Так сошлись звезды (СИ)

– Ох, Стеша…
– А губы у него полные, мягкие, и поцелуй такой сладкий… А я… А я…
– Стеша, не плачь, родненькая…
– Мы ей подруги или кто? – Стеша высморкалась в ясино полотенце. Лицо ее покраснело. – Почему у нее от нас тайны?
– Да никаких тайн вроде нет…
– Даурика, вот скажи, сколько лет мы дружим с Ясей? Шестой год пошел? И почему–то она ни разу не рассказала, как выглядит лорд Тореш. Я ведь думала, он старый и сердитый, а он такой, такой…
– Какой?
– Хоть и похож на Радмира, но в сто раз красивее, – доверительным шопотом сообщила Стеша. – И ростом выше, и плечами шире, и лицом благороднее. Вот зачем ей еще племянник? Днем, значит, с одним, а ночью с другим?
– Стеша, замолчи…
– Это ты спишь, как будто не ведьма, а лошадь Хушша, а я вчера из–за стука ее двери проснулась. Как думаешь, кого я увидела?
– Лорда Тореша? – Даурика тоже перешла на шопот.
– Радмира. Оглянулся воровато, видно боялся, что его заметят, дождался, когда она с той стороны засов задвинет, и к себе пошел. Чем они занимались? Магией? Все знают, что у Радмира ее нет. Чем тогда? А ты: «Клятва, клятва»!
– А не врешь ли ты, подруга? – Даурика сузила глаза. – Может, ты из ревности выдумала и про Радмира, и про лорда Тореша? Кстати, где ты лорда видеть могла, если наставница Леда дольше нашего в замке живет и ни разу с ним не встречалась?
– Ничего я не вру. Если хочешь, я и тебя туда отведу, сама убедишься. Ты когда–нибудь слышала, чтобы Радмир пел? Нет? А этот поет.
– Яблоки ледяные, да где же ты его видела?
– В озере. Не там, где водопад, а с другой стороны, у грота.
– У озера?
– Нет, именно в озере. Он там плавает.
– А ты что там делала? Туда же никто не ходит, там омут.
– Чего–чего. Плакала. На берегу. У воды легче плачется, – Стеша расеянно отодвинула от себя пустую тарелку. – А в случае большой кручины самое то – в этот омут головой.
– Милая… Что за мысли?  И почему же ты решила, что это лорд Тореш, а не Радмир?
– Я не одну ночь за ним наблюдаю. Голос у него другой, на висках седина, а на груди волосы курчавятся.
– Да, у Радмира грудь без волос.
– Даурика, а ты откуда знаешь, волосатая у Радмира грудь или нет? – пришел черед Стеше щурить глаза. – Чего покраснела? Так ты тоже клятвопреступница?
– Он мне снится. Почти каждую ночь.
– Это что же делается? – хлопнула себя по коленям рыжая ведьма. Ее так душило возмущение, что она не заметила, как перешла на крик. – Так у меня хоть надежда была, что Яська лордом увлечется, мне Радмир достанется, а теперь я опять не при метле? Как мне с вами, красотками, сравниться? Яська вон, вымахала, ноги от ушей, попа как орех, коса до этого самого ореха, в глазах и я утонуть могу, ты еще красивее, а мне что делать? Такого же, как я, снеговика поискать? Лучшего не достойна?
– Эх, я бы и на снеговика согласна была, лишь бы только мой, а не общий, как Радмир.
– Ты это, перестань. Хоть снеговика мне оставь.
– Что–то Яся притихла, – Даурика поднялась со стула и подошла к кровати. – Тревожно мне. Она какая–то сама не своя была.
– Так давай посмотрим. Осторожно. Если спит, тихонечко уйдем, а если нет, с визгом убежим. У Яси рука тяжелая.
Цепкие пальцы Стеши ухватили край одеяла. Яся лежала неподвижно, никак не реагируя на подруг.
– Спит? – шепотом спросила Даурика, забыв, что только что громко спорила со Стешей.
– Не–а. Глаза открыты. Яся! Яся! – Стеша тронула подругу за плечо, но тут же убрала руку. – Да она горит вся! Я через платье почувствовала, будто пальцы в кипяток сунула!
Даурика наклонилась и прислушалась к частому дыханию.
– Яся! Ясенька! Что с тобой, милая? – не дождавшись ответа, покачала головой. – На помощь надо звать.
– Кого? Радмира?
– А он чем поможет? Зови наставницу.
Стеша стрелой вылетела за дверь, но тут же уткнулась в грудь Радмира.
– Ох! – выдохнул он, хватаясь руками за воздух, а когда вместе со Стешей рухнул на пол, еще раз повторил: – О–х–х–х!
– Радмирчик, родненький, там Яся загибается!
– Что?!
Отвечала Стеша уже с пола, где осталась в одиночестве:
 
– Горит вся! И глазом не моргнет! – кричала она в спину парня. Стеша еще не успела подняться, как Радмир пробежал мимо нее с Ясей на руках.
– Куда это он? – спросила она у Даурики, высунувшейся в дверь.
– Не знаю. Только глянул, взял в охапку и побежал.
– Так чего стоим? Бежим следом!
Следом бежать не дали. Леда, наставница Даурики, преградила им путь, раскинув руки в стороны:
– Куда, мои хорошие? Стоять. Без вас разберутся.
– А что с ней? Она горит вся! – Стеша выглядывала из–за плеча высокой наставницы, подпрыгивая от нетерпения.
– Инициировали ее.
– Как это?
– Девочки, пойдемте к Даурике, я объясню.
Яся открыла глаза в темной комнате. Рядом слышалось чье–то ровное дыхание. Осторожно, кончиками пальцев, она скользила по простыне, пытаясь определить, с какой стороны можно спустить ноги. Вдруг ее схватили за руку.
– Тихо! – вовремя приказал голос собравшейся кричать ведьме.
– Где я?
– Зажги огонь на ладони, увидишь.
– Я не умею. – Это действительно было так. Ясе достаточно было бросить взгляд, чтобы сжечь город, а вот создать на ладони маленький, необжигающий огонь у нее не получалось, как ни билась. Она помнила, как мама легко разжигала лепестки пламени даже на кончике пальца, и никак не могла сообразить, почему у нее так не выходит.
– Умеешь. Просто сделай это. – Мужчина, говоривший шепотом, отпустил ее руку.
Яся подняла ладонь на уровень глаз и замерла. Она боялась. Каждый раз попытки заканчивались ожогами, которые она лечила барсучьим жиром.
– Ну! – громко скомандовал голос.
Яся вздрогнула, и на ладони расцвел красный огненный цветок.
– А–а–а! Получилось! – взвизгнула Яся, но цветок свернул свои лепестки и слетел с ладони одинокой искрой.
– Попробуй еще раз.
Яся увереннее расправила ладонь и только успела подумать об огне, как на ней вспыхнул желтый цветок. Пусть с лепестками пламени разной длины, пусть кособокий, но он держался до тех пор, пока Яся не выдохнула от испуга – с другой стороны цветка на нее смотрел лорд Тореш.
– Как только добьешься белого огня, считай, обучение закончилось, – сказал он, поднимаясь с постели. Послышались неспешные шаги босыми ногами по полу, и комнату залил солнечный свет – это лорд раздвинул занавеси на огромном окне – настоящем, украшенном мозаикой из кусочков прозрачного и цветного стекла.
За окном простирались горы, чьи вершины уже обросли снежными шапками. По небу отарой белошерстных овец плыли облака, и три орла в вышине исполняли танец горцев. Яся видела, как варвары танцуют его, двигаясь по кругу и расправив руки, словно крылья: одну руку вытянув к центру, где соприкасались ладонями с остальными, другую устремив в небо.
Как завороженная пошла Яся на свет, не заметив, что на ней нет одежды, только светлые волосы каскадом окутывали тело, прикрывая спину и грудь. Поймав на себе взгляд лорда, в отличие от нее одетого, она опомнилась и прыгнула назад в постель, где натянула одеяло до глаз.
Лорд рассмеялся, снял со спинки кровати халат и кинул его Ясе.
– Что я здесь делаю? – спросила она, торопливо одеваясь и никак не попадая в рукава.
– Я тебя лечил. Ты оказалась очень сильной ведьмой, и после инициации твое тело не выдержало мощи раскрывшегося дара.
– Я не понимаю. – Яся села, спустив ноги с кровати. Лорд вернулся к окну и, сложив руки за спиной, наблюдал за кружением орлов. – Разве дар не раскрылся, когда я взглядом сожгла разбойника на дороге?
– Нет. Тогда он лишь проснулся. Потом, благодаря нашим занятиям, он начал развиваться, но финальную точку в раскрытии ведьмы ставит инициация. Чем сильнее дар, тем труднее телесной оболочке удержать его. Если бы ты не научилась управлять огнем, вчера сгорела бы добрая половина замка.
– У меня так много вопросов, – начала Яся, поправляя разъехавшиеся полы халата, невольно поежившись, когда ткань скользнула по болезненным соскам. – Но я не решаюсь задать их.