Озаренный Оорсаной 2. Путь Жреца (СИ)

Мы остановились, как вкопанные, с удивлением глядя на дело рук настоятеля.
— Чего встали? — зло выкрикнул он. Лицо старика посерело, на лбу появились капельки пота, — я смогу повторить это заклинание еще один раз. Потом пробивайтесь сами. Не забывайте о защите. Пошли!
Снова собравшись в «коробочку», мы прикрыли щитами настоятеля и двинулись вперед. Первым ударом положили почти треть врагов, отличный результат, но расслабляться еще рано, дед прав.
Все ближе и ближе мы подходили к порталу. Звери были совсем рядом, и я удивленно уставился на человека, сидевшего на белом медведе. Взмахом руки он отправил нам навстречу новую группу зверей — больше прежней. У самого круга портала оставался еще десяток медведей.
— Великая честь — победить самого слугу Нургала! — воскликнул настоятель, заметив предводителя, — я сталкивался с ним в нашем мире, лет пятьдесят назад. Мы тогда смогли уйти. Попробуем и сейчас.
Мне хотелось расспросить его, кто это, но времени не было. Звери уже бежали нам навстречу, а настоятель снова выпустил руну и наполнил ее энергией. На этот раз враги, завидев руну, разбежались в стороны, и ущерб оказался не так велик. Те, кто увернулся от руны, бросились на нас. Я продолжал держать защиту, даже не думая об атаке, а вот остальные жрецы не сплоховали, и стали сыпать огненными шарами. Один применил более сложное заклинание, и на левом фланге все нападающие погибли. Вскоре мы справились и с остальными.
Врагов осталось мало, но и физических сил у нас было совсем немного. Одно хорошо — энергии хоть отбавляй. Дорогу нам преграждал десяток опаснейших белых медведей во главе с человеком, и каждый из нас понимал, что пройти их будет очень непросто…
Я поддерживал настоятеля, который повис на мне, не в силах устоять на ногах. Его глаза вращались, а губы кривились в безумной усмешке.
Слуга Нургала на белом медведе выдвинулся вперед. Мы были совсем рядом, буквально в десяти шагах. Жрецы начали кидать в него огненные шары, но те, не в силах пробить мощную защиту, бесполезно уходили в сторону. Человек, в свою очередь, выкрикнул заклинание, которое, как острый нож, прошло сквозь нашу защиту. Я видел, как жрецов скрутила боль, и они бессильно упали на землю. Настоятель успел произнести: «Проклятье Нургала!» — и рухнул к моим ногам, затем боль настигла и меня. Все мое тело горело, каждая клетка испытывала непереносимую боль, туманящую сознание. Я, корчась, повалился на камни. Слуга Нургала спрыгнул с медведя и подошел к нам. Сквозь туман в глазах я видел, как он присел рядом со мной на корточки.
— Ты еще жив, — удивленно произнес он. Его голос шел как будто откуда-то издалека, — я применил к вам проклятье Нургала. Это заклинание обращает живых в рабов моего бога. Если ты жив, значит, в тебе есть то, что угодно моему богу. Сейчас боль пройдет, и ты сможешь стать одним из нас, — он встал и отошел от меня. Подойдя к настоятелю, ногой перевернул его на спину. Я увидел, что тот мертв. Губы его кривились в усмешке, а старческие глаза были абсолютно безжизненны.
— Вот мы и снова встретились, но на этот раз победил я, — сказал слуга Нургала.
Мне стало легче. Боль почти прошла, но я продолжал лежать на земле.
— Вставай, я вижу, что ты пришел в себя, — он подошел ко мне.
Поднявшись, я стал разглядывать его. С виду — обычный мужчина лет тридцати. Только очень уверенный в себе.
— Кто вы? — хрипло спросил я.
— Я — раб Нургала! — с гордостью ответил он. — Владыки множества миров.
— Зачем вы воюете с нами?
— Глупо, — насмешливо произнес он, — глупо задавать такие вопросы. Тебя сейчас должно интересовать только собственное будущее. Что лично тебя ждет.
— Вы не ответили, — упрямо произнес я.
— Вы бесполезны, вас нужно уничтожать. Добро, любовь, дружба, общество… Вы скучны и глупы. Поклоняетесь такой же глупой богине. Вы — пища для моих зверей. Вы не разумны. У вас нет стремления к экспансии. Вы готовы жить в своем маленьком мирке, как в муравейнике. Мир должен развиваться и расширяться. Должен выживать сильнейший. Это — естественный отбор, и мы идем с ним рука об руку.
 
— Я не желаю становиться рабом, — с вызовом произнес я.
— У тебя нет выбора. Ты выжил, значит, в тебе есть часть темноты, часть моего бога. Ты можешь либо умереть, либо присоединиться к нам.
— И много вас?
— Нет, — он зло ухмыльнулся, — нас очень мало. Но нам все равно тесно. И когда Нургал признает тебя, я первый оспорю его решение.
— Как же так: ты пойдешь против воли своего хозяина? — ехидно поинтересовался я.
— Его воля как раз и заключается в том, чтобы выжил сильнейший. Пока ты слаб, нет интереса в том, чтобы победить тебя. Ты должен будешь собрать войско — и победами доказать свою силу. Я дам тебе год, а потом брошу вызов, и мы решим, кто из нас более достоин быть рабом Нургала, — он обвел взглядом трупы зверей, — мне нечего делать в этом мире. Я забираю тебя с собой. Идем.
Он двинулся вперед, к порталу. Меня окружили огромные белые медведи. Я медленно двинулся за ним. Проходя мимо мертвого настоятеля, присел на корточки и закрыл ему глаза. Он был вредным старикашкой, но я не желал ему смерти.
Мне тяжело давался каждый шаг, приближающий меня к плену и к другому миру. Предводитель войска зверей остановился и посмотрел на меня. Он явно что-то хотел сказать, но в этот момент я активировал свой артефакт последней надежды — «Белый туман», который спас меня во время дуэли. Сейчас это был мой единственный шанс сбежать.
Я хорошо запомнил местоположение животных и слуги Нургала, и понимал, что у меня всего полминуты, чтобы сделать рывок в сторону портала. Начав действовать еще до активации амулета, я смог выиграть некоторое время. Плотный белый туман заволок всю округу. Его радиус был метров тридцать, но мне этого хватило. Быстрый прыжок, короткая перебежка, опять прыжок — и вот под ногами каменное основание портала. Посыл энергии — и ничего! За спиной раздался крик, затем рык медведя. Я еще раз послал энергию, пытаясь активировать портал, — и снова тишина. В ярости я ударил кулаком, сбивая его в кровь о плиты портала, — и активация! Теперь можно было выдохнуть: когда работает портал, никто не может прервать процесс и пройти к нему. Я выбрал знак рядом с монастырем и активировал его, слыша яростный крик раба Нургала. Мое тело скрутила дикая боль…
Конец второй книги.