что бы тут же вернуть ее обратно, убеждаясь в своих предположениях.
Между стеной и нижней балкой кровати был зажат листок. Маленький и невзрачный, он был исписан полностью мелкими буквами с выраженным наклоном, в которых я узнала руку Луи.
«Малышка Анна.
Я знал, что ты найдешь мое письмо.
Я пишу тебе в последние минуты сознания, чувствуя, как подбирается слабоумие. И пока нас есть немного времени, я хотел признаться тебе, в том, что много лет назад, будучи еще здоровым и крепким, я совершил один поступок, которым обрек тебя на последствия.
Надеюсь, я смогу вымолить твое прощение на смертном одре, но если ты не успеешь, или я буду уже умалишенным стариком – знай, я бы поступил так вновь. Той ночью, когда я выкрал тебя, я даже не думал, что выживу. Это было последним рывком перед встречей с неизбежным, но я выжил и смог спасти и тебя.
Возможно, ты возненавидишь меня, за то, что я лишил тебя другой жизни, которая могла бы быть лучше, чем эта, но я видел слишком много, чтобы не забрать тебя. Я не мог рисковать твоей жизнью. Маленький светлый кулечек. Ты спасла нас тогда и помогла мне прожить еще много лет, смотря за тем, как ты растешь, как улыбаешься, смеешься и с каким интересом слушаешь всю ту ерунду, что я называл сказками. Ты стала мне дочерью, Анна. Надеюсь, я смог хоть немного заметить тебе отца.
Не думай, что я такой плохой. Ты не знаешь о беглых и малой доли того, что я успел узнать. Они не люди, Анна. Они звери. И эти звери опасны и с каждым днем их все больше. Их сила растет, и скоро, совсем скоро, они дадут о себе знать и прекратят прятаться в глубинах Шернского леса.
Я надеюсь, ты прямо сейчас соберешь свои вещи и уедешь отсюда как можно дальше. Тебя здесь быть не должно! Они ищут тебя, ты принадлежала им, и они хотят забрать свое. Беги, моя девочка.
И, Анна, это я просил лорда отправить тебя в пансион. Не вини его в своих шрамах, которые, я уверен, до сих пор хранят обиду. Я спасал тебя, и он тоже, только не знал отчего. Просто вник в мольбы старого Луи.
Моя сказка закончилась, но ты Анна будешь жить в ней еще очень долго. Не позволяй волкам вернуть тебя.
Твой Луи»
Я едва дышала, дочитывая до конца, несколько раз начинала сначала, впитывая каждое слово, пытаясь понять каждую эмоцию. Мурашки по коже прошлись с такой скоростью и в таком количестве, что невольно застонала, передергивая плечами так, что мышцы на спине свело неприятным спазмом.
Страх.
Он липким потом пристал к телу, и я чувствовала, как отхлынула краска от лица.
Волки. Вот кем был это Константин Везери. Волком.
Все детские сказки Луи прокручивались в голове, поднимая со дна памяти именно те отрывки, в которых речь шла о людях-волках, которые были сильны словно звери, и опасны так же как они. Ни в одной из них они не были добрыми, и всегда хотели получить что-то очень ценное для своих личных целей. Но это же просто сказки!
Я вскочила с постели и начала ходить из стороны в сторону, неосознанно сминая последнее письмо друга, но опомнившись, сунула его в карман. Страшно. До удушья страшно.
Я должна прямо сейчас рассказать все Алексу! Так будет лучше!
Я выбежала из домика и, поправляя на ходу плащ, бросилась бежать, судорожно думая, где лорд может быть сейчас. Поднимаясь по лестнице, я едва не запнулась о собственную юбку, но сдавленно вздохнув, сумела удержать равновесие, чтобы с разбегу врезаться в мужскую спину. Незнакомую и слишком крепкую.
- Прошу прощения? – Мужчина обернулся, и я попятилась, хватая губами сухой воздух, которого было невыносимо мало.
Константин смотрел на меня без тени улыбки, чуть приподняв вопросительно изогнутую бровь. Глаза не светились своим странным цветом, а были вполне… нормальными. Карие, чуть светлей обычного, но совершенно не примечательные. Он возвышался надо мной, как и в последнюю нашу встречу, сегодняшним утром, только на этот раз взгляд был холодным, безынтересным и лишь слегка возмущенный моим тараном.
- Прошу… Прощения. – Прохрипела я.
- Анна? Что-то случилось? – Алекс вышел из своего кабинета, в котором я рассчитывала его застать, присоединяясь к нашей неловкой компании. – Позволь представить – Константин Везери, лорд северной башни Шернского леса. Константин, это моя воспитанница – леди Анна.
- Мы уже познакомились. – Равнодушно ответил он, заставляя меня испуганно моргнуть. – Леди Анна только что едва не сбила меня с ног, так торопясь к тебе.
- Я приношу свои извинения. – Я поклонилась, в полной прострации и растерянности от происходящего.