Сладкое королевство (СИ)

Переворачиваю, мельком взглядывая на экран:
«Прости ещё раз, я пойму, если ты не захочешь мне больше видеть. Матвей. Это мой новый номер».
— Ну-ну, — жую губы.
— Что? — Ксюха смотрит на меня и явно не понимает, что со мной. — На работе что-то случилось?
— Н-нет... — откладываю трубку подальше. — Я уволилась, нет у меня больше работы.
— Вот это да, — растекается по столу, — и как ты теперь? Что делать будешь? Мать тебя живьём съест и не подавится.
— Понятия не имею, как я, — сажусь поближе к сестре и кладу голову ей на плечо. — Устала я, котёнок. Надоело мне всё, хочу жить иначе. И квартиру хочу другую...
— Давай, я поговорю с родителями, пусть тебе помогут с жильём...
— С ума сошла? — подрываюсь с места. — Не вздумай. Мне родители уже помогали, твоя очередь, запомни — своё жильё всегда должно быть и до свадьбы. А то вон как жизнь может повернуться. Но, — грожу пальцем, — никто не сможет тебя из дома выгнать, потому что он твой. Уяснила?
— Да, мама Люда, — опускает голову, как провинившийся малыш, и моё сердце сразу же смягчается.
— Ты ещё маленькая, но скоро всё поймёшь сама. Главное, найти того, с кем ты захочешь рука об руку шагать по этой жизни. Но это не значит, что не надо себя обезопасить — образование, хорошая работа и своя квартира, и ни один мужчина не сможет тобой помыкать.
— Угу, кроме босса на этой самой «хорошей работе», как у тебя... — ехидничает мелкая, и мы смеёмся, в чём-то она права.
— Будем работать на себя, — улыбаюсь.
— И кем же мы будем работать?
— Я кондитером? Ты, не знаю, — пожимаю плечами.
— Может, возьмёшь меня фотографом на полставки? Очень работа нужна.
— Куда ж я денусь, пока и клиентов мне ты поставляешь, кстати... так что ещё и продажником возьму, — смеёмся вместе.
Рассказываю, что для корпоратива уже всё согласовано и даже закуплено. Дарья Дмитриевна выделила мне помощника, который все пакеты в квартиру поднял, а главное, поможет увезти в банкетный зал, где будет проходить праздник.
Вечером, когда мы наболтались, отправляю Оксану на такси с гостинцами родителям в виде остатков капкейков со сгущёнкой и конфет с халвой, которые мы с сестрой сделали вместе. А сама читаю смс от бывшего ещё раз и думаю, что же ответить?
Как истинная девочка погружаюсь в думки о «вторых шансах» и «а что, если». И приводят меня эти измышления к ответу, который я строчу Матвею:
«Всё нормально. Мне нужен был этот разговор. Спасибо тебе большое».
Отправляю и, включив ноут с очередным видеоуроком, благополучно засыпаю, пока меня не будит странный пиликающий звук, которого не может быть в уроке по зефиру.
Открываю глаза, а уже утро. Глубокое такое — одиннадцать часов, солнце почти в зените, хоть и осеннее, но ласково греет и дарит надежду. Краем глаза смотрю на телефон, а там сообщение от бывшего, даже не одно.
Зовёт гулять и в кино. Что за ребячество? Нам скоро по тридцать, а он мне детские забавы предлагает. Но потом вспоминаю, как мы встречались, как украдкой бегали на ночные сеансы и гуляли до утра в парке, недалеко от дома моих родителей. Чудесное было время.
Вот в память об этих временах я и соглашаюсь.
Зачем? Сама не знаю, но к вечеру надеваю платье и каблуки, накидываю куртку и еду в торговый центр, где мы договорились встретиться.
— Привет, — ловит на парковке и тянет розочку, одинокую, блёклую, а всё равно приятно.
— Привет, — улыбаюсь и вдыхаю мягкий аромат бархатного цветка.
— Сначала гулять, а потом в кино или наоборот?
— Можно вопрос? — не выдерживаю.
— Угу, — мрачнеет на глазах, видимо, понимает, что вопрос будет о том, что происходит сейчас.
— Ты хочешь попробовать ещё раз?
— Возможно, — поджимает губы. — Ты не против?
— И как ты себе это представляешь? — сразу в лоб.
— Да никак не представляю, — тушуется, — давай просто сходим в кино и прогуляемся, а там видно будет...
Стою в раздумьях, а муж, который бывший, краснеет, взгляд прячет.
А я этого хочу? Зачем мне-то снова сходиться? Что я получу от этих отношений? Или, услышав, что я всё-таки могу зачать, Матвей вновь обрёл надежду на полноценную семью, а меня он всё же любит?
 
Отчаявшаяся женщина видит любовь и добро там, где их и в помине нет. А я пытаюсь отыскать логическое объяснение поведения бывшего супруга, который снова рвётся стать настоящим. Или ему так плохо у маман живётся, что готов сбежать хоть бы и ко мне?
Да вряд ли, вон какую моську наел, явно не работает больше, чем надо на минимум расходов, спит вдоволь и одежду сменил, вместо растянутых футболок и треников — чёрные джинсы и поло с длинным рукавом, даже куртёшка модная, приталенная. Красавец-мужчина, прямо-таки.
Неужто сам до этого дошёл? Сколько я хотела его в магазин затащить, всё упирался? А теперь-то понял, что дырявые подштанники барышень не воодушевляют, и решил переодеться?
Терзают меня смутные сомнения, что поступаю я ой как опрометчиво, но улыбаюсь, и мы идём гулять...
 Глава 14 
Вспоминаем былые годы, когда всё у нас было хорошо, если можно так сказать. Почти на каждое приятное воспоминание у меня находится плохое — ссора, колкое замечание, отсутствие поддержки...
Но сейчас, сейчас Матвея словно подменили. Он внимательно слушает и проявляет заботу — в кино помогает снять ветровку. Не припомню, чтобы он вообще когда-то так делал — покупает мне попкорн и напиток, придерживает дверь.
Да кто-то брал уроки этикета, не иначе. Может, Матвей и правда понял, что мне в браке не хватало вот такой мужской заботы? Когда ты можешь быть просто «девочкой», приехать домой с работы и позволить себе принять ванну, которую для тебя приготовит любимый. Или закупиться в магазине, а муж без напоминаний возьмёт и унесёт пакеты, а лучше ещё и разберёт их и сделает кофе.
Смотрю на бывшего и не узнаю. Возможно, это и к лучшему, будет проще дать этот самый второй шанс. Ведь ломать — не строить, послать его восвояси я всегда успею, а сейчас мне как воздух нужен рядом человек, которому я могу излить душу. Поплакать в жилетку и услышать тёплые слова в ответ.
В кинотеатре, умаявшись, засыпаю на плече Матвея и отдыхаю, хотя это громко сказано — шея затекает и копчик ноет, поза не самая удобная, да и возраст не тот уже, сворачиваться в три погибели на кресле во время просмотра фильма.
Бывший провожает меня до машины:
— Тебя подбросить? — улыбаюсь, — вечер прошёл замечательно, сто лет так не отдыхала.
— Я прогуляюсь, — засовывает руки в карманы, — хочу немного подумать.
— Ладно, — даже расстраиваюсь, а Матвей открывает дверь автомобиля.
— Можно? — вдруг спрашивает, замирая губами недалеко от моей щеки.
Только и могу, что кивнуть. Получаю прощальный «детский» поцелуй и прыгаю за руль — надо ехать, иначе что-нибудь ляпну.
Дома впадаю в беспамятство — ворочаюсь в постели, подушку обнимаю, которая, кажется, пахнет соляркой, снова позволяю немного слёз, но быстро прихожу в себя.
Во-первых, я должна подумать и о себе, ни к чему хорошему нервотрёпка не приведёт. Во-вторых, врачу виднее, раз она говорит, что шанс зачать есть, значит, есть, тем более, один раз уже получилось. В-третьих, если Матвей действительно хочет попробовать снова построить отношения и готов измениться, то мне надо думать о том, чем я хочу заниматься — в юридический не вернусь ни за какие коврижки, а вот кондитером быть, кажется, мне по душе.
Главное, мужа до размеров сумоиста не откормить, а то он ведь сладкоежка...
Что-то несёт меня слишком далеко, отбрасываю мысли, что жужжат в моём беспокойном мозгу, и засыпаю.
По новой доброй традиции — подъём в одиннадцать. Весь день вожусь с заказом Дарьи Дмитриевны и переписываюсь с Матвеем. Надеюсь, он не за рулём, а то не хочется стать причиной трагедии.
Общаемся ни о чём, бывший спрашивает, что у меня за заказ, и хвалит за усердие в кондитерском деле. Поддерживает в желании учиться и развиваться в этой области.