Жила-была девочка, и звали ее Алёшка (СИ)

Или все — или ничего, таким был его выбор, а своих решений он никогда не менял.
— Ой, да ладно тебе, хватит заливать! — услышала я насмешливый голос Ярослава и только тогда поняла, что говорю вслух. — Ты сама только что мне рассказала о том, как все принципы этого железного Феликса…
— Марка, — снова уточнила я, на этот раз с улыбкой.
— …разбивались пару раз о тебя просто вдребезги! Ну и что? Ты думаешь, в этот раз он не отступится? После трех месяцев порознь? Лекс? Неужели ты не понимаешь — говорить можно что угодно, а вот попробуй поживи со своими дурацкими принципами, прочувствуй все их идиотические, так сказать, последствия! Вы с момента вашего знакомства хоть раз расставались на такое долгое время — без звонка, без письма, без надежды на встречу?
Я отрицательно покачала головой, чувствуя, как хмельной оптимизм Ярослава начинает потихоньку проникать и в меня, подтачивая изнутри уверенность в том, что самая замечательная часть моей жизни осталась в прошлом навсегда.
— В общем так, Лекс. Я, знаешь ли, тоже человек, и очень неравнодушный, и у меня есть свои правила. И я не могу смотреть, как ты бледнеешь, сереешь и хиреешь только от того, что не догадалась взять ситуацию в свои руки. Элементарно, в свои руки — то есть, взять телефонную трубку и позвонить ему!
— Я не знаю ни его номера, ни адреса общежития, ничего! — испуганно пискнула я, пораженная таким напором Ярослава.
— Тоже мне — проблема! Поверь, что-что, а нужную информацию выуживать я умею. Поэтому расслабься и порадуйся, что встретила меня! — Яр весело подмигнул, выливая остатки портвейна мне в стакан. — И это во мне говорит не вторая выпитая бутылка вот этой гадости! Это мое человеческое достоинство и неудержимая гуманность говорят тебе — не парься! Мы найдем его! Из-под земли достанем, если хочешь! — он поднял стакан для финального тоста. — Я тебе обещаю, Лекс. Найдем мы твоего Ромео, никуда он не денется!
— Да Марка, а не Ромео! — засмеялась я, глядя в слегка осоловевшие, но сверкающие огнем азарта глаза Ярослава.
В том, что он исполнит свое обещание, я уже ни капли не сомневалась.
  
Глава 3. Поиск
 
Ярослав включился в поиски Марка со всем пылом, на который только был способен, и с гораздо большим рвением, чем я ожидала. Ему даже было наплевать на то, что на носу аттестация за первый семестр, а после — зачетная неделя и кошмар всех новобранцев — экзаменационная сессия, которой так любили пугать нас грозные лекторы.
Мои соседки по комнате уже начали активные приготовления к первому серьезному испытанию, каждая в своем стиле: Анечка, принимая толпы поклонников, желавших подготовить ее к экзаменам, Соломия, яростно штудируя учебники и конспекты, а Яся — выдавая на-гора килограммы тонко нарезанных убористо исписанных шпаргалок. Мы же с Ярославом продолжали беспечно бродить по паркам и уютно-заснеженным дворикам, обговаривая детали предстоящей операции по поиску Марка и нашему с ним воссоединению на веки вечные.
— Я на самом деле не знаю, почему ты не хочешь пойти самым простым путем, — недоумевал Яр. — Да позвони ты в свой бывший дом-дворец ну и спроси в лоб — как там Марк, что делает, не подкинете ли телефончик? А то и вообще… Лекс! А не съездить ли к нему? Вот прямо завтра — бери билет, садись на поезд и езжай! Или хочешь, поедем вместе! Ты же знаешь, где он учится, а уж среди общей массы студентов я помогу тебе его найти! Я вот говорил со своим… ну ты поняла…
— Да, поняла, — я весело передразнила Ярослава. — А как его зовут? Твоего любимого человека? Или мы будем называть его мистер Икс?
— Какая же ты язва! Хорошо, что я в тебе не ошибся, — усмехнулся Яр. — Нет, не мистер Икс, но давай пока не будем об этом, у нас, вообще, другая тема. Так вот, я говорил с ним по поводу поиска людей по базе данных ВУЗа, он мне такие вещи рассказал! Сейчас многие заведения начинают вести электронную базу, так что кое-какую инфу мы можем узнать из интернета. А чего не будет в открытом доступе, нам помогут достать из закрытого! — с чувством нескрываемой гордости за своего всемогущего возлюбленного заявил Яр. — Главное, достать телефон общежития, где он живет. Ну, может, еще телефон деканата, если вдруг захочешь выловить своего Ромео на учебе или узнать о его успеваемости, — не преминул шутливо уколоть он меня. — В общем, чем больше информации, тем лучше. Только, Лекс, я надеюсь, что он живет в общаге и не съехал на какую-нибудь квартиру, потому что тогда нам придется сложнее, и уж точно надо будет подключать моего… агента… Но всей этой беготни можно будет избежать, если ты перестанешь дергаться, позвонишь его родителям и запросишь все координаты.
 
— Яр, не забывай, как мы с ними расстались. Если бы можно было меня сначала забить камнями, а потом задушить, они бы непременно сделали это. Меня спасло только то, что до поезда оставалось мало времени, и вокруг было слишком много свидетелей. Наверное, поэтому я до сих пор жива. Не думаю, что они будут рады моему звонку и по первому требованию выложат адрес и телефон Марка.
— Говорить можно все, что угодно! — важно заявил Ярослав, пиная ногой ледышку в знак несогласия с моими словами. — Но сначала надо попробовать, а потом уже что-то отрицать.
— Ну уж нет, Яр, не всегда это работает! — возразила я, поражаясь его ветрености. — Есть вещи, которые совершенно необязательно пробовать, чтобы отрицать. Хотя бы, все то вредное и разрушительное, что было опробовано до нас, и триста раз доказано, что оно все-таки вредное и разрушительное. Не одной загубленной жизнью доказано. Не слишком ли велика цена, как думаешь? Так же и все эти бесплодные попытки — не надо быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться, что Виктор Игоревич меня пошлет. Хорошо, если без матерных выражений, а может и вообще — бросит трубку сразу и не станет разговаривать.
— Вот, Лекс, и ты туда же! Именно в этом главная наша проблема — трусость! Наша — это не только твоя или моя, а вообще — многих. Сколько шансов на победу мы себе зарубили тем, что заранее вынесли приговор — это не сработает! А во всем виноваты простейшие вещи: дурацкая осторожность и желание передвигаться только протоптанными дорожками. Сама подумай, что мы слышим с детства? Не ходи зимой без шапки — простудишься! Не бегай быстро — упадешь! Не разговаривай с незнакомыми людьми — они могут быть плохими! Одни сплошные «не-не-не»! Из затюканных детей мы вырастаем в еще более затюканных взрослых, которые впадают в ступор от любой неожиданности! А перед любым новым начинанием больше думают не об успехе, а об ошибках, неудачах, провалах, все пытаются застраховаться, бегают-суетятся, и в результате — закономерно обламываются. Никакого тебе здорового авантюризма, тяги к приключениям, к интересной жизни! Только страх и кудахтанье "как бы чего не вышло"!
— Погоди-погоди! Что-то тебя заносит, друг мой авантюрист! Во-первых, есть элементарные правила безопасности, как с той же шапкой или разговором с незнакомцами, а во-вторых — что такого страшного в разумной предусмотрительности? О рисках нужно помнить всегда. По крайней мере, тот, кому есть что терять, вынужден о них помнить, — не замечая, как копирую тон Марка, обычно усмирявшего мои смелые полеты фантазии, перешла я на непривычную позицию здравомыслящего скептика.
— Это все отмазки, Лекс, чистой воды отмазки! — безапелляционно заявил Ярослав. — Не стоит бояться потерь — их мифическая опасность слишком преувеличена. Что такого страшного мы можем потерять, рискуя? Деньги, дом, машину, гараж? Так это все материальная шелуха, в любой момент может случиться пожар, землетрясение, конец света. Давай будем жить и бояться, каждый день, каждую минуту, вот прямо сейчас! — прикрикнул он на меня и я, смеясь, отскочила на несколько шагов. — Может, где-то во Вселенной уже летит метеорит в направлении нашей планеты? Что же нам теперь с предсмертными лицами ходить каждый день? Ну, что еще? Вокруг нас и так море опасностей, среди которых мы как-то лавируем, и не просто выживаем, а живем и успеваем радоваться жизни. И почему живем — да просто потому, что не обращаем на эти опасности внимания!