Рассвет придет (СИ)

Он откинулся на спинку сиденья, просчитывая варианты. Деньги у него были наличные — приличная сумма. На первое время хватит. Свой импульсник он потерял — теперь у них один ствол на троих. Шутовская пушка, которую прихватил Мизу из квартиры товарища, не в счет — ею разве что припугнуть, да подстрелить пластиковым шариком, чтобы ошарашить.
Машина, свернув, остановилась за полквартала от останков небоскреба. Охитека без удивления понял, что и впрямь, горело именно убежище их недавнего покровителя.
Кругом валялись обломки, так что подъехать ближе не получилось бы. Это оказалось единственным препятствием для такси.
С этой стороны оцепления не было — стражи мира суетились напротив парадного входа. Точнее — напротив его останков. Небоскреб сделался на несколько этажей ниже. Из выбитых панорамных окон вырывалось пламя. Охитека уверен был — с фасада они увидели бы такую же картину.
Он машинально расплатился с водителем и вышел наружу. Кэтери медленно, не отрывая взгляда от горящего здания, выбралась следом.
— Это что же?.. — она беспомощно огляделась.
Оттуда, где они вышли, видно было, как толпились люди, стояло несколько машин стражей мира, пожарной службы. Машин медицинской помощи видно не было. Если кто и пострадал — должно быть, уже увезли.
— Это ведь офис того нэси, Лэнсы! Наследника… — Мизу осекся.
Охитека недоуменно обернулся к нему.
— А ты чего, домой не поехал? — бессмысленно спросил он.
Тот развел руками.
— Я тут подумал, что меня там может ждать сюрприз.
Охитека отвернулся. Он ведь думал в машине о том же. Но не предложил Мизу выйти с ними. Предоставил ему ехать домой. Охитека поморщился. Прихватив Кэтери за локоть, оттянул ее подальше, к углу высотного здания по соседству с горящим небоскребом.
Вот тебе и надежное убежище! Нэси вспомнился разговор, происходивший всего несколько часов назад, незадолго до выхода из дома. Интересно, успел Лэнса покинуть апартаменты до того, как произошла катастрофа? И что могло разрушить прочнейшее строение, находящееся под усиленной охраной?
— Тек! — Мизу настойчиво дернул за рукав. — Что ты забыл в офисе этого… толстосума? Интригана новоявленного от олигархии?! Не молчи! — он затеребил нэси.
— Для тебя есть какая-то разница? — устало переспросил тот.
— Есть! — рявкнул социалист.
— Пошли, — бросил Охитека, разворачиваясь. — Хочешь — пошли с нами. Хочешь — можешь остаться здесь или вернуться домой. Но торчать здесь — самое тупое, что только можно придумать.
Он зашагал по улице, раздумывая, в какой бы из небоскребов, в которых находились громадные торговые площади, нырнуть. Там можно было найти и тот же душ, и спа, и ресторанчик с отдельными номерами. Идти в гостиницу не хотелось — там придется официально регистрироваться. Как и в любом, самом захудалом хостеле или отеле.
Рядом шагал Мизу, всем видом демонстрируя, что разговор им предстоит не просто серьезный, а невозможно серьезный. Сам нэси был расположен улечься спать, едва найдется для этого подходящее место. Выяснять, что стряслось, кто открыл сезон охоты на социалистов, и что сталось с Лэнсой, он будет позже — когда отоспится.
*** ***
— А ты считаешь, где я должен был ошиваться, когда на меня охоту устроили?! — бушевал шепотом Охитека.
Кэт на соседнем диванчике тихонько посапывала.
— Ты мог бы обратиться за помощью к стражам мира, — негромко отозвался Мизу.
— А я к ним в первую очередь и пошел, как ни странно!
— Или обратиться к одному из нас, — тот словно и не заметил его слов.
— О, это была вторая гениальная мысль, осенившая меня в тот оборот, — саркастически рассмеялся нэси. — Мизу, не будь идиотом! За мной идут по пятам. И за тобой теперь тоже. Хочешь не хочешь, а мы сейчас в одной лодке. По крайней мере, до поры до времени. И если мы хотим жить — нам следует в этом разобраться, а не грызться сейчас между собой. Этим мы и после можем заняться — если уж тебе так этого хочется.
Тот ошарашенно воззрился на нэси.
 
— Знаешь, — проговорил он наконец. — А ты изменился. Поразительно, как это я не обратил внимание. Изменился до неузнаваемости!..
— Вот ведь удивительно, — нэси не сумел скрыть горечь в голосе.
— Слушай, Тек, — Мизу через силу перешел к деловому тону. — Помнишь, у тебя был знакомый… ну, из бывших рабов. Ты же его когда-то и выкупил. Может, через него можно найти укрытие на какое-то время? Что-нибудь выяснить?
Охитека с трудом сдержался, чтобы не расхохотаться. А стоит ли открывать Мизу все карты?.. Да какая разница, — решил он. Они сейчас и правда в одной лодке!
— Я у него был, — спокойно сообщил он. — В тот оборот, когда на меня совершили первое покушение. Мне нужно было где-то отлежаться… а то в участке стражей мира меня чуть не подстрелили, — он нервно хихикнул — воспоминания оказались неожиданно яркими. — Этот замечательный человек накормил меня, перевязал, уложил спать. А сам отправился к стражам мира и сдал, — ему не удалось справиться с истерическими нотками в конце фразы.
— Сочувствую, — помолчав, негромко проговорил Мизу.
— Да нет смысла, — отмахнулся нэси. — Тем более, что парня и в живых уже нет. Убрали стукача, — помолчал. — Надо первым делом разыскать Лэнсу, — проговорил он задумчиво. — Он — единственный, кто действительно помог нам, когда это было необходимо. И у него имеются сведения о происходящем. Во всяком случае, знает он побольше нас троих вместе взятых.
Смолк, глядя рассеянно на мерцавший далеко, над барной стойкой, экран в общем зале. Видно с их мест было плохо — мешали ширмы, да и расстояние было порядочным.
— Переключи-ка на наш, — нэси кивнул на экран поменьше, установленный неподалеку от их стола. — Пульт должен быть где-то возле тебя.
— Что ты там хочешь увидеть? — недовольно пробурчал социалист.
Охитека наградил его мрачным взглядом. Тот почел за лучшее не спорить. Нашел пульт и выполнил просьбу. При виде заставки новостей центрального канала демонстративно скривился, но говорить ничего не стал.
— …в похищении дочери председателя Совета трех континентов, господина Чунты, — распинался диктор. — По словам самого господина Чунты, его дочь держат в заложницах, выставляя непомерные требования выкупа. Виновником влиятельный нэси называет господина Лэнсу, молодого наследника недавно погибшего владельца нескольких крупных фармакологических лабораторий и заводов. Господин Чунта уверяет, что похищение и шантаж связаны с прозвучавшими недавно обвинениями в подтасовке итогов голосования на последнем собрании Совета Трех Континентов, и требованиями пересмотреть их. Какие именно требования выставляются именно ему — господин Чунта отвечать отказался.
— Не сам ли он свой офис подорвал, для отвода глаз? — осведомился Мизу. — Тек, твой приятель, оказывается, заправский шантажист?
— Едва ли, — хмуро откликнулся нэси. — Мизу, подумай. Если бы дочурке почтенного господина Чунты и впрямь что-то угрожало — стал бы он так беспечно рассказывать об этом во всеуслышание? Тем более, что после такого его вполне могут отстранить от занимаемой должности — он, фактически, признал, что все его решения будут вынужденными и подлежащими оспариванию.
— И зачем это?..
— Подумай. Пересмотрят сейчас какие-то решения. Примут те или иные поправки, новые правила. А потом, если результат не устроит, кого надо, господин Чунта заявит, что принимал решения под давлением. И новые результаты аннулируют. Зато, если все устроит тех, кто организовал шумиху — дело технично замнут, так что никто о нем и не вспомнит.
— Хорошенькое дело, — Мизу, прищурившись, откинулся на спинку дивана.
— Я уже знаю, о чем ты думаешь, — негромко рассмеялся Охитека. — Намерен внести раздор, если шум не поднимется после внеочередного собрания?
— А почему нет? — тот хмыкнул. — Мне этот Чунта, по правде сказать, никогда не нравился.
— Бедный господин Чунта, — протянул Охитека. — Никому-то он не нравится. Правда, это не мешает ему вот уже десятый год возглавлять одно из законодательных министерств…