(Не) моя навсегда (СИ)

— Да, почти отлично! Не переживай. — успокоила она меня. — Там мужчина твой чуть больницу не разнес, пытаясь к тебе пробиться. Сейчас позову его, раз уж ты в себя пришла.
Я уронила голову на раскрытые ладони и горько разрыдалась. Слова про моего мужчину рвали душу в клочья. Нет у меня больше моего мужчины. Нет и не будет никогда. Обжигающая агония терзала сердце. Такой боли я никогда не чувствовала.
Теперь уже ничего не исправить. Для всех разговоров и слов стало слишком поздно.
Испуганная Мария Григорьевна легонько встряхнула меня за плечо, вынуждая на нее посмотреть.
— Софочка, ну ты чего? Не хочешь — не пущу его. Не надо так убиваться!
— Да я не из-за него… Это Стас, просто друг.
— А из-за кого же ты так страдаешь, милая? — медсестра заботливо поглаживала меня по руке, пока я пыталась справиться с рыданиями.
— Андрей… — прошептала я и снова захлебнулась отчаянными слезами.
— Этот тот, который у нас лежал пару месяцев назад? Его что ли?.. — с понимающей улыбкой кивнула на мой живот.
Я кивнула.
— А ну тогда понятно все! Молодец парень!
Я непонимающе уставилась на нее. Что такое она говорит? Такой кошмар случился, а она говорит так, будто ничего страшного не произошло. Внезапно мне стало противно. Я всегда любила Марию Григорьевну. Чуткая и понимающая женщина. А сейчас я увидела ее с другой стороны. Холодная и циничная. Разве можно вообще вот так говорить?! Отец моих детей погиб, а она насмехается.
Грубо вырвала у нее свою руку и отстранилась насколько могла. Медсестра нахмурилась, явно не понимая резкой смены моего настроения. Но тактично встала с кровати и отошла на пару шагов, странно на меня поглядывая. Молча убрала капельницу.
— Так мне позвать твоего друга?
— Да, если вас не затруднит. — холодно ответила я, вытирая рукой мокрые щеки.
Женщина удалилась, а через несколько минут в палату ворвался всклоченный Стас.
— Уф, ну и напугала ты меня! — с порога упрекнул он. — Ты вообще, что творишь?! Я как бы потом Андрею объяснял, где ты успела покалечиться?! Ладно хоть поймать тебя успел, когда в обморок грохнулась!
Ошарашенно смотрела на Стаса. И он туда же… Да что с ними? Как можно быть такими бесчувственными и бессердечными?! Внутри поднималась горячая волна ярости. Ладно медсестра, за годы работы в хирургии отрастившая внушительную броню, чтобы не принимать потери близко к сердцу. Но Стас… От него я ничего подобного не ожидала.
— Да вы издеваетесь что ли?! — сорвалась я на крик. — Какая теперь разница?! Андрей мертв! Ты понимаешь?! Ты бесчувственный придурок! Он же другом твоим был!
Мой выпад прервался новым потоком слез. Но теперь я не сдерживала рыданий, громких, надрывных. Бросила злой взгляд на Стаса. А он замер напротив меня с распахнутыми глазами и отвисшей челюстью.
В другой ситуации я бы рассмеялась над его внешним видом.
— Ты дура что ли?! — заорал он на меня. От неожиданности я аж поперхнулась и резко замолчала, рыдания застряли в горле. — Жив он! Офигеть! Я тут переживаю за твое здоровье, а ты моего друга уже успела похоронить…
— Как жив?.. — от шока голос не слушался и слова получились глухими и сиплыми. — Но хирург…
— Что хирург? Пришел сказать, что травма серьезная, и в ближайший год Андрею придется тяжело пахать на реабилитации. И что его погрузили в искусственную кому. А так все с ним будет хорошо. — Стас злился. Принялся расхаживать из угла в угол. — Ты как вообще могла подумать о таком? — развернулся ко мне и обвиняюще ткнул пальцем в мою сторону.
— Правда жив? — с надеждой спросила я, проигнорировав его выпад.
— Да! — рявкнул в ответ.
Стас хотел сказать что-то еще, но я не стала слушать. Сорвалась с места и побежала в реанимацию. Мне необходимо его увидеть, чтобы окончательно убедиться.
— Стой! Куда побежала? Тебе лежать надо! — грозно окликнула меня Мария Григорьевна, когда я пронеслась мимо поста.
Даже не оглянулась на нее. Потом извинюсь за то недоразумение в палате. Сейчас важнее всего Андрей.
Попасть к нему мне никто не препятствовал. Хирург, который его оперировал только молча кивнул, давай свое разрешение навестить больного.
 
В предбаннике быстро натянула стерильную одноразовую одежду и маску. Торопливо обработала руки. И наконец смогла добраться до его бокса.
Пробежалась глазами по мониторам и трубкам, присоединенных к его телу. Жив. На самом деле жив. По щекам заструились соленые капли. Но в этот раз от радости. Упала на колени возле кровати Андрея. Сжала его горячую ладонь руками и прислонилась лбом.
— Андрюша… Живой… Спасибо, Господи! — горячо шептала, заливаясь слезами.
  
Глава 42
 
Софи
Не знаю сколько я просидела на полу возле кровати Андрея. Чувствовала себя так, будто находилась в трансе. Под пальцами чувствовала его горячую кожу ладони. Хотелось провести так вечность. Просто чувствовать Андрея, прикасаться к нему, слушать его дыхание.
Но чьи-то руки, опустившиеся на плечи, вывели меня из этого состояния.
— Софья Викторовна, пора уходить. — тихо позвал меня дежурный врач. — Вы же знаете правила.
Я кивнула и с трудом поднялась на ноги. Оказывается, ноги затекли. Видимо, я провела здесь немало времени.
Уходить не хотелось, но я понимала, что нужно. Возле двери обернулась и бросила на Андрея еще один взгляд. Даже в таком состоянии, раненый и без сознания, он выглядел сильным. Как я вообще могла подумать, что он погиб? Такие люди просто так не умирают. Слишком сильна в них воля к жизни.
В отделение как раз зашел заведующий отделением и по совместительству лучший хирург больницы. Он и оперировал Андрея и в первый раз, и сейчас.
— Долго он пробудет в таком состоянии? — спросила врача, когда поравнялась с ним.
— Несколько дней мы подержим его в искусственной коме. Состояние стабильное. Не могу сказать, что все хорошо, но угрозы для жизни нет. Беркутов потерял много крови. Мне сказали, что это вы его спасли, оказали первую помощь?
Я скромно кивнула.
— Я могу его навещать? — поинтересовалась у начальника.
— А смысл? Вам самой нужно несколько дней отлежаться. Угроза выкидыша — это не шутки. К тому же пациент все равно без сознания, какой смысл сидеть возле него?
— Ну пожалуйста! — сложила руки в умоляющем жесте.
— Ну ладно… — неохотно согласился мужчина. — Но только после того, как принесете мне справку из гинекологии о том, что вам не обязательно соблюдать постельный режим.
Я рассеянно захлопала глазами.
— Но… Они же не дают таких справок…
— Ну тут уж я ничем не могу помочь. — развел руки в стороны. — Это мое условие. Вы, Софья Викторовна, на больничном вообще-то. Я беспокоюсь за своих сотрудников. Поэтому перенапрягаться во вред себе не позволю.
— Хорошо, я поняла… — понуро опустила голову. Вроде и разрешил, а вроде и нет. Где я возьму такую справку? Он же прекрасно знает, что подобные документы у нас выдаются по строго установленным формам. Эх, придется идти в женское отделение на поклон с тортиком.
Хотя может начальник и прав. С Андреем условно все в порядке. А мне нужно подумать о ребенке. И так неизвестно какой вред нанесли ему мои похождения за ближайшие сутки. Мало того, что я вся на нервах, так еще и не ела почти ничего.
Возле поста медсестры я нашла Стаса. Он крутился вокруг Марии Григорьевна и даже с ней умудрялся флиртовать. Невольно улыбнулась. Подошла к ним.
— Как он? — тут же спросил Стас. — Меня и близко не подпускают.
— Все хорошо. Через несколько дней выведут из искусственной комы. — коротко пояснила мужчине и повернулась к Марии Григорьевне. — Вы меня извините, пожалуйста…
— Да брось, Софочка! — перебила меня медсестра и кивнула на Стаса. — Этот милый молодой человек мне все рассказал. Это ты меня извини, я же не знала…
— Просто ужасное недоразумение. Давайте просто забудем!
Медсестра тепло мне улыбнулась, потом перегнулась через стол и по-матерински обняла.