Выбор (СИ)

— Но я полагала, что мы будем неоспоримыми хозяевами ночи, — с досадой в голосе проговорила Агата, — разве не так?
— Не так, — ухмыльнулась ведьма, — взамен вечной жизни, вы вынуждены будете платить зело большую цену. Удел ваш — трепетать при мысли об охотниках. Это плата за ваш выбор.
— Так ты обманула меня! — вознегодовала графиня, — ты ничего подобного не говорила раньше!
— Скажи слова благодарности за то, что я предупреждаю вас сейчас! — сверкнув чёрными глазами, ответила ведьма.
— Я понял — вы обе умалишённые, — нервно засмеялся Вениамин, который был на грани помешательства от всего произошедшего, — Агата, эта чертовка заколдовала тебя! Поспешим домой.
В кустах кто-то шевельнулся. Запах живой плоти вонзился в ноздри новоявленным вампирам. Вениамин удивился резко возникшему острому обонянию. Он понял, что рядом бродит лесной олень. Принюхавшись, граф безошибочно определил местонахождение животного.
— Я вижу, в ваших телах начинает проявляться вампирская сущность, назидательным тоном промолвила ведьма. — Убейте животное! Выпейте его жизнь!
Агата подняла на колдунью взгляд. Глаза девушки покраснели, рот приоткрылся и длинные клыки блеснули в темноте. Вениамин в ужасе отшатнулся от сестры. «Вампир! Она вампир!» — застучало у него в голове, — «Бежать от этого кошмара!» И как ни тяжело графу было заставить двигаться измученное своё тело, он пустился бежать, спотыкаясь, падая, вновь вставая.
— Пусть бежит, — небрежно буркнула ведьма, — ему надобно время, дабы понять, кто он теперь и принять своё новое естество. А ты, милочка, гораздо быстрее освоишься. Вперёд, дитя ночи! Добыча ждёт тебя!
Агата ринулась в заросли и помчалась за убегающим оленем, быстро нагоняя его.
Вениамин, устав бежать, торопливо шёл сквозь ночной лес. Страх подгонял его. Он стремился домой к отцу, в надёжные стены особняка, ставшего таким родным за годы взросления. Вот уже и деревня видна. Вот знакомый заросший пруд. Жажда! Он захотел пить да так, как никогда прежде. Глотка его, казалось, разорвётся, если не утолить эту потребность. Юноша, зайдя по колено в воду, жадно припал к воде. Неожиданно он почувствовал омерзение и боль и выплюнул воду. Осторожно попробовал ещё сделать глоток, но не смог! Вода обжигала ему дёсны, язык и глотку. Граф ошарашенно отступил на берег и повалился на землю, рыдая и ужасаясь чудовищным переменам в своём теле. Неподалёку замычала отставшая накануне вечером от стада корова. Вениамин замер. В разум его пришло осознание того, что он чувствует в себе желание вцепиться зубами в шею животного. И желание это оказалось непреодолимым. Подгоняемый теперь не страхом, а новым странным чувством, он подкрался к несчастному животному и совершил стремительный прыжок. Тьму огласил рёв коровы, в котором слышались и боль, и ужас. Тучи на небе разошлись, обнажив звёздное убранство небосклона. Выползла из-за облака бледная луна и равнодушно осветила землю. В темноте сверкнули два красных глаза, а на земле лежала убитая корова.
  
Глава 8.Особняк
 
Из одного гаража на окраине Москвы доносился неимоверный грохот, слышна была барабанная дробь, временами подавала голос бас-гитара. Охранник, следивший за тем, чтобы в гаражное царство не проникали злоумышленники, неодобрительно покачал головой. Временами он подходил к гаражу и стучался, но шум не прекращался. Когда же наконец всё стихло, охранник постучал вновь.
— Андрюха! Прекращайте свою какофонию! — прокричал он, нервно разглаживая седые усы.
Из-за двери послышался невнятный ответ. Потом дверь распахнулась и из гаража вышел молодой мужчина с взъерошенной каштановой шевелюрой и лёгкой небритостью на лице. Светло-коричневые глаза светились весельем.
— Андрей, хватит на сегодня, а? — умоляюще посмотрел на него охранник.
— Дядь Лёнь, у нас выступление скоро, репетируем, — ответил Андрей, поправив чёрную футболку с пиратским знаком на груди, — ты же в курсе, что из своего гаража я сделал студию и мы здесь и репетируем, и записи делаем.
 
— Да я всё понимаю, Андрюх, только многим соседям не нравится такой балаган, — не унимался охранник, — жалуются на шум.
— Кому не нравится? — поразился музыкант. — Машинам? Ведь здесь только машины наши соседи, а они, как известно, равнодушны к искусству.
— Андрей, я сказал, на сегодня завязывайте и точка! — голос охранника приобрёл жёсткость.
— Да не парься ты, дядь Лёнь, — хохотнул рок-исполнитель и дружески хлопнул Леонида по плечу, — мы закончили на сегодня. Хочешь, на концерт пригласим? Группа «Созвездие». Выступаем под открытом небом в нашем городском парке.
— Да не знаю я, — отозвался Леонид, — жена не пустит.
Дружный хохот раздался из гаража. Это смеялись над последней репликой охранника музыканты группы «Созвездие».
— А что вы ржёте, мужики? — возмутился охранник. — Вот женитесь, посмотрю я на вас!
— Ладно, дядь Лёнь, расслабься. Мы на сегодня закончили, — успокоил его Андрей.
Охранник, что-то ворча, направился к посту охраны.
Андрей зашёл обратно в гараж, снял с гвоздя, вбитого в стену, чёрную косуху и заявил:
— Парни! Мы сегодня классно отыграли! Ну а про свой золотой вокал я вообще молчу. Дай Бог, так же выступим и на сцене!
Его друзья заулыбались, но потом полноватый человек, барабанщик группы, спрятал улыбку.
— Слушай, Андрюха, разговор есть серьёзный, — сказал он.
— Димыч, не начинай, — отозвался Андрей, — у меня слишком хорошее настроение, чтобы слушать ваше нытьё.
— А мы тебе тут не ныть собрались, а дело говорить, — поддержал барабанщика долговязый и лохматый Глеб, бас-гитарист, — ещё раз хотим воззвать к твоему разуму.
— Говорите прямо, чем вы не довольны? — потребовал Андрей.
— Чем мы не довольны? — возмутился юноша в очках, играющий на клавишах, — да как будто ты не знаешь!
— Действительно, Саня прав, — подхватил Дима, — почему бы тебе, Андрей, не поступиться хоть раз своими принципами? Или ты хочешь всю жизнь в гараже репетировать?
— Вы опять за своё! — хорошее настроение Андрея улетучилось, — я уже всё сказал!
— Да не горячись ты так, — уговаривал друга Глеб, поглаживая свою бас-гитару, — мы ж тебе дело предлагаем. Выслушай нас ещё раз.
— С какой стати мне слушать этот бред? — возмутился вокалист.
— А с такой, — отозвался клавишник Саня, — вчера опять звонил продюсер Александра Царёва и вновь сделал выгодное предложение. Он настаивает на совместном выступлении Царёва и нашей группы. Это наш шанс, Андрюха! Популярность Царёва зашкаливает, а мы пока ещё не раскрученная группа. Если мы будем выступать с Царёвым, дела наши пойдут в гору. Очень быстро группа «Созвездие» станет известной. Подумай, какие перспективы! У нас будет своя студия…
— Стоп! — грубо прервал восторженную речь клавишника Андрей. — Я всё это уже слышал в прошлый раз.
— Но до тебя похоже не доходит то, что мы говорим, — разозлившись процедил Дима.
— Нет! — возразил Андрей, нервно теребя и без того взъерошенные волосы. — Я ещё раз заявляю: я не буду выступать вместе с Царёвым ни за какие деньги и другие плюшки!
— Ну ты упрямый осёл! — взревел потерявший терпение Саня.
— Позволь уточнить, — сдерживая раздражение, обратился к вокалисту Глеб, — ты отказываешься выступать с Александром Царёвым только потому что этот певец отличается оригинальным сценическим образом?
— Сценическим образом! — заорал Андрей, — да он в женском платье на сцену выходит! Я даже не хочу говорить, как всё это называется!
— Ну подумаешь, имидж у человека такой, — примирительным тоном проговорил Дима.
— Ничего не подумаешь! — продолжал на повышенных тонах Андрей, — это неэстетично, безвкусно и аморально!
— Ой! Высокоморальный ты наш! — съязвил гитарист. — Ты свои-то грехи видишь? Алкоголик и дебошир хренов!
— Я? Я дебошир?! — с остервенением кричал Андрей.
— А то нет! — вставил Саня, — кто на фестивале в Питере затеял драку с музыкантами другой группы?