Почти Целитель. Часть третья (СИ)

— Великодушнейше прошу меня простить! — Витиевато начал он. — Я наговорил в последние сутки много лишнего в ваш адрес. Разумеется, я никогда в жизни не подумал бы приводить в действие свои угрозы. Просто временное умопомрачение, вызванное горем от осознания, что могу потерять мою драгоценную матушку.
Гауф, конечно же, заверил, что все это пустое, и он не держит обиды на временно отчаявшегося человека. Ну, а потом все внимание всесильного царедворца вновь перевел на Ивана Лудильщикова, выставив именно его инициатором успешного медицинского действа.
— Я перед вами в большом долгу! — Произнес чиновник. Я внесу вашу имя и фамилию в список своего личного секретаря, вы в любое время дня и ночи сможете прийти ко мне и получить от меня помощь по любому зависящему от меня вопросу.
День уже сильно на вторую половину перевалил, когда Иван с Варей смогли обратно в лавку к Вариному дяде вернуться. Варя попрощалась с Лудильщиковым и ушла к себе, а Иван остановился на пороге и стал вглядываться в одного из толпящихся возле прилавка студентов. Очень уж кем-то знакомым тот показался. Наконец, интересующий субъект чуток повернулся лицом к окну.
— Андрюха! — Не выдержал Лудильщиков, увидев среди кучки прочих студентов своего боевого товарища.
— Командир? — Физиономия обернувшегося на крик товарища выглядела очень удивленной.
После положенных объятий и похлопываний решили посидеть где-нибудь в кабачке, отметить встречу. Остальные спутники Андрея, поняв, что тот встретился со старым боевым товарищем, не стали мешать своим присутствием и удалились по своим делам.
— Я прямо жалею сильно, что с тобой в очередное приключение в тот раз не отправился. — Признался Андрюха после того, как Иван рассказал ему вкратце про свои приключения в краю золотодобытчиков. — И золотом, наверное, разжился?
— Не без того! — Осклабился Иван, салютуя другу стопкой с налитым в нее прозрачным содержимым. — Но ты знаешь, я бы на твоем месте все же не стал так сильно туда рваться, несмотря на все золото, что там валяется буквально под ногами.
— Почему?
— Там девушек почти не водится. А те, что еще встречаются, страшны, как смертный грех. Но самое главное не это, а знаешь что?
— Что? — Поддался своему любопытству товарищ.
— То, что у каждой из тех страшилок по десятку ухажеров, которые, стоит тебе забыться и заговорить с одной из них, тут же попытаются набить тебе рожу.
— Фу! Правильно тогда, что решил вернуться на учебу.
— А я про что?
Так до темноты сидели и болтали. Андрей все рекламировал свою специальность техномага, перед которым в быстро изменяющемся мире открывалось море возможностей. Может, алкоголь тому виной, а может Андрей внезапно открыл в себе сильный дар убеждения, но внезапно Ивану показалась очень заманчивой мысль каким-нибудь образом своего Родиона переучить из механиков в техномаги. Понятно, техномаг из немагического Класса выйдет кривоватый, но если его дополнительно усилить накопителем и напоить зельями, то может все вполне себе получиться. А связка из артефактора и техномага — это сила!
— Слушай, Андрюха! А кроме ваших курсов, где еще на техномага обучают?
— Вообще много где, но самое углубленное обучение идет в Санкт-Петербуржском университете.
— Значит, именно туда мы с моим слугой завтра и направимся.
— Слугой?…
Потом было много еще разговоров, пока пьяного в дым техномага не пришлось порталом до дверей его общежития доставлять и самому, чертыхаясь от выпитого, к себе домой возвращаться.
А дома Ивана, кроме уже привычных Родиона и Таи встречала Настя. Он и забыл совсем, что вчера вечером ее к себе в содержанки определил. А место содержанки — рядом с хозяином. Ну, пока хозяину не надоест, и тот ее обратно по месту прежнего проживания не спровадит.
— Ваня! А я так волновалась. Ночь уже на дворе, а вас все нет и нет! — Настасья честно отрабатывала свое содержание и даже в эмоциях почти не лукавила. В самом деле, волновалась.
На следующее утро, едва проводив Настю до места ее работы, отправился с Родионом в Санкт-Петербуржский университет. Понятно, что учеба на многочисленных курсах, что в том заведении курируют, уже идет вовсю, но вдруг все же примут. Опять же Родион не простой деревенский парень с улицы, а человек с законченным почти высшим образованием и техническим мышлением. Пусть и с ослабленной инициативой. Он сходу должен включиться в учебный процесс, особенно, если Иван ему персональный приказ отдаст.
 
Проректор по внефакультетскому обучению Карл Вильгельмович Губерт был очень импозантен и деловит.
— Ваше предложение об обучении техномагии почти готового инженера-механика с опорой не на соответствующий Класс, а на внешнее воздействие в виде накопителей маны и тренировок с зельями, несомненно, очень интересны для нас в качестве постановки нового эксперимента. — Высказал он свою точку зрения, когда ознакомился с вариантом Ивана, — но боюсь, все же из вашего замысла не выйдет ничего достойного по одной единственной причине: слишком велико будет отставание нового курсанта от остальных соучеников. Курсы по подготовке техномагов еще с конца февраля свою работу начали. Программа у нас очень плотная, на каждом занятии дается новая тема.
— Но попробовать-то свои силы вы не запрещаете? Может быть, какой-нибудь испытательный период установите, с тем, чтобы посмотреть на мою успеваемость? — Родион, заинструктированный Лудильщиковым, старался вырвать согласие у ответственного чиновника. — В конце концов, если действительно не буду успевать по предметам, никто не мешает мне вновь оплатить учебу на следующий год.
— Как знаете. Деньги ваши. — Нахмурился проректор. — Свое мнение я озвучил, но и вам в ваших устремлениях препятствовать не буду. Можете оплатить двухлетний курс обучения и хоть с завтрашнего дня приступать к занятиям с занимающейся группой. Только учтите, что если все же не справитесь с нагрузками, уплаченные за курс деньги никто вам уже не вернет.
— И все же, с вашего разрешения, я хотел бы попробовать.
Получив от господина Губерта его высочайшую резолюцию на свое заявление, и узнав адрес, по которому завтра с утра надо было Родиону на учебу явиться, отправились в кассу. Семь сотен рублей — большая сумма для большинства подданных императорской Рассеи, но на фоне запланированных тысяч, выделенных Лудильщиковым на повышение Первичных Характеристик его миньона, эти сотни совершенно терялись.
«Хм. А какие курсы тут еще есть?» — Внезапно проснулась любознательность Ивана. Кассир в ответ на его вопрос протянул ему почти сверху донизу заполненный листочек с названиями курсов, длительностью обучения и ценами на них. Пробежав предлагаемое глазами, поинтересовался:
— Простите, а есть у вас курсы, которые предлагается пройти начинающему дипломату, прежде, чем он приступит к своим обязанностям? «Интуиция +1» — сама Система подталкивает его постараться развиться поэтому пути.
— Как таковых курсов по дипломатии мы не предлагаем, но курсы по экономике и юриспруденции наверняка пригодятся и дипломатам и просто чиновникам, желающим продвинуться по службе. — Объяснил многоопытный кассир, уже не первый десяток лет варящийся в этом котле. — Они общие по этим двум предметам и длятся всего один год. Точнее, даже меньше: со второй половины сентября по середину апреля.
— Благодарю вас за столь полный и полезный ответ. — Иван даже голову склонил в знак признательности.
Ладно, это все лирика, Ивану надо пока официальным целителем становиться, поэтому он, уже больше нигде не задерживаясь, в клинику Гинцбурга порталами попрыгал.
— Вот, Семен Михайлович! Добыл я справку! — Объявил Лудильщиков, входя в кабинет владельца клиники и по совместительству здешнего главврача и директора.
— Неужели! Дайте-ка я ее посмотрю. — Похоже, хитрейший Семен Михайлович сам отнюдь не был уверен в результатах, когда свою идею Ивану предлагал. — Да, действительно, справка. И номер истории болезни с датой целительского воздействия и его результатами — все есть! Тогда давайте, рассказывайте подробно, какими навыками и заклинаниями владеете, чтобы я уже со следующей недели смог вставить вас в расписание работы моей клиники.