Рассвет придет (СИ)

А ведь генетика лысого удерешь, если вломится охрана. Нарочно сюда привели?
— Явится охрана — пристрелить успею обеих, — он окинул женщин мрачным взглядом. — Да, задержат. Может, и пристукнут. Только ни одна из вас этого уже не увидит.
— Охрана не явится, — торопливо заявила управительница.
Глядела недружелюбно. У ее помощницы вид был откровенно напуганный. Того и гляди хлопнется в обморок. Начальница оказалась покрепче — хоть и глядела сумрачно, но держалась бодро.
— Прекрасно, — Охитека кивнул. — Охрана не явится — а значит, никто и не пострадает. Я пришел узнать, кому вы подотчетны после гибели господина Чойсо. Кому отправляете финансовые отчеты и с какой периодичностью, — бурые медузы, до чего нелепо звучат вопросы!
— О, я слыхала, — управительница сощурилась, разглядывая его.
— Я тоже много чего слыхал, — невежливо перебил ее нэси. — И слухи меня не интересуют! Меня интересуют доходы заведения, которым вы управляете.
— Отчеты о доходах я отправляю администрации своевременно, — во взгляде женщины появилось упрямое выражение.
— Прекрасно. Какова периодичность, и когда вы отправляли последний отчет?!
Она несколько мгновений сверлила его ненавидящим взглядом. Потом ласково улыбнулась. Охитека стиснул зубы.
— Периодичность — раз в год, как и положено, — она присела на ложе любви, чинно сложила руки на коленях. — К концу первой трети первых суток каждого нового года. До того момента весь доход отправляется на банковский счет заведения. Как распорядиться доходом — решает администрация.
— В начале весны, — прошептал Охитека. — Отлично! Значит, доход с этого дома находится на отдельном счету? — сердце помимо воли ускорило бег.
Деньги! У него есть деньги.
— Я сожалею, почтенный господин Охитека, — мягко проговорила управительница. — Но у меня нет полномочий снимать деньги с этого счета. Я могу только пополнять его.
Кулаки сжались сами собой. Вот не могло все быть гладко!
— Вот как, — проговорил он. — А кто может снимать с этого счета деньги?
— Перевод со счета происходит после того, как я отправляю отчет, — управительница хмурилась. — Занимается этим кто-то из управляющих вашего отца… ну, то есть — теперь ваших. Или временной администрации. Я только выполняю свою работу, — последние слова прозвучали резко.
— Хорошо, — он глубоко вздохнул. — Реквизиты счета имеются?
А чем ветродуй не шутит! В конце концов, в наследство он вступил. А значит — формальное право распоряжаться счетами у него имеется. Правда, технически это не так просто осуществить, как хотелось бы. Снять-то деньги он может. Только его немедленно накроют — потому что для финансовых манипуляций нужно очутиться или в банке, или хотя бы возле сетевого терминала. В любом случае, зайти в систему он может лишь от своего имени. А значит — для любой операции придется обнаружить себя.
— Разумеется, все есть, — женщина дернула плечом. — В кабинете.
— К слову. Почему вы привели меня сюда? — он обвел рукой вокруг себя.
— Мне казалось, вы бы хотели, чтобы беседа наша осталась приватной, — женщина с легким удивлением на него воззрилась.
— Разумеется, я предпочту, чтобы сведения о моем появлении здесь не распространялись, — Охитека нахмурился. — К слову, — он замялся. — Я вижу, вы осведомлены о моем положении. Прошу обратить внимание: несмотря на то, что за моей головой идет охота, я все еще жив.
Чахлый аргумент. Чахлый.
— Вы мне что, угрожаете?! — управительница вдруг расхохоталась. — Вы мне угрожаете! Тем, что вас, быть может, не шлепнут. И тогда вы отыграетесь за попытку вас сдать или помешать вашим планам! — смех ее звучал истерично.
Идиот пернатый. Правильно она делает, что насмехается.
— Я сделаю все, чтобы меня не шлепнули, — тускло отозвался Охитека.
И смех женщины притих, завял. Она снова посерьезнела, нахмурилась. На лицо вернулось недружелюбное выражение.
А ведь ей в любом случае придется вести нечестную игру. Если она не предаст его — ей придется подвести тех, кто на него охотится.
— Я обязательно награжу всех, кто поможет мне теперь, — проговорил он.
 
Она снова расхохоталась — резко и зло.
— Ты сначала выживи, мальчик, — процедила она сквозь зубы. — Идем в кабинет! Я дам реквизиты счета, всю информацию по финансовым вопросам. Только вот что: не нужно загонять меня в угол и требовать открыто выступить против тех, кто сейчас в силе. Потому что вам, юный господин, еще нужно выжить. И вернуть свое положение.
Он кивнул. Слова ее звучали разумно. Ему есть, чему поучиться у этой женщины.
Снова путь по широким коридорам, застеленным мягкими коврами. Тусклый свет старомодных люстр, напоминающих свечные канделябры.
— Сколько денег сейчас находится в кассе? — осведомился он, когда флешка с данными по финансовым отчетам скрылась во внутреннем кармане.
Женщина побледнела.
— Я ведь говорила, — запальчиво начала она.
— Вы говорили, что отчет подаете в начале весны! — он невольно повысил голос. — И что раньше ни деньги на счету, ни вас никто не трогает!
— Но я не знаю, отслеживает ли администрация их поступление. И если за треть суток на счет поступит заметно меньше обычного, меня могут спросить о причинах. Что я должна буду ответить?!
Права, ветродуй ее разнеси. Да и доход за треть суток — мелочевка! Так, на карманные расходы.
Охитека запустил пятерню в волосы. Сейчас бы посоветоваться с Лэнсой! Сам он ни хвоста медузьего не смыслит в финансовых формальностях.
Есть ли у него реальный доступ к своим же счетам? Сам он не проверял. Опять же, запустит лапу на счет публичного дома — и даст понять, что знает о его существовании и намерен использовать эти деньги. А значит, ничто не помешает временной администрации обнулить или заблокировать счет. А за год скопилась немалая сумма — ее может хватить и для найма охраны и боевиков.
Нет, если проверять, доступен ли для него счет — то сразу снимать оттуда все, что есть. И куда-то переводить — потому как таскать с собой наличные в таком количестве…
Выждать? А пока он выжидает, управительница сообщит, кому следует, что наследник интересовался банковским счетом. Он перевел взгляд на женщину.
— Поедете обе со мной, — хмуро сообщил он, вынимая телефон. — Передайте охране, чтобы открыли внутреннюю парковку — за нами заедет машина. Оставьте того, кто сможет временно вас замещать.
Управительница побелела. Ее помощница зажала рот ладошкой.
— Вы с ума сошли! — вскинулась женщина. — Если мы уедем с вами — нас обвинят в пособничестве! Наши головы полетят…
— Не полетят, если не станете всем подряд рассказывать, куда и с кем уезжали, — огрызнулся он. — Возьмите пару девиц для прикрытия! Наименее болтливых. Тех, кому доверяете.
И мысленно похвалил себя за сообразительность. После визита в штаб-квартиру Лэнсы обитательницы публичного дома уж точно трепать языками не станут!
Глава 15
Машина свернула по обыкновению на подземную парковку небоскреба, где располагалась штаб-квартира компании Лэнсы. Однако, вместо того, чтобы остановиться у служебного входа в здание, покатила вдоль боковой стены.
Охитека нахмурился, выглядывая в окно.
Когда сплошная бетонная стена поползла в сторону, открывая черный провал входа, он почти не удивился. Авто нырнуло внутрь и направилось по низкому коридору. Здесь не было освещения — путь озаряли только фары. Зато была вторая полоса — видимо, для тех, кто двигался навстречу.
— Куда нас везут?! — тут же всполошилась пернатая помощница управительницы.
— Самому любопытно, — мрачно отозвался Охитека.
В животе скручивался тугой узел холода. Подземелья под небоскребом! Нет, он знал, что такие есть под любым из высотных строений Уру. Иначе быть не могло. У всех владельцев небоскребов имелись секреты, не терпящие открытого солнечного света.
Где-то здесь, должно быть, допрашивали человека из временной администрации заводов, проданных Хезутой. И сюда же Лэнса приказал доставить обеих обитательниц публичного дома.