Сальмонелла. Кормилище Ужасов (СИ)
ЧАСТЬ 4. ПРИЗРАЧНЫЙ ШАБАШ. ПОГРОМ ПРОТИВ АРНОЛЬДА. Глава 7
На втором этаже она нашла незапертую квартиру, куда и вскочила, плотно заперев за собой дверь. Убедившись, что в квартире нет ни живых, ни мертвых, Ксюша проверила окна — заперты. Вот только не могло радовать то, что в Вишнецке становилось все холоднее.
— Девятнадцать градусов утром было, — возмутилась Ксения, смотря на термометр, приклеенный к окну снаружи. Его отметка опустилась чуть ниже шести градусов.
Продрогнув всем телом, она ушла на кухню, и была явно рада тому, что газ в конфорках есть. Значит, в доме кто-то еще живет, раз не отключают. Она порылась в шкафах, нашла зажигалку с длинным носиком, и зажгла газ в духовке, а так же все конфорки.
Уже через десяток минут девушка расслабилась, сидя у плиты, и уже медленно потирала свои плечи. На кухне стало очень тепло, и уходить отсюда уже никак не хотелось. Ксюша тоскливо поглядывала в окно, сидя у газовой плиты. Она вспоминала образ Андрея, и стало даже как-то обидно за его положение. Ее он ведь спас от смерти, а самого утащили невесть куда, и помочь ему девушка никак не может. Остается надежда только на странную Пичу с черными глазами, которая каким-то необъяснимым образом может принимать облик ворона. А судя по тому, что у них отношения, как Ксюша могла заметить, то она точно не даст ему пропасть.
— Эх-х… — выдохнула Ксюша, думая про их отношения.
А у самой отношения не складывались особо после гибели Андрея. Были, конечно, кавалеры, да надолго не задерживались, считая Ксюшу странной. Ну, еще бы. Пережившие такое наверняка сходят с ума, а тут всего лишь девчонка нервная немного, да пугливая. С кем не бывает?
Вспоминала и про Андрея, который ради нее сгинул в том проклятом парке. Вспоминала его улыбки, его прикосновения к себе, как они гуляли, держась за руки, как целовались в укромных уголках. И как вместе прошли испытание ужасом в парке.
В раздумьях она даже не поняла, что произошло, и лишь через мгновение закричала от острой боли, когда ее ногу пронзил осколок стекла. Она рефлекторно дернула ногой, пнув в сторону ту самую кисть Охотника, что она врезалась в холодильник. Не удержавшись на стуле, Ксюша свалилась, ударившись лбом о подоконник. Ссадина дала о себе знать, разразившись дикой болью.
Увидев поднимающуюся на пальцы кисть, Ксюша завизжала от ужаса, позабыв про осколок, торчащий из ноги. Почувствовав жар от дверцы, она поморщилась, а когда рука засеменила в ее сторону, она сорвалась. Зайдясь в крике, она схватила эту кисть, распахнула дверцу духовки, швырнула туда проныру, тут же захлопнув за собой духовку, и прижала плечом. Рука начала неистово бросаться из стороны в сторону, а потом билась в дверцу духовки с такой силой, что та немного приоткрывалась, а Ксюша пошатывалась.
— СДОХНИ ТАМ! Сдохни, сука! Сдохни! — вопила Ксюша, истекая кровью, а в духовке слышалось шипение.
При очередном ударе, из духовки пахнуло паленой плотью. Кисть Охотника зажаривалась заживо, не прекращая попыток вырваться, но каждая последующая попытка была все слабее и слабее. Обратив внимание на свою ногу, что напомнила о себе дикой болью, Ксюша сгребла с подоконника полотенце, рывком в крике вытащила осколок, и крепко прижала тряпку к истекающей кровью ране.
В конце концов, удары прекратились, и Ксюша аккуратно заглянула в духовку. Зажаренная рука за дверцей больше не шевелилась, неестественно скрючившись, но девушка не могла пересилить себя, чтобы отстраниться.
«Москва»
После переговоров с Канадскими коллегами, а так же инцидента, который произошел на военном объекте Вишнецк-2, полковник ФСБ Сергей Никитин сразу же отправился в Москву. Все силы и средства были брошены на новую экипировку для вооруженных сил. Крайне повезло, что никто из тех, кто летел одним эконом классом с агентом Эттиным, не покидал пределы Москвы. Все нашлись быстро, были оперативно доставлены на допрос в участок, где присутствовал лично Никитин, и осматривал всех задержанных в треснутых, трофейных очках. Как только полковник убеждался, что человек нормальный, задавал пару наводящих вопросов для отвода глаз, мол ничего подозрительного не видели в самолете. После короткого расспроса задержанных отпускали.
К ночи весь список был тщательно проверен, кроме одного пассажира.
В кабинет допроса к полковнику завели в драбадан пьяного мужчину двое вооруженных полицейских в костюмах химзащиты. Они сразу закрыли за собой дверь, оставив Никитина, у которого за спиной так же стояли два вооруженных человека в специальных костюмах. Мужчина, красный не то от злобы, не то от количества выпитого, ругался на местные власти. Он был одет в серые, свободные штаны, футболку и кожаную куртку, которую видимо наспех на него накинули при задержании.
— Совсем что ли ахренели, и-к… — возмущался он, покачиваясь на месте, — только прилетел, сразу скрутили, ик… из дома вытащили, суки!
— Это вынужденное мероприятие, лично вы тут не причем. Дело в самолете, в котором вы летели, Алексей м-м-м… Васильевич, правильно?
— Ну, да, правильно, — пробубнил мужчина, — че надо?
— Я полковник ФСБ, Никитин Сергей Валерьевич, мне нужно вам задать несколько вопросов, после чего вы будете свободны.
— Валяйте, и отвалите от меня нах, — покачиваясь, Алексей прошел лишь несколько шагов, и повернулся вправо, опустившись на четвереньки, где его обильно вырвало, — бля-я-я…
Полковник поморщился, но потом насторожился, заметив кровь в рвоте.
Закончив, Алексей завалился набок и, не выдержав опьянения, отрубился прямо на полу.
Никитин встал со своего места, потому что кое-что заметил. Несмотря на отвращение, он присел на корточки, разглядев в рвотных массах с кровью два белых щупальца. Они еле возились, в них была отчетливо видна слабость.
— Твою мать! — выругался полковник, раздавив ногой два щупальца. Они тихо пискнули, замерев окончательно, — в больницу его быстро, в изолированную палату, на промывку желудка и обследование!
Приказы полковника ФСБ обсуждать было не принято, поэтому двое мужчин взяли пьянчугу, понесли на выход из комнаты допроса.
— Ну и ну, — полковник отрицательно помотал головой, после чего покинул комнату, и составил компанию в сопровождении последнего пассажира до больницы.
Скорая помощь приехала быстро, все же люди сверху дали команду, а значит, медлить нельзя. Алексея доставили в больницу, и при полковнике сделали все необходимые процедуры. Прокапали, промыли желудок, и в общей массе всех нечистот со спиртом и кровью, которые покинули его организм, полковник увидел еще одно еле живое щупальце. Его вмешательство не потребовалось, щупальце через несколько минут погибло без физической помощи. Врачи же ничего такого не видели, и явно были озадачены таким интересом к простому пьяному мужчине. После промывки желудка врачи констатировали внутреннее кровотечение в трех местах.
Полковник покинул палату на полчаса, а после, когда вернулся, задал врачам вопрос.
— Как он, Виктор Степанович?
— Сейчас все показатели в норме, быстро оправится. Непонятно внутреннее кровотечение, которое так же остановилось. Но что-то он серьезно перепил, боюсь, если бы не такое быстрое реагирование, то он бы скоропостижно скончался, — констатировал главный врач, Виктор Степанович, которого Никитин лично попросил участвовать.
— Понял. Оставьте его до утра, завтра вернусь, — сказал полковник.
Как и обещал, он вернулся следующим утром, встретил главврача, и с ним сразу же направился в палату. Алексей очнулся, поэтому полковник попросил врача остаться за дверью, а сам прошел в палату.
— Кто? Кто вы? Где я? Что случилось? — Алексей пусть и был слаб, но все равно начал расспросы.
— Вас вчера задержали в рамках военного мероприятия, и не зря. Вы провели ночь в больнице, вас скоро отпустят, не переживайте. Лучше ответьте мне на несколько вопросов. Я, если помните, полковник ФСБ, Сергей Никитин.
Полковник достал удостоверение, и показал Алексею в развернутом виде.