Под Его защитой (СИ)

- Яр, ты чего взорвался? Не пойму, тебя жена не удовлетворяет!
- Моя, жена, Калугин, моя сила. Она моя честь, моя вера, моё достоинство, самое ценное сокровище! Можешь ли то же сказать о своей вертихвостке? Алиса любит меня, да она проще умрёт, чем предаст меня. Самая большая сила мужчины - любящая его женщина.
- Если ты сейчас не заткнёшься, то это придётся сделать мне, а именно: заткнуть тебя, Яр! – на скулах Влада заходили желваки. – Я не желаю выслушивать от тебя всё это. Я не потерплю, чтобы ты и дальше в таком тоне говорил о Кире. Не заставляй меня делать выбор, друг.
- Выбор? Это ты что сейчас имеешь в виду? Между мной и ею… что, всё так далеко зашло, м?
- Яр, - Владислав сделал несколько глубоких вздохов, - не лезь ко мне с такими наездами, особенно не суйся в мою личную жизнь.
- Прости, Влад, но не могу. Я не позволю какой-то девице тебя погубить.
- Проклятье!  - Владислав вышел из машины, взяв направление в клуб.
Илья остановил Калугина у входа.
- Чего хотел Соколовский?
- Так, просто пообщались. Тебе чего? – Влад пристально посмотрел на Илью.
- Булат накатал на тебя заявление, Влад. Парни смогли отмазать, но тебе придётся сходить к следователю.
- Схожу, Илья, обязательно схожу.
Кира перевела дыхание, сев на диван в комнате. Она успела прийти быстрее, чем вернулся Калугин. Она убрала на место флэшку.
Девушка с волнением смотрела на вошедшего Влада, который имел слегка потрёпанный и уставший вид. Мужчина одарил девушку тёплым взглядом и сразу же направился в душевую.
Кира нервничала, ожидая его. Просто не знала, что ему теперь сказать. Она чувствовала себя предательницей.
Он вышел полуобнажённым, в брюках с голым торсом. Кира невольно засмотрелась на него. Он улыбнулся, перехватывая её взгляд, приблизился, заключил в объятия.
- Ты где снова была? – тихо поинтересовался он. – Я ведь просил тебя никуда не ходить, или ты слов не понимаешь? Ты подставляешься, Кира, или забыла, что нужна Булату?
- Я больше никуда не пойду.
- Надеюсь. Я предупредил парней, теперь они будут сопровождать тебя повсюду.
- Зачем это, Влад?
- Я так решил.
- Влад, я…
- Нет, потом, сначала я хотел поговорить с тобой.
- О чём?
Он отошёл от девушки и встал в пол-оборота, провёл рукой по волосам, а потом снова посмотрел на неё.
- Кира, знаешь, самая большая человеческая глупость - это страх. Страх совершить поступок, поговорить, признаться. Мы всегда боимся сделать очередной шаг, наверное поэтому иногда и оказываемся в проигрыше. Я знаю, что поступаю дурно, отмалчиваясь, когда не признаюсь в том, что действительно у меня на душе. Хожу вокруг да около, говорю не то, что есть на самом деле, делаю то, о чём просит мозг, но никак не сердце и не душа, потому что опасаюсь быть непонятым, опасаюсь, что это одностороннее и нужно только мне… - он приблизился к ней, взяв за руки. - Гордость? Самолюбие? Нет… скорее, страх. Но иногда приходит осознание того, что я сам себе надоел этим притворством, устал от тяжести того груза, что ест меня изнутри. Что важнее? Остаться в одиночестве со своим страхом или быть в согласии со своим сердцем… выбирать лишь мне одному и я сделал свой выбор…
- Влад, я не…
- Я не закончил, - он приложил палец к её губам, - я много думал и понял, что отношения - это компромисс, умение прислушаться к другому человеку, понять его, объяснить нечто важное, свои желания, отношения к миру, причины поступков. Молчать и дуться, решив, что всё понятно и так…— ну это по детски как-то… никто никому ничего не должен. Объяснять, просить объяснить, прощать, просить простить, разговаривать, да что угодно, но только не стоит уходить в тупик молчания и обид, нелепого и идиотского самолюбия.
- Влад!
- Я ещё не закончил, - он слегка улыбнулся, - Кира, в моей жизни достаточно риска, но лишь в сложных ситуациях можно вырасти и стать сильнее. Но самая рискованная ситуация на которую я могу пойти, это риск впустить в своё сердце женщину, риск оказаться уязвимым перед ней, риск открыть то, что спрятано глубоко внутри и незаметно с первого взгляда, риск разделить с ней невидимую часть себя - свои чувства, надежды, переживания, риск позволить себе открыться перед ней, не боясь ни боли, ни обид, ни предательства. Вот почему я предпочитаю просто убегать от своей такой слабости и искать укрытие в работе, повседневных заботах, забвении с другими женщинами и многих других аспектах, доказывающих мою силу. Но больше я не хочу бежать от своих чувств.
 
С замиранием сердца девушка слушала его слова.
- Влад, что ты хочешь этим сказать?
- Я говорил тебе, что не давал никаких обещаний, сейчас я готов их дать.
Она поражённо застыла в его объятиях. Вот что она теперь после всего, что натворила может сказать ему? Поймёт ли он?
  
Глава 22.
 
Владислав прижал к себе девушку, запечатлев лёгкий поцелуй на её губах, от которого по телу Киры пошли мурашки. Его сокрушающая нежность просто обезоруживала, заставляла сердце пускаться в галоп. Наверное именно сейчас девушка поняла, что ей никогда не хотелось бы покидать эти крепкие и надёжные объятия дорогого мужчины. Она потрясённо распахнула глаза, понимая, что пропала. Она полюбила Влада, но в его чувствах она совсем не была уверена.
- У меня такое впечатление, что ещё немного и ты мне предложение сделаешь? – произнесла Кира, улыбнувшись, а он хрипло засмеялся, слегка обескуражив её.
- Нет, Кира, к этому шагу я ещё не готов. Но я готов предложить тебе серьёзные отношения.
- Насколько серьёзные?
- Настолько, насколько это возможно.
- Ты любишь меня? – нерешительно спросила она.
- Ты мне очень нравишься, мне хорошо с тобой, как ни с одной другой женщиной, которых в моей жизни было немало.
Она отвела взгляд, он понял, что она не этого ответа ожидала.
- Послушай, - он заключил в ладони её лицо, вынуждая смотреть на него, - я не стану клясться в вечной любви и вообще, как в таковую не верю. Это всё фантазии, Кира. Привязанность - это не поиск какого-то правильного человека, это создание правильных отношений, которые становятся удачными не из-за того, что мужчина и женщина так хорошо ладят друг с другом, а потому, что они настойчиво преодолевают те моменты, где они не ладят. Жить вдвоём - значит вместе преодолевать трудности, которых просто не возникло бы, если не начинать жить вместе. Отношения подобны парному танцу, и важно, чтобы оба партнёра поймали его ритм.
- Да, наверное, - тихо ответила она.
- Ты согласна, Кира?
- Влад, - она заметно занервничала, отошла от него. – Я должна тебе кое что сказать и, если после этого ты всё ещё будешь хотеть иметь со мной не просто серьёзных отношений, а вообще, хоть каких-то отношений, то я соглашусь.
Улыбка сошла с его лица, его взгляд стал серьёзным, устремился на девушку.
- Ну, я слушаю.
- Ты спрашивал у меня, куда подевался мой брат, помнишь?
- Да, продолжай, - процедил он, становясь всё мрачнее, ему не нравилось куда она клонит, интуиция подсказывала, что ему не понравится то, что он сейчас услышит.
- Мой брат никуда не уезжал. Он попал в неприятности, мне пришлось помочь ему.
- Каким образом?
- Я…, - она тяжело вздохнула, сложно было признаваться в том, что совершила такую ошибку, но это необходимо было сделать.
Телефонный звонок стал для Киры секундным облегчением перед тяжёлым признанием. Она подошла комоду и взяла в руки телефон, ответив.
Владислав терпеливо наблюдал за ней, ожидая, когда она закончит разговор.
Но, Кира побледнела, телефон выпал из её рук, а сама девушка покачнулась. Она, наверное, упала бы, если бы Калугин не успел подбежать к ней и не придержал бы. Мужчина с волнением всматривался в её побелевшее лицо. На глазах девушки появились слёзы.