Ведьма и Оборотень. Противостояние (СИ)
— Откуда ты знаешь? — Пробормотала она, плача. Безусловно, беременность, которая в последние несколько дней также сотворила немало чудес с ее гормонами, в какой-то мере способствовала этому.
- Потому что я верю в счастливый конец, справедливость и доверие, которое может постепенно возникнуть между нами, — ответил он ей шепотом, не переставая утешать. Тесса, несмотря на полное душевное опустошение, чувствовала себя хорошо в его теплых объятиях, как-то защищенно и бережно. Именно так, как она всегда хотела. — Ну же, успокойся, и лучше скажи мне, кто это был, что причинил тебе такую боль, — начал он снова спрашивать ее. Ему очень нужно было вытащить это из нее. В конце концов, он делал это только для ее блага, и чем скорее она доверится, тем скорее ей станет легче, и они смогут начать работать над своими отношениями.
— Около ста сорока лет назад случилось то, чего я боялась больше всего…, - она сделала глубокий вдох и, сделала именно то, о чем просил ее этот Ликай, заговорила:… впервые за всю свою жизнь я влюбилась, действительно влюбилась. Это было не просто сентиментальное увлечение. — Она глубоко выдохнула, закончив фразу, и ее пальцы еще сильнее впились в грудь Керана.
- Вначале он был внимательным, добрым, идеальным, но все изменилось, когда он привез меня сюда. — Она судорожно сжимала веки, не понимая, почему решила поделиться с ним этим своим болезненным прошлым. Возможно, для того, чтобы он, наконец-то, дал ей передышку и понял, что ни о каких отношениях между ними не может быть и речи.
— Что случилось, когда он привел тебя сюда? — Спросил он после минуты молчания, в течении которой Тесса была погружена в собственные мысли. Ему нужно было узнать больше, потому что, чем больше он узнавал, тем любопытнее ему становилось. Любопытство действительно было достойно звания проклятия для Ликаев.
— Он стал раздражительным в первый момент, я приписала это смене обстановки, хотя… если быть честным, я и тогда находила это довольно странным, ведь эта обстановка была его. Но потом все начало обостряться, а через некоторое время еще больше. Сначала его беспокоило то, что я не соглашалась со всеми его мнениями, затем то, что я не прислушивалась к его словам, и, наконец, то, что я якобы изменяла ему. Но это неправда, я никогда не изменяла ему, да и не могла! — Она начала впадать в истерику, обняв себя за плечи, в попытке хотя бы физически не развалиться как карточный домик.
— Ш-ш-ш, все будет хорошо, я знаю, что ты прошла через ад, но теперь все позади, я здесь, чтобы помочь и защитить тебя, тебе больше не нужно ни о чем беспокоиться, — шептал он ей на ухо, покачивая на своих руках.
Тесса напряглась, возможно, еще больше, услышав его слова, и резко отстранилась. Керан был потрясен ее быстрой реакцией, собственно, только поэтому он позволил ей так легко ускользнуть.
— Нет! — Она вскрикнула, вскочила на дрожащие ноги и начала отступать к камину, который освещал всю комнату и создавал различные световые узоры благодаря пламени.
— Нет? — Совершенно не понимая ее реакции, он тоже поднялся на ноги, очень медленно, чтобы не испугать ее.
— Нет. Ты не можешь мне помочь! Как ты не понимаешь! Я больше не хочу, чтобы в моей жизни были мужчины, и особенно… — она бросила на него взгляд, полный отвращения, — …Ликаи.
Керан дернул головой, словно она ударила его своими словами, и в его глазах, помимо боли, промелькнувшей на мгновение, отразился гнев и ярость, но не на нее, на ее застывшую фигуру, а на ублюдка, который стал причиной всего этого, который сделал невозможным для него просто подойти к ней, обнять ее и заверить, что он позаботится о том, чтобы все снова было хорошо.
— Не приближайся! Ты расстроен, я знаю, но, пожалуйста, отпусти меня! Между нами ничего не может быть и никогда не будет! Ты понимаешь! Будет проще, если ты меня отпустишь! Теперь ты знаешь мою историю, и поэтому можешь понять, почему все должно быть именно так. — Она воспользовалась задумчивостью Керана, и быстро пробежала мимо него к двери, которая отделяла эту гостиную от других комнат.
Керан быстро обернулся и увидел, как она исчезает за старой, обшарпанной дверью, которая напомнила ему о том барьере, который она воздвигла вокруг своего сердца.
Мир людей, аэропорт Внуково, Москва, Россия, 10 часов спустя
— Хм… похоже, нам все-таки удалось догнать их в самое подходящее время, — удовлетворенно проговорил Эйлам, глядя поверх своей газеты на двух Кентавров, которые уже добрых полчаса расхаживали по залу, постоянно сверяясь с табло рейсов. Аннелик, сидевший напротив брата, глубоко вздохнул и тоже посмотрел вниз на двух мужчин, которые были очень важны в данный момент, и дело не только в том, что они владели книгой Сирен, но и в том, что они неосознанно помогут им в противостоянии, которое, по мнению Аннелика, произойдет в тот момент, когда Джорджиана узнает, что её преследуют.
— Знаешь, хотя это здорово, что наш план работает именно так, как мы его планировали, я все еще не могу избавиться от своих первобытных инстинктов. Сидеть и наблюдать со стороны — это не для меня, я всегда был охотником, который неустанно преследует, а не наоборот, — поделился Эйлам своими переживаниями с Аннеликом.
— Не волнуйся, брат, очень скоро ты снова станешь охотником, как только эти двое приведут нас к Джорджиане и преподнесут нам сюрприз, — с вожделением сказал Аннелик, мысленно представляя себе несколько сцен своего воссоединения со своей дерзкой Сиреной.
— Ты действительно уверен, что они нам нужны? Они не похожи на сильных бойцов, которые могли бы быть нам полезны, — сказал Эйлам, слегка склонив голову набок. — В конце концов, у нас есть компас, он мог бы нас привести к ней без каких-либо проблем.
— Знаю, — вынужден был признать Аннелик. — Но если бы ты знал Джорджиану, ты бы тоже не захотел рисковать понапрасну, она самая хитрая женщина, которую я когда-либо знал. — Факты, только факты. Эйлам еще мгновение задумчиво качал головой.
— Хм… ты прав. Ну, по крайней мере, я смог поиграть с той человеческой самочкой, пока ты выяснял куда мы летим. — Допил кофе и встал на свои мускулистые ноги, затянутые в черные кожаные штаны.
— Думаю, пора идти, — сказал он, кивнув подбородком на зеленую надпись на табло, сигнализирующую о том, что их рейс в Пенсильванию уже открыт, и пассажиры могут медленно подниматься в самолет.
Мир Вернея, Сфера Ведьм, пять часов вечера
— Как раз вовремя, я молила всех наших предков, чтобы вы успели, — пробормотала старшая, коренастая Ведьма, бросая счастливые взгляды на Аврору и первых двух Ведьм, о существовании которых ей сообщил Главный Совет.
— Значит, это правда, вы действительно вернулись, — она прикрыла рот рукой и низко поклонилась. Анусия бросила удивленный взгляд на Санну, которая подошла к старшей Ведьме, своими пальцами взяла за подбородок и подняла ей голову, заставив взглянуть в глаза.
— Нет необходимости в таких жестах… — Она задумчиво нахмурила брови и бросила вопросительный взгляд на Аврору. Но Ведьма, видимо, поняла ее нерешительность, и поэтому сказала.
— Джуния из Дома Ларрисс, — представила её. На лице Санны появилась широкая, теплая улыбка.
— Приятно познакомиться с тобой, Джуния, — пробормотала Санна, оглядываясь по сторонам. — Итак, куда теперь? — поинтересовалась, оглядывая лужок, на котором они с Авророй находились.
— Следуйте за мной, пожалуйста, — скомандовала Ведьма, ведя их к кирпичному дому, где, как через несколько мгновений удалось узнать Авроре, находилась группа примерно из десяти Волшебников, некоторых из которых она знала именно потому, что они входили в Главный Совет.
— Итак, вы прибыли как раз вовремя, пожалуйста, садитесь. — Первой их заметила темноволосая ведьма с короткими волосами до плеч.