Обладать и ненавидеть (ЛП)
— Спасибо.
— Хорошего дня.
Звонок закончился.
Держу пари, что в их офисе настоящий бунт. Держу пари, они вдвоем просто смеются, смеются и смеются весь день.
Я смотрю на время на своем телефоне, раздраженная тем, что уже половина десятого. Мне так много нужно сделать до 16:30. Я могла бы работать весь день и все равно не успеть нарисовать пару картин к той серии, которую я должна подготовить для Надежды.
Я работаю не покладая рук, пропуская обед, не обращая внимания на то, что мою руку сводит судорога. Я откладываю свой пастельный карандаш и разминаю руку, отступая от своей работы и изучая ее. Расстояние помогает взглянуть на вещи в перспективе. Мои глаза скользят по холсту, находя области, которые мне все еще нужно усовершенствовать.
— Миссис Дженнингс?
Я подпрыгиваю от неожиданности и, обернувшись, с удивлением обнаруживаю Ребекку, консьержку квартиры, в дверях библиотеки. Иисус. Я прижимаю руку к своему бешено колотящемуся сердцу, пытаясь успокоить его.
Она с сожалением улыбается.
— Мне так жаль. Я позвала вас по имени, когда мы вышли из лифта, но вы не ответили. Мне сказали, что вы нас ждали.
— Уже 16:30?
Ее улыбка становится шире.
— 16:32.
Верно. Хорошо.
Я смотрю вниз на свои испачканные руки, каждый палец покрыт разноцветной пастельной пылью. Затем я поднимаю глаза и вижу, что позади нее стоит команда людей, которые прибыли, чтобы подготовить меня к вечеру, всего их четверо. Впереди всех стоит женщина с короткой стрижкой а-ля Натали Портман в фильме «V — значит вендетта», держащая в руках огромную черную косметичку. Женщина рядом с ней одета в длинный блейзер без рукавов с цветочным принтом, надетый поверх белой водолазки, и несет сумку, битком набитую средствами для волос. Позади нее двое парней держатся по обе стороны от вешалки с одеждой на колесиках, нагруженной чехлами с одеждой из «Блумингдейл».
Я вздрагиваю.
— Ничего, если я быстро приму душ? — спрашиваю я, чувствуя вину за то, что трачу их время впустую.
Хотя мне действительно нужно все смыть. У меня пастельная пыль в волосах и запеклась под ногтями.
— Конечно. Нам все равно нужно приготовиться, — говорит женщина с короткой стрижкой.
— Где бы вы хотели, чтобы они вас ждали? — спрашивает Ребекка.
— Эм… в большой комнате? Таким образом, у нас будет много места для всех.
Она кивает в знак согласия, затем поворачивается и протягивает им руку.
— Прямо сюда.
Когда я присоединяюсь к ним двадцать минут спустя, Ребекки уже нет, а женщина с короткой стрижкой, которая говорит мне, что ее зовут Джина, сообщает мне, что мы начнем с выбора платья, чтобы не испортить мою прическу и макияж.
Тот, кто их нанял — вероятно, Мейсон, — должно быть, дал им четкие инструкции относительно вечера, потому что они сразу приступают к делу, не спрашивая моего мнения. Я примеряю в общей сложности десять платьев, все разных фасонов и цветов.
— Этот, — единогласно решает группа.
Я смотрю вниз на красное платье с лифом, расшитым на заказ, и фиксированной талией, оценивая, как оно облегает мою фигуру от лифа до бедер. Драпированные рукава-фонарики и вырез в виде сердечка означают, что мое декольте обнажено. Они быстро исправляют это, добавляя бриллиантовое ожерелье — взаймы — которое пристраивается у основания моей шеи. Слава богу, у платья есть встроенные чашечки и косточки в лифе.
Я осторожно двигаюсь из стороны в сторону, пытаясь определить, не слишком ли рискованно открывается разрез сбоку на ноге.
— Вы не думаете, что это слишком? — спрашиваю я, глядя на группу.
Я встречаюсь с кучей взглядов, а потом, наконец, кто-то заговаривает.
— Если бы у меня была твоя фигура, я бы ходил в этом платье каждый чертов день, — говорит Ноэль, один из парней из «Блумингдейл».
— Да, — добавляет его друг Стивен, хлопая в ладоши. — Я бы надевал его даже в «Старбакс». На поздний завтрак. В спортзал. Я бы занимался в нем на беговой дорожке. Смотри на меня.
Я хихикаю и киваю, веря им на слово. Это немного смелее, чем то, что я обычно ношу, но они эксперты.
После того, как мы договорились о платье, я снова надеваю халат и сажусь в кресло для прически и макияжа. Мне не разрешают покидать его в течение, по ощущениям, трех дней. Мои волосы торчат во все стороны, когда они сушат их феном и убирают с шеи в аккуратную прическу.
Пока это происходит, мое лицо мажут и красят.
— Милая, эти брови убивают меня, — говорит визажист.
— Я думала, что большие брови в моде.
Она смеется.
— Не такие большие.
Замечание принято. Не то чтобы я в последнее время уделяла много внимания своей внешности. Моему искусству все равно, как я выгляжу, так какой в этом смысл?
— Ты хоть понимаешь, как тебе повезло, что у тебя такая костная структура? — спрашивает она, в ее голосе звучит раздражение на меня.
— Ммм… да? — отвечаю я, не совсем уверенная, какой ответ она хочет услышать.
— О боже, — стонет Стивен в агонии. — Не говори мне, что ты одна из тех девушек, которые не понимают, как они красивы. Неужели я живу в песне Тейлор Свифт?! Пожалуйста, Боже, помоги мне.
— Она не такая, как другие девушки, — шутит Ноэль.
— Я знаю, что я прилично выгляжу, придурки.
— Прилично выглядит! — Стивен в отчаянии. — БОЖЕ МИЛОСТИВЫЙ, она думает, что она серая мышка.
Ноэль двигает руками, как дирижер оркестра.
— Скажи это вместе с нами: «Я горячая».
— Я горячая, — повторяю я в ответ на громкости, больше похожей на шепот.
К тому времени, когда они заканчивают со мной, я действительно в это верю. Я стою перед зеркалом в полный рост в своей комнате после того, как квартира опустела, и смотрю на себя, как самовлюбленная дурочка. Я просто… ничего не могу с этим поделать. В большинстве случаев я наношу немного тонированного увлажняющего крема с SPF и заканчиваю на этом. Моя одежда симпатична и хорошо сидит на мне, но она практична для повседневной жизни.
Это, безусловно, лучшее, что я когда-либо надевала. Я хочу придумать способ наткнуться на каждого из моих бывших парней и хулиганов средней школы (да, я все еще помню тебя, Лора) по пути на вечер по сбору средств и посмотреть, как у них отвисают челюсти.
Мой телефон вибрирует на кровати, и я вижу, что это сообщение от Мейсона.
Мейсон: Мистер Дженнингс едет за тобой, и он хотел бы, чтобы ты подождала внизу, так как он немного отстает от графика.
Глава 16
К тому времени, как я спускаюсь в вестибюль, черный лимузин уже стоит на холостом ходу у тротуара перед входом. Я чертыхаюсь себе под нос, гадая, как долго Уолт ждал. Как только я закончила читать сообщение Мейсона, я бросилась в ванную в последний раз, подкрасила губы и запихнула все необходимое в свою изящную сумочку, но мои заоблачные каблуки было не так легко надеть, как я думала. Маленький ремешок на лодыжке доставил мне неприятности.
Я ненавижу, что Уолт победил меня здесь, приехав раньше. Я уверена, что это его разозлит.
Террелл стоит у дверей здания, и когда он видит, что я спешу к нему, он тихо присвистывает.
— Вы просто чудо, миссис Дженнингс!
Я сияю, когда мои щеки краснеют.
— Спасибо вам! — говорю я, пробегая мимо него.
Он быстро справляется с дверью, придерживая ее открытой для меня.
— Извините, не могу поболтать! Опаздываю!
— Не волнуйтесь. Он здесь совсем недавно!
Снаружи меня встречает ледяной воздух, и я закутываюсь в пальто, которое Ноэль и Стивен принесли в дополнение к моему платью. Оно темно-красного цвета с широким воротником, который я поднимаю, чтобы защититься от ветра. Водитель открывает переднюю дверь лимузина, чтобы выйти, но затем открывается задняя дверь, и Уолт опережает его.
— Не нужно, Александр, — говорит Уолт.
— Хорошо, сэр.
Уолт выходит на тротуар, встает во весь рост и поправляет лацкан своего смокинга, а я наблюдаю за ним с отвисшей от удивления челюстью.