Танец с Клинком (СИ)

Мужчина, державший нож у горла резидента разведки японского клана Такэда, заметно смутился. Новый глава Артелей был тем самым человеком, что сместил предыдущего лидера, заключившего с Леоном Хаттори упомянутую устную договорённость. В тот момент ему казалось, что он сумеет правильно распорядиться этой юридической тонкостью…
Но расклад изменился.
— Не о чем нам с ними разговаривать, вольный люд! Это они отрубили голову моему сыну! — выкрикнул статный седовласый старик, выбираясь с задних рядов толпы и взмахнул рукой, собираясь продолжить подстрекать "артельщиков": — Нечего чужакам распоряжаться в нашем…
Рыжий японец краем глаза уловил оговоренный жест и мягко, стелющимся шагом преодолел разделявшие его и крикуна метры пустого пространства. Всё произошло настолько быстро, что никто не успел отреагировать — всё только зачарованно смотрели. Вспыхнувший пламенем клинок прочертил яркую диагональ — снизу вверх и обратно, отсёкая воздетую к потолку руку и следом начисто перерубая шею старика. Огонь на мече сразу прижёг раны и тело рухнуло на ковёр зала, не пролив на него даже одной капли крови. Эдогава столь же стремительно вернулся на место рядом с девушками и вновь неподвижно замер.
— Поднявший на нас руку — лишится этой руки. А потом и головы! — назидательно произнесла китаянка, обращая бесстрастное лицо фарфоровой куклы к толпе и взмахнула рукой с зажатым в ней веером.
Полудюжина метательных ножей прошелестела в воздухе, глубоко вонзаясь в прикрытые ковром деревянные доски пола, у самых ног ещё "безусого" парня-новика, что ринулся к телу погибшего.
— Это мой отец! Так нельзя! — крикнул новик, но благоразумно не стал приближаться.
— Заберёшь его тело, когда всё закончится. — равнодушно отрезала китаянка.
— Прекратите это безобразие! — наконец-то "отмёрз" новый глава Артели. — Вам нужен этот человек? Забирайте япошку и проваливайте отсюда! У нас нет никаких дого…
В зале, один за другим прогремели три выстрела. Глава Промысловых Артелей пошатнулся, выронил из ослабевших пальцев нож и медленно завалился на спину. Первые две "кровавые пули" пробили его "доспех духа", а третья продела аккуратную дырочку в его переносице. Заложник-японец остался недвижим, только глаза прикрыл, чтобы не видеть что будет происходить дальше. Ему было слегка не по себе.
— Место главаря Промысловых Артелей вакантно. Объявляется конкурс! — сдув дымок, поднимающийся из дула, Алекса раскрутила револьвер на пальце и, используя его ствол, словно указку, ткнула им в первого попавшегося артельщика: — Вот ты! Хочешь быть главным?
Выбранный ей тип обладал крысиными чертами лица, носил шипастую кожанку и не отличался высоким уровнем интеллекта. Разочарованно выдохнув, Алекса подождала вразумительного ответа, выстрелила идиоту в ногу и снова начала выбирать.
Считалочкой. Под аккомпанемент воплей раненого.
— На золотом крыльце сидели…
"Артельщики" начали бледнеть — каждое слово считалочки сопрождалось тычком дымящегося ствола, а скачущие по залу пятнышки ЛЦУ устроили лазерную дискотеку, намекая, что отступать некуда.
— Царь, царевич… Король, королевич… Сапожник, портной…
— Прекратите этот цирк! — негодующе воскликнул один из казацких старшин, смело шагая под дуло револьвера. — Я буду старшим! ПоддЕржите, братья?!
"Артельщики" согласно загомонили. Это был один из настоящих лидеров и его искренне поддержали многие.
Мэйли заинтересованно осмотрела старшину и что-то шепнула Алексе. Вампирша согласно кивнула.
— Тогда убей этого человека.
Ствол револьвера указал на заложника-японца. Тот немедленно раскрыл глаза и предупреждающе воскликнул:
— Меня нельзя убивать! Убьёте меня — клан Такэда объявит вам войну!
Старшина задумчиво рассматривал резидента. Но недолго. Выхваченная им сабля коротко свистнула.
Японец зашатался и неверяще поднёс руки к рассечённому горлу, глядя на то, как старшина привычным движением стряхивает капли крови с изогнутого клинка. И упал.
 
— Как звать тебя, новый главарь Промысловых Артелей? — хрустальным колокольчиком прозвенел голос Мэйли.
— Котов. Ратмир Котов. — рассеяно поговорил старшина, рассматривая труп в расползающейся луже крови.
— Долгие лета, Ратмир. Король умер! Да здравствует король! — иронично воскликнула Алекса. — Наша семья рада, что ты выбрал правильную сторону.
Старшина какое-то время молчал, прежде чем опустился на одно колено и, поцеловав клинок сабли, преподнёс её Алексе на вытянутых руках…
* * *
Впечатление от рассказа дедушки вышло неоднозначным. Некоторые моменты откровенно позабавили — вряд-ли ещё кто-то мог бы похвастать, что смог запугать моего Клинка сладостями. Согласие внутри семьи и вовсе меня только радовало. А вот самоуправство…
— Они мне так всех крыс распугают!
— Кровожадные они у тебя, внук. А ещё коварные, жестокие и расчётливые… — дух перечислял качества моих жён с нескрываемым удовольствием, — …и что важнее всего — готовы вцепиться в горло каждому, кто осмелится угрожать благополучию рода. Приятно осознавать, что мой внук знает толк в женщинах и сделал столь правильный выбор!
— Ты ими восхищаешься?! Как по мне, обе заслужили хорошую порку! — с сомнением произнёс я, стараясь не раздуваться от гордости.
— Прекрасная идея. Порка имеет столь благотворное влияние! Рекомендую претворить эти планы в жизнь как можно скорее. Но перед этим я всё таки преподам тебе пару уроков ширубари!
— Деда! — укоризненно воскликнул я, едва сдерживая смех. — Ты опять сводишь всё к одному. Так нельзя!
— Связанная женщина — это красиво и эстетично. И ещё она не может убежать! — попытался оправдаться дух, но не сдержался и захохотал.
Наше веселье продолжалось недолго. У центрального входа в юрту замаячила неясная тень и послышалось деликатное покашливание.
— Надзиратель твой заявился. — подсказал дедушка, уловив мои размышления о том, кто же мог заявиться ко мне в гости.
— Еремей! Заходи, не маячь! Подождём дорогих гостей вместе.
Блюдо с набившей оскомину клюквой сменилось чашей полной чищеных кедровых орешков. Опричник не стал разводить политесы и вошёл, без лишнего стеснения занимая место на помосте слева от меня.
— Китайцы пересекли реку. Трое, как ты и говорил. Уже поднимаются. — поделился он новостями, закидывая горсточку орешков в рот. Парень выглядел свежим и отдохнувшим. Наёмники одолжили ему комплект однотонной военной формы без знаков различия, контрастирующий с его румяной физиономией. Выглядел он в нём немного странно — как оторванный от сохи пахарь, только что призванный в армию — чересчур добродушно и даже слегка придурковато. Отличная маскировка.
— Твоя основная задача — слушать и кивать, если потребуется. И постарайся не удивляться, чтобы ты не услышал и как бы странно это не прозвучало.
— Ожидаешь сложностей? — спросил Еремей. — Или это тоже часть плана?
— Сложности неизбежны. Это ж политика! — назидательно произнёс я. — Пессимизм и свойственная русской ментальности мрачность наверняка нарисовали тебе безрадостную картину предстоящих переговоров. Я прав?
— Не без этого.
— Несоответствие ожиданий может вызвать сильную эмоциональную реакцию. И это навредит. Постарайся держать себя в руках, ладно?
Опричник расстроенно вздохнул и пожаловался:
— И здесь запреты. Всегда так! А ведь я искренне рассчитывал поапплодировать твоему убийце. Даже бумажку с ручкой прихватил — автограф на память никогда не помешает. Внукам буду показывать!
 
Мне нравилось его чувство юмора. Тихонько посмеиваясь, я хлопнул опричника по плечу:
— Так и знал, что сработаемся! Наберись терпения, дьяк, осталось уже недолго.
В подтверждение моих слов снаружи, перекликаясь между собой, затрубили охотничьи рожки. Прибыли гости…
Дипломатическую миссию Тёмных Кланов никто не встречал. Казалось бы, признак неуважения, но в этом случае этот нюанс был прописан в договоре как непременное условие со стороны гостей. Параноики. В качестве жеста вежливости, переговорщикам указали путь — от реки, вверх, размашистым зигзагом уходила нахоженная тропа. Чтобы гости не заблудились, тропу дополнительно обозначили столбами резных тотемов, с прибитыми к ним небрежно ободранными черепами и значками банды казнённых хунхузов. В конце пути дипломатическую миссию ожидала просторная юрта из чёрного войлока, украшенная яркими праздничными лентами.