Алхимия наших душ (СИ)

— Живой, — сказала женщина. — Я сделала свое дело, теперь пойдем со мной. — Кажется, она говорила с призраком.
Из последних сил Стефан схватил руку женщины. Если она — жнец смерти, то это объясняет то, что она ни капли не изменилась за двенадцать лет, и то, что внутри и вокруг ее книжной лавки не бывает призраков.
Женщина возмущенно спросила:
— Эй, ты чего?
Кашлянув, Стефан с трудом поднял голову.
Ночное небо озарила молния, а затем раздался гром, и пролился дождь.
Прохладные капли падали на лицо Стефана, приятно холодя кожу. Откинув успевшие намокнуть волосы со лба, парень открыл глаза и встретился с холодными серыми глазами Эмили.
— Не забирай ее, ma fleur, — произнес Стефан не своим голосом, а затем отключился.
***
— Бедный мальчик, на нем живого места нет, — произнесла Совесть, рассматривая побитого юношу, лежащего без сознания на кушетке из Версальского дворца.
Джен и Тэ только что закончили обрабатывать его раны, и теперь, чистый и перевязанный, он лежал под одеялом и беззаботно посапывал.
— Не пытайся вызвать во мне жалость. Как только он очнется, я сотру ему память, и он уйдет отсюда. — Эмили смотрела на юношу настороженно, будто он мог в любой момент открыть глаза и напасть.
— Но он назвал тебя «ma fleur»! — воскликнула Совесть. — И его глаза точь-в-точь такие, как у Алена.
Эмили тяжело вздохнула. Увы, от высших сил ничего не может укрыться, и, когда женщина вернулась домой с юношей в бессознательном состоянии, Совесть и Страх уже встречали ее с широко раскрытыми глазами.
— Это не он, — процедила свозь сжатые зубы Эмили.
— Но… — начал было Страх, однако жуткий взгляд женщины не дал ему договорить.
— Пока нет явных доказательств, что это он, — тихо сказала Эмили.
Она не тольконе могла, но ине хотелапризнать, что этот неопрятный и нищий мальчишка — ее прекрасный, изящный Ален.
— А какие тебе нужны доказательства? — все же подал голос Страх. — Признание в любви и очередная смерть через сто восемь дней?
— Это будет самое лучшее доказательство, — кивнула Эмили.
— Но он же умрет… — жалостливо произнесла Совесть.
— И что? — пожала плечами Эмили. — Он всегда умирает. Я уже привыкла.
— С годами сердца жнецов черствеют, — грустно произнес вошедший в комнату Тэ. В руках у него был тазик с водой, на краю которого висело полотенце. — На случай, если у Стефана будет жар, я принес холодной воды.
— Стефана? — переспросила Эмили.
— Так его зовут, — Тэ кивнул на юношу.
Поставив тазик с холодной водой на пол рядом с кушеткой, Тэ сел в кресло и включил телевизор.
— Сегодня ночью в квартале Маре было найдено лежащее в гробу тело девушки, — раздался голос диктора новостей. — В руках у жертвы лежало откушенное яблоко. По предварительным данным, тело принадлежит пропавшей месяц назад двадцатитрехлетней студентке медицинского университета Мадлен Виардо. Подобная жертва уже была найдена в районе Пасси рядом с метро Трокадеро. Это была двадцатилетняя Элайза Симон, которую нашли мертвой в пышном платье и лишь с одной туфлей. Результаты экспертизы показали, что девушка задохнулась из-за продолжительного вдыхания золы, которую нашли в ее легких. Полиция еще не подтвердила, связаны ли эти два случая, но всем уже понятно, что в Париже объявился серийный маньяк.
— Это же та призрачная девушка! — воскликнул Тэ, указывая на фотографию первой жертвы, которую вывели на весь экран.
Эмили и высшие уставились на девушку.
— Да, она, — кивнула Эмили. — Золушка.
— Ты же не отправила ее на тот свет? — всполошился Тэ. — Она может знать, кто убил ее и вторую, с яблоком.
— Белоснежку. — Совесть хмуро смотрела на экран телевизора.
Эмили качнула головой.
Не то чтобы она последовала просьбе этого мальчишки, просто почувствовала, что отправлять Золушку на тот свет еще рано.
— Кем бы ни был этот убийца, шансов на перерождение у него уже не будет. Целых две невинные жизни загублены его руками, — с отвращением произнес Тэ.
Страх деликатно кашлянул в кулак и кивком головы указал на Эмили. Спохватившись, Тэ промямлил:
 
— Ну, то есть, серийные маньяки — те еще мрази, в сравнении с обычными убийцами.
Страх закрыл лицо рукой и тихо застонал. Совесть подошла к Тэ и отвесила ему подзатыльник.
— Ни слова больше, — процедила она и настороженно покосилась на Эмили.
Женщина стояла у письменного стола, задумчиво глядя на спящего юношу. Казалось, что она была далека от происходящего и не услышала слов Тэ. Совесть и Страх расслабились.
Они оба считали, что наказание Эмили слишком жестокое, и не раз пытались уговорить своих братьев и сестер на его пересмотр, но те были непреклонны. Какими бы целями не руководствовалась Эмили, она совершала намеренные убийства, за что ее путь к перерождению будет долгим и изнурительным.
— Пусть еще скажет спасибо, что ей дали шанс на искупление, — надменно сказала тогда Смерть.
Со стороны кушетки послышались возня и стоны. Все присутствующие в гостиной обратили свои взгляды на юношу, который приподнялся на локтях и, нахмурившись, оглядывался по сторонам.
— Где я? — хрипло спросил он, почему-то глядя на Страха.
Высший немного растерялся и принялся мямлить что-то нечленораздельное, но его прервал холодный тон Эмили.
— Можете все уйти, дальше я сама.
— Ты сотрешь ему память? — тихо, чтобы не услышал юноша, спросила Совесть.
— У меня нет выбора.
Цокнув языком, Совесть кивнула Страху и Тэ и шагнула к двери. Мужчины последовали за ней.
Оставшись наедине с юношей, Эмили подошла к кушетке. Ее взгляд встретился с до боли знакомыми светло-зелеными глазами, и женщина ощутила, что ее сердце забилось быстрее. Подобного с ней не случалось уже очень давно, и Эмили думала, что больше не случится. Она почти была уверена, что ее сердце превратилось в кусок льда, который уже не сможет растопить даже пронзительный взгляд Алена.
Почему же теперь, когда на нее смотрелэтотмальчишка, пульс Эмили вырос в два раза? Может, причина в жалости? Да, скорее всего, именно в ней все дело. Мальчишка настолько жалок, что сердце дрогнет у любого — даже у тысячелетнего жнеца смерти.
— Когда ты вышел из книжной лавки, то потерял сознание. Я помогла тебе, и теперь ты должен уйти домой, — четко произнесла Эмили, полностью сосредоточившись на глазах юноши.
Моргнув, он склонил голову на бок и произнес:
— Зачем вы врете? Я убегал от коллекторов, но они настигли меня на кладбище и принялись избивать. Потом появились вы и спасли меня. — Зеленые глаза мальчишки расширились, и он принялся крутить головой по сторонам: — А где девушка? Призрачная девушка в платье? Вы же ничего с ней не сделали?
От удивления у Эмили приоткрылся рот.
— Почему не получилось? — пробормотала она, глядя на юношу как на новый непонятный экспонат в музее.
— Что не получилось? — тут же переспросил он. — Убить призрака? Или что вы, жнецы, делаете с душами умерших?
— Забудь, что я жнец! — воскликнула Эмили, вложив в эти слова всю свою силу. — Забудь все!
— Почему вы просите меня все забыть? — раздраженно произнес юноша. — Вы спасли меня, назвались жнецом смерти, а теперь просите все забыть? Да черта с два! Я теперь многое начал понимать. Например, почему в лавке не бывает призраков. И сны, что мне сняться, теперь обрели некий смысл.
— Сны? — озадаченно переспросила Эмили. Затем, осознав еще один факт, задала новый вопрос: — Ты видишь призраков?
Юноша устало потер глаза. Задев пальцем разбитую скулу, он сморщился и прошипел несколько ругательств. Эмили терпеливо ждала его ответа.
— Да, я вижу призраков, — наконец сказал юноша. — И когда они это осознают, то преследуют меня. Только в вашей лавке я могу отдохнуть от них. Я думал, что это какое-то аномальное место, но теперь все понял. Если вы — жнец, то призраки вас боятся. Поэтому я и не видел их рядом с вашей книжной лавкой. Возможно, поэтому вы мне и снились — чтобы я понял, что рядом с вами безопасно. — Юноша вдруг улыбнулся такой светлой и красивой улыбкой, что у Эмили по спине пробежали мурашки. — Меня зовут Стефан.