В городе жестоких людей (СИ)

Ксюша остолбенела. Дашка сегодня рвала по всем фронтам. Спасибо? Денису?
— Ты о чем?
— Ой, Аврахова, какая на хрен разница. Если не в теме, то и дальше блаженствуй. А спасибо передай, чисто по-человечески. Я бы и сама это сделала, только где ж его искать. К нему на кривой козе не подъедешь. А ты с ним трешься, так что…
— Чего? Ты вообще офигела? Кто с кем трется? — похолодела Ксюша, невольно вспомнив предыдущую ночь.
— А что, нет? Зря… Я бы сразу с двумя замутила, тем более, что старший к тебе не равнодушен.
— Дура! Думай хотя бы что несешь.
— Ага. Интересно, как Антоша отреагировал на участие брата? Вещички твои забирает, морду бьет обидчикам, — продолжала гнуть свое Дашка, шокируя Ксюшу всё больше и больше. — Последнее, конечно, зачётно получилось. Отдубасил Шурика капитально. Прямо на моих глазах. А маман… полжизни потеряла. Самое настоящее эстетическое наслаждение. Может, теперь хоть глазенки свои протрет и поймет, что за козла притащила в дом.
Ксюша открыла рот, потом закрыла, а Дашка рассмеялась, упиваясь её неосведомленностью.
— Вот так, сестрёнка. Сразу двух парней закадрила. Один шпилит, другой — морды бьет. Впрягается на ровном месте. Слушай, а ты где ночевала? М? Не у Антона, это точно. Может, у брата его? Хочешь, шепну ему на ушко, какая ты дешёвка? — В какой-то момент её глаза опасно заблестели. Она такая, может. Только Ксюша не собиралась вестись на её угрозы. Не тот она человек. Но в глубине души что-то неприятно ёкнуло, взыграло на натянутых нервах.
— Валяй! — бросила с вызовом, невольно холодея внутри. — Хочу увидеть, как облажаешься. Тебе ведь мало увольнения, хочешь ещё и опозориться. Да и Денис, вряд ли поблагодарит, когда узнает, кто распускает слухи.
Сказала и победно улыбнулась — Дашка вздрогнула. Ага. Получи, фашист, гранату. Думала прижать её? Хренушки. Её будет топить — и сама потонет. Уж Ксюша постарается.
После того, как Иванова, не найдя что ответить, оставила её в покое, возобновила свой путь в направлении первого корпуса, именуемого в народе Копейкой. Но вместо пятнадцати минут ходьбы добиралась целый час. Это был тот случай, когда шаг вперёд — два назад. Несколько раз порывалась позвонить Денису. Приятно, конечно, что заступился, но блин… Уже и телефон для этого достала, но никак не могла решиться. Чтобы она сказала? Кинула претензии относительно вчерашнего? Так сама льнула ничуть не хуже. Это он молодец, вовремя остановился, а у неё потекла тормозная жидкость во всех смыслах. Пожурить пальцем, какой хулиган, всыпал обидевшему её козлу? Так за это спасибо надо сказать. И за то, что привез вещи. И за оплаченное такси и за молчание по сию минуту. Человек понял оплошность, и решил, что лучше не вспоминать об этом. А она всё мусолит и мусолит. Нее-е, никому она звонить не станет, а поблагодарит при случае, если он, конечно, когда-нибудь представится.
А вот Дашка… тут двоякие чувства. Что с*чка — это и так ясно. Нашла чем прижучить. Пускай только сунется. Ксюше и делать ничего не придется, Денис сам всё уладит. Видно же, что и самого напрягло вчерашнее. Вон как клемануло, аж с кровати вскочил, а потом и вовсе из дому ушел, насочиняв в три короба о неожиданно возникших делах и по-сути, не соврал. Только решал не свои дела, а её. А потом всё же пришел и, уломав её выпить таблетку, завалился спать. Рядом. В обнимку. Аа-а-а. Это вообще нормально? Нормально залипать на чужого парня, когда есть свой?..
В общежитие пришла слегка убитой. Эмоционально. Девочки, Лизка и Алка, уже были на месте, суетливо занимаясь готовкой обеда.
— Ксюш, можешь начистить картошки? — попросила Алла, довольно милая девушка с россыпью мелких веснушек на носу, — а то я не успеваю.
— Конечно, не вопрос, только переоденусь.
Её утренний визит соседки восприняли с особым энтузиазмом. Обрадовались. До этого с ними жила склочная особь, судя по их рассказам, Дашка номер два и Ксюша им искренне сочувствовала. Потом был чай и куда более глубокое знакомство, во время которого девочки рассказали о себе и перечислили правила общежития. Можно было бы говорить и говорить, но каждая боялась опоздать на занятия, так что дальнейшее общение перенесли на полдень.
 
Ксюша мысленно поблагодарила куратора за как нельзя кстати предоставленную вовремя комнату и спокойных, уравновешенных соседок.
Когда горячий суп был разлит по тарелкам, за столом возобновилось общение. Решили, что будут готовить по очереди. Нормально. Ксюшу таким не спугнешь. Убираться в комнате — тоже. А дальше всё было просто: уважай тех, кто живёт с тобой и тебя зауважают в ответ. Не шуметь, не включать громко музыку, когда все спят. Ну, это и так понятно. А дальше, живи как хочешь.
— Девочки, а как на счёт вахтерш? — поинтересовалась Ксюша, заранее разведывая ситуацию. — Есть тут нормальные? Я сегодня иду в кино, — объяснила свой вопрос сосредоточенной Алле, Лиза в этот момент разговаривала по телефону, — и хотела бы узнать, какие тут рамки дозволенного.
Кстати, соседки Ксюши были в курсе, с кем она встречается, и искренне удивились, что имея такого богатого парня, она заявилась жить в самую неприглядную общагу.
— Значит так, — начала рыженькая Алла, — Викторовна и Константиновна — мировые тетки. Отпустят, прикроют, подсобят. Ну, иногда попросят за это шоколадку. Я пару раз приходила в три часа ночи, то проблем не было. Только предупреждать надо, потому что потом подставишь и себя, и их. Тут часто ходят проверки, Ксюш. В прошлом году парень выбросился из четвёртного этажа или помогли ему выброситься — не понятно до сих пор, так что у нас на счёт этого серьёзно. Знаешь, что придется гульнуть — предупреди. А вот третья, Зойка, вот она та ещё стерва. Сдаст, подставит, накатает жалобу. Сегодня её смена, так что будь осторожна, иначе…
— Иначе будешь ночевать на улице, — присоединилась к разговору смуглая Лиза, отключив телефон. — Был у меня горький опыт. Хорошо, что подружка местная приютила. И это при том, что зима была на улице.
— Ужас, — выдохнула Ксюша, представив эту картину.
— А потом ещё пришлось объясняться перед куратором и умолять не выселять. Желающих ведь предостаточно. Сама видишь, проживание недорогое, условия — терпимые. Да, общага убитая во всех смыслах, но снимать комнату намного дороже. И ещё, Ксюш, — Лиза прошла к старенькому шкафу и достала из него небольшую масляную батарею, — видишь, что у нас имеется?
Аврахова понимающе кивнула. Не дура.
— По ночам включаем, греемся. Но это когда уже все в сборе. Утром прячем. Не дай Бог узнают. На ней и вещи можно сушить и обувь.
— Главное, когда рейды не попасться, — добавила Алла, собирая грязную посуду со стола.
— А рейды, это…
— Это старшекурсники, делающие обход и следящие за порядком в общежитиях. Что-то типа местного контроля. Придурки ещё те, — вздохнула Алла, помогая Ксюше нести на кухню тарелки.
Капец! Теперь понятно, почему в общежитиях такая большая текучка. Пока мыла посуду, набрала Антона и вкратце пересказала новости. Он только посмеялся с её страхов, заявив, что на сей счет она может не бояться, уж он заступится «за свою малышку». А напоследок удивил, намекнув, что на вечер у него есть сюрприз для неё. Какой? Всё потом, при встрече.
Застилая кровать новым постельным, думала о том, как легко и непринужденно влилась в общажный римт. Словно и не жила до этого у тётки. Да, было шумно. Кто-то слушал музыку, ничуть не заботясь, что она может кому-то мешать. Кто-то ржал на весь этаж, прикалываясь над другом. Кто-то громыхал кастрюлями, готовя студентские харчи. Это было государство в государстве: со своим президентом, законами, карательными органами, уставом. Тут было по-своему весёло, чувствовалась свобода, бесшабашность. Тут никто не лез в твою жизнь — и это самое главное преимущество, перекрывающее туалет в конце коридора и душ где-нибудь на задворках цивилизации.
***
То, что Антон купил места на галёрке — ничуть не удивило. Ожидаемо было. И то, что большую часть экшен-триллера пытался залезть ей под юбку — тоже. Однако, пускай и сидели на самом верху, и никто на них открыто не пялился, всё равно было не по себе. Уже тысячу раз пожалела, что не надела брюки.