Ж-И 4 (СИ)

— Шланг! — Усмехнулась Тайна. — Веселое у тебя было детство.
— Не жалуюсь. Пара шрамов на мне осталась после встречи с птицами. У меня к ним было такое же отношение, как у вас к змеям. Передергивало от страха и отвращения.
— Меня не передергивает. — Произнесла Тайна. — С недавних пор.
— Спасибо. — Антош посмотрел в сторону солнца. — Надо отправляться в путь. Скоро стемнеет.
Того времени, что мы потратили на отдых, хватило бодро отправиться дальше, в сторону клубящегося на горизонте тумана.
  
Глава 15
 
Первая река преградила нам путь через полтора часа ходьбы. Я уже молился, чтобы поскорее дойти до нее. Густая трава, нижний ярус которой представлял собой сплошной ковер плетущихся растений, не способствовала приятной ходьбе, а уж случись бежать, то и вовсе бы ничего не вышло. Словом, я прилично утомился и с радостью бросился к берегу утолить жажду.
— Постой. — Остановил меня змей. — Мы же тебе сказали, что полуморфы водятся в реках.
— Я помню, но они ведь не нападают на тех, кто в себе. — Я имел ввиду, что до сего момента эти существа нападали только в астрале.
— Это не так. Они не видят тебя в физическом теле, но если ты дотронешься, то почувствуют. Думаешь, так просто переплыть эту реку. Тут все продумано.
— Знаешь, меньше пить от этого не захотелось. — Я всмотрелся в прозрачную воду, чтобы заметить силуэты суккубов. — Тут никого нет.
— Я посмотрю. — Тайна подошла к воде, уперлась коленями в мокрый песок у самой кромки реки и зачерпнула полную пригоршню воды.
Змей онемел от такой наглости. Мы уставились на рабовладелицу. Он попила из ладоней воды, зачерпнула снова, без всякой опаски.
— Вода чистая и вкусная. — Она вытерла лицо и отряхнула колени. — И никаких суккубов.
— Они здесь есть, просто тебе повезло. — Змей подполз ко мне и внимательно осмотрел поверхность воды.
На ней и в ней царило полное спокойствие.
— Ладно, пей, но осторожно. — Разрешил он мне. — Если что, прыгай назад.
— Конечно, именно так я и поступлю.
Я не стал набирать воду в ладони. Всегда считал, что так пьют только актеры в плохом кино. Какой смысл пить еще и грязь с рук. Нагнулся над зеркалом воды, сделал губы воронкой и принялся тянуть ее в себя, как молодой бычок на водопое. И тут мне показалось, что я слышу мелодию, прекраснейшую из всех. Такую многогранную, обволакивающую бархатистой лаской, успокаивающую и зовущую. Я заслушался ею. Чувствовал, как вдыхаю музыку легкими, впитывая и растворяя ее в крови и отправляя ко всем органам.
Хлесткий подзатыльник привел меня в чувство. Я открыл глаза и вдруг понял, что был под наваждением, потому что совершенно не помню ничего предшествовавшего подзатыльнику, кроме фрагментов мелодии, еще звучащей в голове.
— Что с тобой произошло? — Ляля нагнулась надо мной, потирая ушибленную ладонь.
— Я слушал самую красивую музыку в мире. — Признался я. — А потом мне дали по голове.
— Так вот как они приспособились. — Произнес змей. — Они как сирены, только не поют, а подлавливают нас на музыке. Это сродни наркотику. Они внушают нам музыку, раздражающую те самые рецепторы мозга, отвечающие за восприятие прекрасного. Заодно отключают мозговые центры, отвечающие за адекватное поведение.
— А как я себя вел? — Поинтересовался я.
— Ты полез в воду. — Ответила Ляля. — На четвереньках.
— Ничего не помню, но музыка была действительно классной. Если бы среди нас был музыкант, я бы заставил переложить ее на ноты.
— Переплыть реку не получится. — Заключил змей. — Придется снова прибегать к твоим услугам. — Обратился он к Тайне.
— А если заткнуть уши? — Предложил я. — Не думаю, что мадам отдохнула. К тому же мы так тяжело сюда добирались.
— Я попробую перелететь самостоятельно. Останется перенести только вас двоих. — Пояснил змей.
— Ты не сможешь. — Категорично заявила рабовладелица. — Ты свалишься в воду. Тебе еще учиться и учиться. Я смогу перевезти Лялю, а там видно будет, насколько я устала. Идея заткнуть уши кажется мне неплохой. Можно испытать ее на берегу, под присмотром.
 
— А чем затыкать уши тому, у кого их нет? — Спросил змей.
— Как нет? — Изумились мы хором.
— Ты же прекрасно слышишь. — Я только сейчас понял, что никогда не задумывался над тем, что у друга нет признаков внешних ушей.
— У нас немного другой способ восприятия звуков, чем у вас.
— Так может на тебя музыка полуморфов никак не подействует. Давай я буду держать тебя за хвост, а ты погрузишься головой в воду.
— Ты не удержишь меня, если я потеряю над собой контроль. — Змей посмотрел на Тайну.
— Я бы перевезла тебя, но точно не сегодня. Ты самый тяжелый. — Ответила рабовладелица.
— Есть идея. Надо промерить дно и если оно неглубокое, ниже моего подбородка, то я перейду вброд вместе с тобой. Для верности замажу уши грязью. — Предложил я.
— А я буду тебе петь. Ты ведь знаешь мои вокальные способности. — Змею пришлась моя идея по душе.
— О, да, однажды я слышал, как ты поешь. Я подумал, что отец наехал тебе на хвост.
— Вот и я о чем. Мои песни испортят любую совершенную мелодию.
— Жорж, это может быть опасно. Ты оступишься или пройдешь рядом с разведанным местом, а оно окажется глубже. Грязь вымоется из ушей и тогда…
— Дорогая, прежде надо разведать, а только потом поддаваться страхам. — Я отломил от ближайшего куста ветку, чуть выше своего роста.
Нашел у берега скользкий кусок подсыхающей грязи и замазал им оба уха. Звуки мира здорово приглушились. Жена смотрела на меня взволнованными полнолуниями горящих упрёком глаз.
— Всё будет хорошо. — Произнес я, наверное, громко, как настоящий глухой. — Буду проверять перед собой. — Я потыкал палкой в песок, демонстрируя, как применю ее.
— Бесшабашный. — Прочитал я по губам жены.
Улыбнулся ей и ступил в воду. Постоял, прислушиваясь. Никаких мелодий через ноги не доносилось. Признаться, я опасался, что дело будет не в ушах, а только в контакте тела с водой. Сделал еще шаг, потом второй. Глубина прибавлялась незаметно. До середины реки я погрузился в воду чуть выше поясницы. Оглянулся назад. Команда взволнованно следила за мной, особенно Ляля. Стояла напряженная, сжав кулачки перед собой. Я помахала ей, и двинулся дальше.
Следующий шаг погрузил меня по грудь. Я был готов к этому, но все равно испугался. Нога очень долго искала дно, я чуть не решил, что подо мной обрыв. Промерил палкой дальше, вроде бы ровно, но пережитый страх заставил меня быть осторожнее. Я сделал короткий шажок вперед. Рельеф дна поменялся. Песчаное закончилось, началась крупная галька. Я пошевелил камешки носком ботинка, а они в ответ потрогали меня за ногу. Стоит ли говорить, что я вылетел из реки со скоростью кавитационной торпеды.
— Что случилось? — Жена перепугано бросилась ко мне. — Ты услышал музыку?
— Нет, не успел. — Я истерично пытался задрать прилипшую к ноге штанину, чтобы разглядеть место прикосновения. — Меня потрогали.
Мне кое-как удалось закатать штанину трясущимися руками. На коже не осталось никакого следа от прикосновения.
— Если бы тебя коснулся полуморф, ты бы не почувствовал. — Пояснил змей. — Это могла быть рыба или кто тут ещё может водиться.
— Короче, я отказываюсь переходить реку вброд. — Заявил я. — Никто не видел сверху мостов?
— Откуда им тут взяться. — Ответил змей. — Я не вижу другого нормального выхода, кроме как попросить Лялю выбросить сюда надувную лодку и пользоваться ею пока не доберемся до конца уровня.
— А как же птица? — Спросила Тайна.
— Обманем, как и прежде. Только на этот раз надо запустить что-нибудь другое.
— Можно, это не будут животные? — Ляля беспокоила мысль, что она является причиной их гибели.
— А кто? — Удивился змей.
— Летательные аппараты. Я запущу сюда боевые дроны, и пусть они погоняют птицу.
— Только смотри, чтобы они не напали на нас, когда покончат с ней. — Предупредил я супругу.