Вавилонские ночи (СИ)
— Oui, месье.
— И жареную картошку.
— Pardon?
— Жареную картошку, — повторил Спец. — А, черт, в жопу картошку, обойдусь. Просто принеси мне колу. — Он жестами показал, что пьет газировку. — Бульк-бульк-бульк. Кока-кола. Господи!
Официант записал заказанные блюда и исчез. Спец попытался усилием воли снизить подскочившее давление до безопасной отметки и тут обратил внимание на рассевшихся за соседним столиком студентов. Те посматривали в его сторону и ухмылялись. «Да провалитесь вы, гнусные французишки! Вся долбаная страна как сговорилась против меня». Студенты — две девушки и паренек, похожий на педика, — разговаривали по-французски. Одна из девушек, гладенькая такая, вдруг встала и подошла к нему.
— Гамбургер и так идет вместе с картошкой, — объяснила она. — Сыр все равно никогда не кладут, как бы вы ни просили, у них тут нет нужного сорта, а заморачиваться они не хотят. Котлета в гамбургере может оказаться сыроватой — они тут только так и едят, разве что признают в вас американца и пережарят котлету до состояния головешки. Так что будьте готовы.
— Вы говорите по-английски! — Спец был на седьмом небе от счастья.
— И официант говорит, если уж на то пошло.
— Так какого хрена…
— Да они тут все славные ребята. А вот вы вели себя по-хамски. Их тут приучают, что официант и клиент должны непременно обменяться всеми этими «доброе утро», «до свиданья», «пожалуйста», «спасибо» и все такое. И еще они любят, когда иностранец хотя бы пытается говорить на их языке. Кстати, вы откуда?
— Из Лос-Анджелеса.
— Вот вам бы понравилось, если бы каждое лето в ваш город вторгались тысячи и тысячи людей, не знающих по-английски ни слова?
— Милая, да вы, видно, в Лос-Анджелесе никогда не бывали. Из Америки?
— Я из Манчестера, штат Нью-Гэмпшир. Сюда приехала подтянуть французский.
— Меня Эдуардо зовут. А вас?
— Патси.
— Очень приятно, Патси. Ценю вашу помощь. Хоть я вовсе и не хамил.
— Хамили, хамили, — сказала она, сверкнула улыбкой и вернулась к своим друзьям.
Спец достал из кармана айпод и включил подборку арий в исполнении Паваротти. Время от времени он украдкой поглядывал на Патси и даже удостоился ответного взгляда.
ГЛАВА 9
Спец взял такси и поехал на восток, в Канны, на набережную Круазетт. Там он довольно долго прогуливался, оценивал виды, разглядывал прохожих. Выглядели все довольно деловито, но Спец ни разу не замечал, чтобы они по-настоящему были чем-то заняты. Надежда отыскать Перека в этой густой толчее (если он все еще в городе) начала потихоньку испаряться. Он хотел было поужинать в одном из местных ресторанов, но повсюду яблоку было негде упасть. Пришлось снова брать такси и ужинать в ближайшем к его отелю бистро. Потом Спец купил вина, пошел к себе в номер и выпил половину бутылки, наслаждаясь «Травиатой».
На следующий день, встав спозаранок, Спец снова пошел в кафе на углу. Воспользовавшись приобретенным накануне разговорником, он зачитал официанту, что желает кофе «американо» и яичницу. Oeufs brouille. Ну и язык, ни черта не выговоришь! Он медленно прихлебывал кофе. Швы еще немного чесались, и Спец, чтобы не допустить панической атаки, старательно отгонял от себя картинки печального будущего, которое его ждет, если он вернется без денег и попадет в лапы цепных псов Локателли. Требовалось разработать четкую систему поисков долбаного коротышки, но в голову как назло ничего не лезло. Принесли яичницу — яйца оказались клеклые и недожаренные, а вместо тоста прилагались ломтики багета. теперь понятно, почему в здешних «Макдоналдсах» такие очереди. Эти люди даже яйца толком приготовить не умеют, что уж говорить об их месте в мировой расстановке сил.
Снова появилась вчерашняя девушка, на сей раз одна. Не обратив внимания на Спеца, она уселась за столик в глубине зала и что-то заказала на беглом лягушачьем. Потом открыла ноутбук, пальцы затанцевали по клавиатуре. Спец решил подойти.
— Можно угостить вас кофе?
— У меня уже есть, спасибо.
— Понимаете, предложив угостить вас кофе, я не думал, что вы поймете это буквально. Я скорее имел в виду: не возражаете, если я составлю вам компанию?
— Зачем?
Спец окинул ее удивленным взглядом.
— Только не говорите мне, что вы из тех, кто, оказавшись за границей, изо всех сил делает вид, что он не американец.
— Это как раз про меня.
— Вы меня невзлюбили.
— Да я вас почти не знаю, поэтому у меня пока нет причин любить вас или не любить. Но могут появиться.
— Так позвольте мне сесть, и у вас появится шанс составить мнение.
— Да ничего, вы и стоя вполне можете начать меня бесить.
— Но ведь за доброй порцией «ифс» [64] это было бы куда удобнее.
— «Эфс», — поправила она, произнеся первый звук как нечто среднее между «э» и «о».
— Что?
— Примерно так это произносится.
— Не язык, а хрен знает что, правда?
Спец сходил к своему столику и вернулся с яичницей и кофе. Потом подозвал официанта и заказал еще одну яичницу — для дамы.
— В компании-то куда как веселее, — сказал Спец девушке.
— Да уж, — сказала она. — Что вам нужно?
— А кто сказал, будто мне что-то нужно?
— Ну вы же ходите за мной по пятам.
— Вот уж нет. Вовсе я за вами не хожу.
— Тогда что вам нужно?
— Ну ладно, допустим, я хочу слегка за вами приударить.
— Зря теряете время.
— Почему?
— Я фригидна. По-моему, люди склонны переоценивать значение секса. Я пытаюсь направить свою энергию в другие русла. Чтобы быть выше всей этой постельной возни.
— Ничего себе. — Спец покачал головой и улыбнулся.
— Что не так?
— Обычно такую ахинею несут только старики, которым никакого секса уже не светит, и малолетки, которые еще не пробовали.
Девушка залилась краской.
— Я не собираюсь обсуждать с вами свою интимную жизнь.
— А почему бы и нет? Неужели у вас есть занятие поинтереснее?
— Почему бы вам просто не забрать свои «ифс» и не вернуться за свой столик? — предложила девушка.
— Понять не могу: вы ведь такая симпатичная. Совсем не похожи на лесбиянку.
— Вообще-то вас это совершенно не касается, но я не лесбиянка. И приберегите свои комплименты для тех, кто на такое клюет.
— Но вы действительно красотка.
— Вот уж нет. У меня десять килограммов лишнего веса, кривые зубы, волосы как проволока, и стоит мне только снять очки, как вы превратитесь в бесформенный кусок желе. Немножко не те качества, от которых мужики теряют голову.
— У вас потрясающее тело, если мне будет позволено так выразиться.
— Не будет позволено. Мы ведь даже незнакомы. Ваши слова оскорбительны и ставят меня на один уровень со свиной грудинкой.
— Ваша беда в том, что вы ни черта не смыслите в мужчинах. Так откуда ж вам знать, что им нравится?
— Мне об этом рассказывали, причем довольно часто.
— Да полная хрень это все, — возразил Спец. — Люди сами понятия не имеют, чего хотят, пока не столкнутся с этим нос к носу. Допустим, мужчина трубит направо и налево, что мечтал бы трахнуть Мэрилин Монро, хотя прекрасно знает, что никогда этого не будет и что к Монро ему и на пушечный выстрел не подобраться. Но должен же он о чем-то трепаться, вот они все об этом и треплются. А встреть он цыпочку погрудастее, хоть явно и не королеву красоты, так ему большего и не надо, лишь бы только она была не прочь его ублажить. Если выбор стоит так: оседлать эту телочку или пойти домой и погонять шкурку, он в ста процентах случаев проголосует за телочку. Уж можете мне поверить.
— В ваших устах это звучит так романтично…
— Погонишься за романтикой, — сказал Спец, — и глазом не успеешь моргнуть, как окажешься без гроша и в дерьме. Секс с романтикой не уживутся. На этом все и прокалываются. И тому, и другому свое время и место, нужно только не путать одно с другим, и все дела.