Выбор (СИ)

Глаза графини побагровели. Она издала гневный вопль и устремилась к брату. Они схлестнулись в жестокой схватке. Вениамин намеревался саблей снести сестре голову, но он уступал ей в проворстве, и Агата отражала все удары. Вампиры, воодушевлённые таким примером, вновь кинулись на людей на этот раз с особенной злостью. Андрей пронзал колом врагов одного за другим, но не заметил приближение тощего кровососа. Дикая боль пронзила его тело чуть выше бедра. Музыкант с искажённым лицом обернулся и увидел перед собой ухмыляющуюся оскаленную рожу. Вампир рукой пробил ему правый бок пониже рёбер. Кровь хлынула из раны. От её запаха монстры просто обезумели. Лида подскочила к Волкову и нанесла напавшему на него вампиру удар серебряным ножом. Груда пепла почти сразу покрыла каменную поверхность. Андрей начал оседать на пол, его рана оказалась глубокой.
За окном небо посерело. Солнце вот-вот должно было показаться из-за горизонта.
— Быстрее! — прокричала Агата, отбиваясь от Вениамина, — демон должен вкусить человеческой крови до рассвета, чтобы не бояться солнечного света! Вместе с ним мы обретём свободу от солнца!
Вампиры бросились на Андрея, но Лида, Георгий и Кристина яростно защищали его. Вениамин, увернувшись от сестры, спрыгнул вниз и оказался рядом с чудовищем. Он крепко сжимал в руке саблю. Глаза демона разгорались всё ярче. В его руке вдруг начал концентрироваться дым, постепенно приобретая контуры меча. И вот в руках у чудовища оказалось грозное оружие. Тем временем первые лучи солнца стали проникать в зал. Белая кожа Вениамина чуть заметно задымилась. Он почувствовал жжение по всей поверхности своего оголённого торса, на руках, шее и лице. Граф, окинув взглядом родной особняк и мысленно попрощавшись с жизнью, кинулся в атаку. Оружие противников заскрежетало. Демон оказался сильнее своего соперника, но графом двигала отвага и желание спасти Кристину да и всех людей. Он, получая чудовищные удары, падал, но каждый раз вскакивал и вновь кидался на врага. Битва была настолько жаркой, что все: и вампиры, и люди, прекратив сражаться, уставились в центр зала. За окном рассвело, но в особняке всё ещё царил полумрак. Вампиры попятились от окон. Получив очередной мощный удар, Вениамин выронил саблю из рук, упал и не смог подняться. Он лежал подле окна, лучи света жгли его кожу. Монстр приблизился к нему, намереваясь прикончить. Когда демон занёс над Вениамином свой меч, вампир, собрав остатки сил, неожиданно всклочил и бросился в объятия врага. Он изо всех сил, вцепившись в соперника, толкнул его в сторону окна. И демон, и вампир пролетели сквозь оконный проём и упали сверкающий от солнца свежевыпавший снег. Оба неприятеля мгновенно вспыхнули, озарённые убийственным для них светилом. Вениамин закричал от нестерпимой боли. Он видел, как его руки, сжимающие противника, обуглились. Сознание покинуло его. Демон крови забился в конвульсиях, сгорая вместе со своим врагом. Они горели, сцепившись мёртвой хваткой друг в друга.
Ужасные крики стали раздаваться из особняка. Это вампиров, участвующих в колдовском обряде, постигла таже участь, что и их господина. Они вспыхивали один за другим, даже те, что прятались в тени. Агата с ужасом наблюдала, как её армия обращается в пепел. Она захотела укрыться в тёмном подземелье, но Георгий преградил ей путь.
— Куда это ты собралась, дорогуша? — ехидно поинтересовался он, занеся над ней руку с осиновым колом. Но удар нанести он не успел. Агата внезапно дико закричала, а в следующую секунду её кожа вспыхнула ярким пламенем. Она заметалась по залу, не желая умирать, но судьба её была уже решена. Вместе с ней сгорало зло, сгорали её чаяния и самонадеянность, её гордыня. Вскоре от этой мерзкой твари осталась лишь горсть пепла.
— Ну вот, что и требовалось доказать, — усмехнулся Святославский, пнув кучку пепла ногой, — сколько верёвочки не виться, а всё ж конец неизбежен. Любые злодеи умирают, даже самые непобедимые.
Его торжествующие рассуждения прервал стон Андрея. Бедняга лежал на полу. Лида уже была рядом и пыталась перевязать кровоточащую рану. Музыкант был необычайно бледен, пот холодными каплями выступил на лбу. Губы его дрожали.
 
— Похоже, я отбегался… — прохрипел он.
— Нет! — плача, возразила Лида.
— Держись, приятель! Сейчас я вызову скорую! — торопливо проговорил Георгий. Лида! Дай мне телефон! Мой, по-моему, разбит!
Стрельцова тут же выполнила просьбу охотника, и тот принялся звонить в экстренные службы.
— Андрей, пожалуйста, не умирай! — умаляла Лида. — Проси чего хочешь, только живи!
— Чего хочу? — слабо улыбнулся музыкант. — Я хотел бы прожить всю жизнь с тобой… да только, видать, слишком короткая она оказалась для этого. Я полюбил тебя, Лида…Ты та самая звезда, которую я так долго ждал…
Говорить ему становилось всё труднее. Лида бессильно разрыдалась, потом в порыве чувств наклонилась к раненому и поцеловала его в губы.
— Поцелуй прекрасной дамы… — чуть слышно прошептал Андрей, — жаль, что мы не в сказке, иначе бы поцелуй вернул меня к жизни…
— Андрей! — в отчаянии закричала Лида, — если ты выживешь, я обещаю, что стану твоей женой! Мы соединим наши судьбы раз и навсегда!
— Это очень заманчивое предложение… — Андрей говорил уже очень тихо, и Лида вынуждена была прильнуть ухом к его губам, — но вынужден его отклонить… по причине ухода из этого мира…
Он не договорил, потеряв сознание.
— Андрей! — тормошила его Лида, рыдая. — Андрей! Очнись! Слышишь?
Но он уже не отвечал ей.
В это время Георгий уже вызвал скорую и оставалось ожидать помощи. Охотник подошёл к Кристине. Девушка, убитая горем, сидела на полу в оцепенении. Её стеклянный взгляд был неподвижен. Все слёзы кончились и опухшие и покрасневшие веки придавали несчастной болезненный вид.
— Кристина, мне очень жаль, — тихо произнёс Георгий, — таков был его выбор, и он поступил правильно. Мы никогда не забудем о нём.
Кристина не отвечала. Охотник, вздохнув, отошёл от неё. Он вышел из здания и решил осмотреть то место, где погиб Вениамин вместе со своим демоническим противником. Он удивился, обнаружив обугленную фигуру, не сгоревшую до тла. Фигура имела человеческие очертания, и охотник решил, что это труп Вениамина.
— Надо будет похоронить его с почестями, — буркнул мужчина.
Вдруг чёрная фигура зашевелилась и издала слабый стон. Святославский застыл в недоумении, полагая, что ему причудилось. Но вот опять труп зашевелился и застонал, а потом с него стал отваливаться запёкшийся угольно-чёрный слой, словно штукатурка с потолка.
— Эй! Кристина! — закричал изо всех сил Георгий. — Здесь что-то происходит! Иди сюда!
Девушка не сразу показалась на пороге старинного особняка. Она скорее механически исполнила просьбу охотника, чем была заинтересована окружающей её действительностью. Но заметив, что человеческая фигура шевелится да ещё освобождается от обугленного слоя, она тут же подбежала к Георгию. Они стояли и не верили своим глазам. Фигура всё больше освобождалась от нагара. Вот уже видна светлая перепачканная кожа, вот чёрная шевелюра.
— Вениамин! — воскликнула девушка и, подбежав к возлюбленному, принялась помогать ему освобождаться от обгорелой коросты.
— Я ничего не понимаю, — потрясённо бормотал Георгий, — ты же сгорел?
Он рассматривал полуживого графа, как небывалую диковинку. Вениамин уже полностью освободился от гари и теперь обнажённый трясся на заснеженной земле.
— Ему нужна одежда, — сказала взволнованно Кристина, — ему холодно.
— Холодно? — ещё больше удивился Георгий, — но вампирам не бывает холодно… тебе действительно холодно?
— Да, — простонал Вениамин, стуча зубами, — давно забытое ощущение.
Георгий скинул с себя куртку и накинул её на плечи графа. Затем он принялся внимательно вглядываться в его лицо.
— Глаза! — почти взвизгнул охотник. — Твои глаза!
— Что с ними? — испугался граф.
— Они поменяли цвет! Они больше не голубые!
— А какие же?