Каста Неприкасаемых. 2 (СИ)
Решаю не ходить вокруг да около, а спросить прямо.
— Это чем же мы не угодили хозяевам, что вы нас гоните среди ночи?!
В поднятых на меня прищуренных глазах промелькнула приглушенная печать тяжелого горя.
— Вы тут не причем, просто с утра мы других гостей ждем, — тут он горько усмехнулся, — и вам лучше с ними не встречаться. — Еще одна печальная усмешка скривила его губы. — С этими людьми лучше никому не встречаться.
— Так! — Мне стало интересно. — Ну-ка, старый, давай не темни, расскажи все как есть, а мы уж сами решим с кем нам встречаться, а с кем нет.
Потеребив бороду, старик одарил меня еще одним тяжелым взглядом и все же начал рассказ.
— Земля наша вольная. Испокон века платили гранду десятину, и на том договор был нерушим. Мы на этой земле окраинной живем, чужаков не пущаем, за то нам послабление, и никто в дела наши не лезет. Так было всегда, при всех владетелях земли Ашанги, но недавно нынешний гранд Ситх поставил над землею нашей нового человека, — старик тяжко вздохнул, — и перевернулось все с ног на голову. Поборы пошли тяжкие, и разорение. Новый наместник — человек нехороший, поговаривают даже черной магией балуется, а то и вовсе бают — колдун. Люди у него, чисто тати с большой дороги, грабят народ честной. Недавно пришли к нам, запросили подати. Я им говорю, уплочено уже. Бумагу показываю, а они смеются. Плати, старик, коли жизнь дорога. Мы обсудили всем миром, решили, лучше заплатить. Так они не унялись, затребовали девок, мол, наместнику в дворовые. Общество послало людей сказать им “нет”, так они послов наших убили, а с утра сказали, сами придут и возьмут что полагается, а тем, кто посмеет противиться — не поздоровится. — Он посмотрел невидящим взглядом куда-то в сторону и добавил. — Сын мой старший ответ наш возил, так зарубили его супостаты.
Рассказ старика, прямо скажу, задел меня за живое. Я человек хоть и молодой, но несправедливости уже насмотрелся, меня произволом чинуш разных, да властителей не удивить. Но это уже через край! Здесь же все-таки империя, а не варварские края какие-то! В империи, если и отбирают чего, так по закону или прикрываясь им, а тут грабеж чистой воды без всяких прикрас.
Спрашиваю старика и не могу сдержать сочувствие в голосе.
— И что вы будете делать? Неужто отдадите дочерей своих?!
Выдохнув, староста расправил плечи и сказал так, словно уже попрощался с жизнью.
— Пока живы будем не отдадим, а там уж все в воле Хранителей!
Несмотря на суровую нелюдимость, мне этот мужик понравился. Было в нем что-то такое крепкое, несгибаемое. Я это в людях уважаю, потому как встречается редко.
Словно подтверждая мою мысль, старик, помолчав, добавил:
— Ну вот, я вас предупредил, а там, как знаете. Вы к гранду на службу идете, вам неприятности с его людьми ни к чему. — Он развернулся к выходу, а я вдруг по какому-то наитию остановил его.
— Подожди, старик, сейчас я со своими потолкую, может и решим чего.
Кряжистая фигура застыла в проеме ворот, а я быстро отошел к ребятам. Те уже прямо извелись все от любопытства и сходу закидали меня вопросами.
— Чего хотят то? — Салах аж привстал от любопытства, а Дамир, наоборот, отрезал, даже не пошевельнувшись.
— Денег свыше оговоренного не дадим, пусть и не мечтают!
Поднимаю руку, останавливая этот поток, и вкратце пересказываю им услышанное. Едва закончив, в наступившей тишине обвожу друзей взглядом.
— Народ к нам по-доброму, может и мы подмогнем селянам. Нам не в тягость, а хорошим людям в помощь.
Салах подорвался первым. Он, мне кажется, любой заварухе рад.
— Я за! Что за беспредел такой, надо разобраться!
Более трезвый Дамир как обычно начал с сомнений.
— Кто-нибудь из людей гранда уйдет, и Ситх узнает, что по следу его уже идут, а мы, напомню, рассчитывали на внезапность.
Этот аргумент я уже рассматривал сам, и на него у меня есть ответ. В реальном мире от человека в Сумраке никто не уйдет. Меня этот довод убедил и Дамира, думаю, убедит, поэтому молча перевожу взгляд на Таис, мол, что ты скажешь.
Та, подумав, удивляет меня своим согласием.
— Я за! Людям надо помочь, но ты говоришь старший над ними колдун?
Молча утвердительно киваю, и Таис вносит разлад в уже почти решенное дело.
— Тогда, ему не нужен гонец. Едва кровь мертвых впитается в землю, как он все узнает.
«К демонам…! — В сердцах чуть не выругиваюсь вслух. — Надо же, а так все было красиво!»
Чуть успокоившись, спрашиваю, смотря прямо в ее голубые глаза:
— И что?! Выхода нет?
— Почему нет! — Вместо Таис отвечает Салах. — Если дело в крови, то кончим их так, что ни капли не прольется.
— Это как же? — Устремляю на него недоверчивый взгляд. — Их будет человек десять. Нас трое. Даже если атаковать из Сумрака, без крови никак не обойдется.
Неожиданно в спор вмешался Дамир.
— Так, ты давай, Сумрак свой для демонов прибереги, а с людьми мы как-нибудь сами разберемся. — Он резко поднялся и сжал свою здоровенную пятерню. — Если надо без крови, то сделаем без крови. Правильно говорю, ваше высокородие?! — Осклабившись, он повернулся к приятелю. — Иль нет?!
Салах, в кои-то веки пропустив мимо ушей про высокородие, радостно откликнулся:
— Конечно, сделаем! Какие вопросы!
Их готовность к бою радует, но здравый смысл говорит, что не надо ее переоценивать. Сейчас в запале они наобещают передушить всех голыми руками, а потом, когда облажаются и разведут руками, мол, извини, не вышло, что станем делать. Если про нас узнает колдун, то узнает и гранд. Подтянет своего кореша со знаменитым ударом, и мы попадем в устроенную нам западню. Стоит ли рисковать всем делом ради какого-то лесного поселка?!
Вновь поднимаю взгляд на Таис. Знаю, она поймет мой вопрос без слов. Голубые глаза отвечают мне, не задумываясь — мы должны помочь людям, чего бы это не стоило!
Не могу сказать, что я с ней согласен, но она уже убеждает меня словами.
— Если парни способны сделать то, о чем говорят, то считаю надо спасти людей. Даже если немного крови и прольется — это не так страшно. Гибель одного, двух или даже трех бойцов из десяти не даст колдуну полной картины. Узнает он об этом и что?! Что он подумает? Отряд понес потери. Думаю, его это не очень волнует. Если же крови прольется больше, тогда тоже есть варианты. Главное, не дать ей впитаться в землю. Убрать, сжечь или перемешать со свиной. Этим могут заняться местные, они в таком деле будут расторопнее. Это точно запутает колдуна и не даст ему прямого ответа на то, что же случилось с его людьми.
Таис замолкла, а Салах радостно подытоживает ее речь:
— Ну вот, еще проще!
Теперь они все втроем смотрят на меня, и я, подумав про себя: «Ааа, была, не была!», соглашаюсь.
— Хорошо, уговорили! Наведем тут порядок!
Поставив точку, возвращаюсь к старосте. Тот не слышал, о чем конкретно мы говорили, но часть нашего эмоционального спора до него все же долетела. В его молчаливом взгляде без всяких слов читается один вопрос. Ну, и что вы решили?
Говорю ему без обиняков.
— Решили помочь вам, только…
Я собирался рассказать про кровь, но он мою оговорку понял по-своему и прервал на полуслове.
— Можешь ничего не объяснять, я все понимаю! Вы наемники и задаром не работаете. Говори смело, мы скупиться не станем. — Он посмотрел мне прямо в глаза и, заметив мое смятение, быстро добавил: — Мы, люди простые! За работу привыкли платить. Давай, прямо сейчас и обговорим. Если этих супостатов прогоните, да за сына моего поквитаетесь, то мы готовы дать каждому из вас по динару.
Он ждет моего ответа, и я, еще мгновение назад даже не собиравшийся ничего просить, инстинктивно включаюсь и говорю:
— По два! — И, словно убеждая самого себя, повторяю: — По два динара каждому!
Старик мгновение морщит в раздумье лоб, а потом протягивает руку.
— Согласен! — И немного подумав, добавляет. — Можешь звать меня Фарухом.
— Юни! — Жму в ответ его крепкую сухую ладонь и думаю: «Это с каких же пор я стал таким ушлым?!»