В городе жестоких людей (СИ)

— За словами следи! Ага? Разоралась. Тебе что, жаль? Ты живешь на всём нашем — я ведь молчу, а тут проблему раздула. Кир, — пихнула парня в плечо, — просыпайся.
Ксюша захлопнула дверь. С*чка.
— Эй, — повернулась к спящей на диване парочке, брезгливо рванув одеяло, — а ну-ка просыпайтесь!
— Ты кто такая? — пробубнел парень, уставившись на неё красными глазами. — Еб*н*тая…
— Народ, подрывайтесь, — к ним заглянула Дашка и, задев Ксюшу плечом, вышла на балкон, впустив в комнату обезумевшего Снежка. — Скоро мамка нагрянет. Пора закругляться.
— Бл*дь, Даш, в такую рань?
— Давайте, давайте. И Кира с собой прихватите, а то он до сих пор бухой.
От подобного пренебрежения Ксюшу не то, что порвало, её разнесло в клочья. Хорошо, что есть запасной комплект. Не дожидаясь, пока повыметаются дружалики, остервенело сорвала наволочки с пододеяльником, и едва не вырвала, коснувшись пальцами вязкой субстанции. Тут даже думать не о чем. Конечная точка — мусорное ведро.
— Больная, что ли? Зачем выбрасывать? — с веником в руках Дашка в спешке сметала следы недавних гостей.
На полном игноре, Ксюша обошла её и вернулась в комнату. По-нормальному, могла и спасибо сказать, что разбудила.
Пока меняла постельное белье, немного успокоилась. Это как вообще называется? Ладно комната, но всё остальное… Стало обидно. Просто до слёз. Яблочек им? Ага. Хрена с два. Завтра же подойдет к куратору и попросит подсобить с комнатой в общаге.
— Ксюх, ты ведь понимаешь, что мама не должна узнать, — сестра закончила собирать бутылки в мусорный пакет и протянула полиэтилен Ксюше. — У себя в комнате сама приберешь, окей?
Аврахова недоуменно уставилась на него, начиная догадываться, чего от неё хотят.
— Ты охренела? С какого перепугу я должна убирать за твоими друзьями?
— А с такого, что скоро придет мама и застанет в зале бардак. А кто у нас тут живет?
Ксюша задохнулась от возмущения. Дашка ехидно ухмыльнулась и, выкатив из ниши пылесос, размотала шнур.
— Заодно и пропылесосишь. Всё равно бы пришлось. Так что не стой истуканом.
Пришлось подавить в себе нарастающее раздражение, понимая, что по любому придется прибраться. Поведение Ивановой удивило не то слово. Знала, что можно ожидать чего угодно, но такого… Как сказала бы бабушка: «С этого нужно вынести урок».
Рванула на себя пакет и, не сказав ни слова, принялась за уборку.
Снежок взобрался на подоконник и насторожено наблюдал за происходящим.
— Ксюх, будь попроще, — прошла Дашка мимо, направляясь к себе в комнату. — Не все такие зануды, как ты.
— Я не зануда, Даш. — Хотела молчать и дальше, но последнее определение задело. — Ладно, пригласила друзей. Оторвались. Твое жилье. Твое право. Мне не в лом помочь прибраться. Сегодня я тебе помогу, завтра — ты мне. Но с постелью… ты перегнула. Мало того, взяла чужое без спроса.
— А чье брать? Мамка бы сразу выкупила? Знаешь, что бы потом было?
— А это уже твои проблемы, — холодно посмотрела в ореховые глаза. — Не мои.
Иванова первой опустила глаза, хмыкнув. Вот и всё. Несчастные остатки дружбы канули в лету. Слишком они разные, чтобы мирно существовать в одной квартире.
Спустя час зала блестела и сверкала чистотой. Даже пыль на верхних полках пришлось протереть. Так сказать, одним махом. В обед сентябрьское солнце прижарило капитально, позволяя распахнуть все окна.
С Дашкой не разговаривала. И так едва сдерживалась. Пускай сама готовит обед, раз такая умная, а она лучше подготовится к семинару по философии.
В коридоре красовался огромный мусорный пакет. Судя по тому, что Дашка так и не показалась из комнаты, выносить придется ей. Хорошо. Не вопрос. Всё равно хотела прогуляться.
Выбросив отходы в бак, ещё раз набрала Дениса. Снова автоответчик. Почувствовала, как панической волной окатило сердце, заставив присесть на ближайшую лавочку. А если Антон был прав? Стоило соглашаться на обмен. Дура! Какая же она дура. Чего добилась? Ритке похрен, всё равно на платном, а вот ей есть отчего занервничать.
Злясь на себя за наивность, дождалась сигнала автоответчика и записала такое голосовое сообщение, что мама не горюй. Было всё равно, что сорвалась и нагрубила. Всему есть предел и её терпению особенно.
   
Глава 5
 
Не жалел Денис, что пришлось отлучиться на шесть дней. Много чего полезного и стоящего вынес. Прежде всего — знакомства. Их так просто не заведёшь на ровном месте. Даже по рекомендациям отца. Хорошо, если поведутся только на фамилию, а дальше? Денис — не отец и этим всё сказано. Чтобы доказать, что ты тоже на что-то способен, пришлось проехать полстраны. Зато какой результат? Сам от себя не ожидал.
Первое, что сделал, переступив порог съемной квартиры, принял душ. Долго вымывался, стирая следы не только пота, но и колоссального напряжения. Это вам не диваны таскать с этажа на этаж. Это такой груз, за который в любой момент — не дай бог, конечно — могли и шею свернуть.
Легкие деньги. Бывают ли они таковыми? Не для Дениса. Он знал цену каждой заработанной копейке. И если на этот раз всё обошлось относительно гладко — это не значит, что дальше пойдет так же. Из-за постоянного стресса устал больше чем, если бы поднялся на высотку без лифта с тяжеленной ношей. Тут стоило выбирать, чего хочешь в итоге и Денис выбрал: сам положил конец испытательному сроку, перейдя на следующий этап. Батя часто говорил: «Хочешь, чтобы работу сделали хорошо — сделай её сам». И он сделал. Уже давно всё решил. Пути назад не было.
Контрастный душ привел в чувство. Пора бы уже привыкнуть к подобному состоянию, а ещё не мешало бы научиться перестраиваться. Только для избранных он был доверенным Леонида Ходакова, в миру же… в миру он просто сын бизнесмена, прогуливающий пары и плюющий на собственное будущее.
Обмотав бёдра полотенцем, растянулся на огромной кровати, уставившись в потолок. Вспомнил недавний разговор с отцом, и то, чем он закончился. У Леонида на него были грандиозные планы. Прямо таки Наполеоновские. И Кристина чуть ли руки не потирала от предвкушения. Ещё бы… Наконец Антона оставят в покое. Теперь он с полной уверенностью сможет перебраться в кресло заместителя и в ус не дуть.
Сам Денис не видел себя в офисе, скрюченным за стопками бумаг. Не его это. И Леонид сказал тоже самое. У Дениса был холодный расчётливый ум и умение анализироваться ситуацию. У Антона — грандиозное терпение и умение добиваться поставленной цели путем переговоров. Ден не всегда придерживался дипломатии. Иногда силовой натиск был доходчивей любых дискуссий. Ещё с тринадцати лет это понял. Улицы, заброшенные здания, подворотни, драки с соседскими мальчишками — вот его школа. Жизненное пособие. Тут тебе и дипломатия, и физические навыки и скорость мышления. Всё приходилось применять, чтобы не угодить в детскую комнату милиции.
Пока Леонид не вышел на него, его жизненные устои настолько укоренились, что ни одна школа и не один университет не заставили переосмыслить прожитое. Да он и не хотел. Не хотел подстраиваться под общество, забывая заученные уроки. Ни за что. Никогда.
— Теперь ты просто обязан быть под рукой, — сказал отец во время их разговора. — Я хочу, чтобы ты принял от меня вот это.
Денис уставился на серебристый металл, догадываясь, отчего он, и ответил как можно спокойней:
— Я и так на связи в любое время. Не настаивай. Не приму. Мне чужого не надо.
Ходаков упёрто всучил ключи, не показывая, как задело за живое пренебрежение первенца.
— Вообще-то это подарок на день рождения. Ты заслужил.
Денис присвистнул, рассматривая «подарок». До именин ещё три недели. Ничё так. Зная отцовский размах — она полностью упакованная.
— Двадцать пять лет — это не просто двойка с пятеркой. Это четверть века. Ты доказал, что не зря пользуешься моим доверием. Так что давай, не ломайся. Мой сын не будет жить на съемной квартире и точка.