Рассвет придет (СИ)

— Несколько часов, — повторила она. — И мы отсутствуем уже часа два. Даже больше.
— И верно. Мы поедем, — Лэнса кивнул. — Кэт, Охитека — нам и правда не стоит оставлять ребенка надолго. Мы поедем в отель. А вы отдохните вдвоем.
Понятно. Справятся и без сопровождения. Что ж, имеют право. Возможно, их обоих попросту утомила компания.
Охитека потянулся к внутреннему коммуникатору — сказать охране, чтобы готовили флайер.
Вроде бы и солнце выглянуло с полчаса назад — краешек светила едва-едва виднелся за горизонтом. Но воздух, казалось, успел прогреться. Или это иллюзия?
Легкий бриз, который пару-тройку часов назад заставлял ежиться от прохлады, теперь приятно освежал. Флайер с Лэнсой и Чероки умчался — спустя час оба уже будут в гостинице. Охитека пропустил Кэтери в дом, зашел следом. Двери за ними бесшумно съехались.
Она прошла в гостиную, шлепнулась в мягкое кресло неподалеку от окна. Охитека замер в проеме, разделявшем гостиную и прихожую.
— Помнится, у нас так и завис вопрос — выйдешь ли ты за меня замуж?
Кэтери фыркнула, оглянулась на него.
— Я уж думала, ты забыл об этом, — лукаво улыбнулась.
— Вот еще! Я ждал подходящего случая, — он прошел, уселся возле ее кресла. — Учитывая нашу загруженность последние без малого четверо суток, нынче — случай, как никогда, подходящий. Кэт, ты уже не сможешь отговориться суетой, делами и тем, что не знаешь, уживемся ли мы в мирные времена. У нас за плечами целый мирный сезон!
Она расхохоталась.
— Умеешь ты девушек уламывать, ничего не скажешь! Романтический герой.
— Мне до сих пор как-то не приходилось уламывать девушек. Обычно они сами меня уламывали.
Кэтери снова зафыркала.
— В скромности тебе, конечно, не откажешь! Хотя да — после той речи, что ты выдал, я верю: до сих пор девушки уламывали тебя сами. Кстати, они делали это в таких же выражениях? — она с искренним любопытством на него уставилась.
— Кэт! Ты не ответила на вопрос, — возмутился он.
— Ладно, отвечаю, — она снова фыркнула насмешливо. — Выйду. Где я еще найду мужа, который так будет меня смешить?
— Самый смешной муж, — пробормотал он. — Звучит как-то нелепо!
— Скажи еще, что передумал.
— Да хвоста медузьего! Не дождешься, — он, поднявшись, ухватил ее на руки, закружил и свалился на низкую кушетку.
Не сдержавшись, закашлялся, когда она приземлилась сверху — воздух из легких выбило.
— А с виду — легкая, — посетовал он.
— Ты еще на жизнь с женой так потом пожалуйся, — ехидно посоветовала она, переворачиваясь и устраиваясь поудобнее.
Склонила голову, прислонившись лбом к его лбу. Охитека увидел совсем рядом блестящие в лучах утреннего солнца глаза. В рассветном освещении они казались зелеными-зелеными, как вода в пруду.
А рассвет после долгой ночи все-таки наступил.
Кажется, он только сейчас окончательно в это поверил. Зимний мрак отступил, и на смену ему пришли свет и тепло. И надежда.
Вернее, даже не надежда — уверенность. Что теперь у них все сложится так, как надо.