Я покорю Лабиринт с помощью техник массажа. Том 1 (СИ)

Вот только во всём этом меня очень сильно смущал росток внутри моего духовного сосуда. Я никогда не слышал о духах-растениях, да и откуда оно у меня появилось… если только на это каким-то образом не повлияли техники предка во время того массажа у так и не представившейся мне хозяйки особняка.
Выйдя из медитации, я перелёг на кровать и достал рукопись предка из замаскированной ниши в стене. Я больше не собирался совершать прежнюю ошибку и прятать документ там, где самому будет сложно найти. Теперь я собирался уделить гораздо больше внимания древним текстам, ведь жутко интересно, что случится после того, как я изучу больше техник.
Размышления невольно переходили к ядрам зверей высоких рангов. Так было бы круто получить подобное, ведь благодаря ему, я точно смогу стать сильнее, чтобы без проблем поступить в любое учебное заведение, предназначенное для мастеров боевых искусств. Жаль, что только и в этом случае всё упирается в духовный сосуд, который просто не выдержит влияния звериной сущности, и я рискую не только разрушить сам сосуд, но и лишиться жизни при попытке обуздать волю зверя.
Последняя, несмотря на смерть тела, несла в себе остаточную волю зверя. С учётом того, что свои ядра души они не отдавали добровольно, то несложно представить, что каждого решившего её обуздать ждёт битва воли и энергий. Это всегда большой риск, но он того стоит, ведь результат превосходит ожидания и не требует многолетних тренировок, позволяя перешагнуть порой через несколько ступеней в своём развитии.
Так что ядра зверей — ресурс, на который всегда есть спрос. Впрочем, сами звери тоже не против перекусить незадачливым воином, который решил обогатиться за их счёт. Они тоже имеют возможность развиваться, поглощая энергию противника. В этом плане мастера боевых искусств и звери действуют в одном направлении, часто устраивая охоту друг на друга.
* * *
Вечер за чтением этих древних текстов едва ли можно было назвать увлекательным, и ничего удивительного, что в какой-то момент мой мозг попросту отключился. Проснулся я от того, что учуял запах табака, который жутко раздражал мой нос. Поморщившись, я нехотя продрал глаза и пару раз чихнул.
— Ну и гадость, — пробурчал я, вытирая нос тыльной стороной ладони.
— Сам ты гадость, — буркнул чей-то сиплый голос, из-за которого я едва не подпрыгнул в постели. — Это карибский табак. Причём табак, добытый из их Божественного Лабиринта! Ты на несколько его грамм будешь пару лет работать. Гадость, вот сказанул-то…
Я вытаращился на гостя, не веря собственным глазам.
— Деда?! Ты, что ли?!
— Т-с-с-с-с! Мать и отца разбудишь, — усмехнулся он, продолжая покуривать трубку, сидя у меня на окне как ни в чем не бывало.
— Но… как?! Когда?! Я… — в голове роилась куча вопросов, но я не знал, какой сейчас лучше задать.
— Т-с-с-с-с… Говорю же, разбудишь, — он приложил палец к губам, напоминая, что тишина мой лучший друг.
И ведь, действительно, маму лучше не будить… У неё тяжёлая работа и ко сну она относится очень бережно и серьёзно. Так что нарушителям грозят ужасающие кары.
— Прости… — уже шёпотом продолжил я.
— Так-то лучше, — удовлетворённо кивнул дед, подкрутив свой ус. — Я только сегодня приехал, но твои родители об этом не знают. Да и пусть дальше остаются в неведении, так будет только проще.
— Погоди… Ничего не понимаю, — шок стал проходить, а вместе с этим возвращалась и сонливость. Мозг работал медленно и нехотя, словно говоря «да сдался тебе этот дед, иди дальше спи, завтра наговоришься». — Не говорить родителям? Почему?
— По кочану, — передразнил он меня, хитро прищурившись. Дед за последние десять лет ни капли не изменился. Всё такой же щуплый и бородатый, любящий носить мешковатую одежду, которая ему совсем не шла. Но больше всего он любил свою широкополую шляпу с кучей потёртостей и парой дырок, говоря, что она приносит ему удачу. — Если тебе старший говорит, что так надо, то что нужно говорить?
— Ничего. Согласиться и не спрашивать… — с досадой ответил я, отведя взгляд.
 
Дед точно был таким? Насколько я помню, он всегда был своего рода бунтарём, видимо, поэтому они с бабушкой в итоге и развелись. Или же нет? Точно сейчас вспомнить не могу, но у них явно были непростые отношения. Не мог дед усидеть на месте.
— Вот не надо делать такую мину, — хмыкнул старик, выдохнув облачко дыма. Мне пришлось прикладывать определённые усилия, чтобы не закашлять, уж очень едкий запах был у этого табака. — Максимушка, я тебя об этом прошу, потому что это важно. Правда, важно. Не говори им, что я в городе, иначе и у меня, и у тебя по итогу будут проблемы.
— Ладно, — не слишком уверенно согласился я, всё равно до конца не понимая, к чему такая секретность.
— Вот и славно, — улыбнулся он. — Как же ты всё-таки вырос, — покачал дед головой.
— Где ты всё это время был? Почему не навещал? Даже не писал ничего. Я уже начал думать, что ты… ну…
— Твоего деда так просто не убьёшь, — самодовольно улыбнулся он улыбкой человека, который верит в собственное бессмертие. Я же говорил, что дед довольно безбашенный? Впрочем, его походы принесли немалую выгоду роду, и это тоже сложно было отрицать. — Прости, что не присылал весточку, но я не мог. Как-нибудь я тебе об этом расскажу, но не сейчас, — развернулся он к приоткрытому окну. И когда только успел?
— Стой, ты уходишь? — внезапно осознал я.
— Да. Мне пора. А ты спи.
Я собрался возразить, у меня было ещё столько вопросов к нему, особенно насчёт техник в записях, но неожиданно ощутил, что голова стала непомерно тяжёлой.
— И, Максимушка, — напоследок сказал дед, — не слишком злоупотребляй этими бумагами. Не готов ты к ним. Пока не готов.
И в этот момент мой разум отправился странствовать по лабиринтам сна.
Пробуждение вышло немного резким, словно кто-то в голове щёлкнул рубильник, и я подскочил в постели, ошалело оглядываясь по сторонам. Увидев на кровати немного помятые древние документы, я мысленно отругал себя. Это же надо было уснуть прямо с ними в кровати… А если бы мать вошла? Точно бы получил нагоняй за то, что вынес семейные хроники из хранилища. Уж лучше спалиться с целой стопкой журналов для взрослых, чем с содержимым хранилища…
Быстро убрав всё в секретную нишу в стене, я направился в душ, и через пятнадцать минут уже спускался вниз. Завтрак, как всегда, уже был готов, и мама занималась последними приготовлениями к открытию салона.
Тосты, немного лёгкого салата и маленький ломтик бекона. Вот и весь мой завтрак. Впрочем, это вполне достаточно, чтобы протянуть до обеда и чувствовать себя довольно бодро. Да и даже на моей стадии развития еды для функционирования организма требовалось не так уж много, особенно из-за того, что мне не приходилось тратить много энергии.
— Мам, а что на ужин будет? — поинтересовался я.
— Сегодня рисовый четверг, что за глупые вопросы? — посмотрела она на меня как на несмышлёныша.
— Да? — голова была какой-то туманной, хотя обычно утренний душ помогает привести мозги в норму. — Слушай, а дед, случайно, в город не возвращался?
Вопрос я задал на автомате, вспоминая ночное явление родственника, и лишь с лёгким запозданием мозг напомнил о том, что дед, вообще-то, просил ничего не говорить родителям.
— Отец? С чего вдруг? — удивилась мама. — Сам же знаешь, что он в очередной раз где-то пропадает.
— Ах, это должно быть мне приснилось, — тут же нашёлся я, что ответить: — Приснилось, что папа забрал деда из аэропорта и сегодня мы должны были пойти на рыбалку.
 
Выпалил я это быстро и затаился, смотря на маму, но, кажется, она купилась на эту импровизацию.
— Да, в детстве вы любили с ним на речку ездить, — кивнула она и, не придавая особого значения моим словам, ушла из жилой части, бросив напоследок, что в два часа у меня начинается рабочий день.
Угу, как будто бы я мог про это забыть!
А был ли дед?
Голова всё ещё была туманной. Возможно, что дедушка мне просто приснился. Сложно поверить, что он среди ночи будет забираться домой через окно, и раскуривая трубку, говорить о том, что я не должен говорить о нём родителям. Абсурд же! Этот его табак весьма пахучий и мама обязательно бы его учуяла.