Ангел-Хранитель, или Никогда не работай в библиотеке (СИ)

– Че случилось-то?
– Семен Сергеич звонил. Нужно срочно ехать в библиотеку.
– А сколько времени? – Денис озирался по сторонам, вглядываясь в темноту в поисках своего телефона.
– Четыре.
– Сто один далматинец сбежал что ли? Что за срочность?
– Приедем, узнаем.
Я надела джинсы и пыталась в темноте найти второй носок. Денис, пошатываясь, дошел до стены и включил свет. Яркий луч резанул по глазам, от чего мы оба зажмурились.
– Выключи, – прошипела я, – маму разбудишь.
Денис щелкнул выключателем, и комната снова погрузилась во тьму. Одевшись, мы также в полной темноте прошли в коридор. За дверью маминой комнаты было тихо. Денис со всего размаху плюхнулся на табурет, открыл дверцу обувного шкафа и стал громыхать содержимым, пытаясь найти ложку для обуви.
– Тише ты! – я отвесила брату оплеуху, – маму разбудишь. Бери кроссовки в руки и шуруй за мной на лестницу, там оденемся.
Подхватив кроссовки и куртки, мы подошли к лифту. Второпях завязывая шнурки, мы вышли из подъезда, вызвали такси и быстро доехали до библиотеки. Несмотря на позднее время, во всех окнах горел свет, а через бумажные жалюзи было видно, что внутри много людей, которые бегают туда-сюда.
– Что-то точно произошло, – заметил Денис, выходя из машины.
– Удивительно, правда? – поддела я его. – Я думала нас на чаепитие вызвали.
Мы зашли внутрь. Здесь было также, как и днем. Только света было намного больше, а люди говорили в полный голос, не делая друг другу замечания. К нам тут же подбежал Семен Сергеич. Очки сбились на край носа, волосы растрепаны, под глазами синяки, будто он пару ночей не спал.
– Ребята, у нас грандиозная новость. Просто сногсшибательная! Вы должны это видеть.
Он заспешил в глубь стеллажей, туда, где находилось главное хранилище книг со сбежавшими героями. Большая черная дверь, которая показалась в прошлый их приход неприступной, была открыта настежь. Там стояли люди в белых халатах, одни держали папки с бумагами, другие держали какие-то инструменты в руках. Будто здесь проводится сложнейшая хирургическая операция. Семен Сергеич жестом пригласил нас войти.
– Давайте начну с самого начала, иначе вы ничего не проймете, – он поправил очки и показал на папку, которую держал в руках один человек в белом халате. – Вот эти документы мы нашли в архивах Хана. Вы понимаете, что после всего, что случилось, нужно было проводить огромную ревизию. И среди множества документов, которые хранились в его сейфе (а сейф на минуточку, пришлось распиливать), обнаружилась вот эта папка. В ней – документы, написанные рукой вашего отца.
Мы замерли и одновременно повернули головы в сторону папки. Семен Сергеич взял ее в руки, открыл и протянул мне лист, на котором был нарисован какой-то прибор.
– Этот инструмент изобрел ваш отец. По всей вероятности, еще до того, как ему пришлось бежать. Но это не совсем точно.
– Почему не точно? – оторвался от рассматривания замысловатого рисунка Денис.
Семен Сергеич покосился на второго лаборанта.
– Есть мнение, что эти листы были написаны совсем недавно, буквально несколько дней назад.
– Но тогда получается, что отец был здесь?!
– Не могу представить, как это могло бы произойти. Войти сюда неузнанным днем, а пробраться в закрытое помещение ночью просто невозможно.
– Ну, не совсем невозможно, – Денис хитро посмотрел на Семена Сергеича, от чего тот одарил его недобрым взглядом.
– Что это за инструмент? – я вернула листок в папку.
– А вот здесь начинается самое интересное, – Семен Сергеич прошел вглубь помещения, лаборанты двинулись за ним следом. Он дошел до широкого железного стола, на котором лежал небольшой черный предмет, тот, который был изображен на рисунке. Он взял его в руки и победоносно продемонстрировал. – Это механизм, который может определять Героев.
– Это как? – не понял Денис. – Видеть их и показывать их настоящую сущность? Как «глаз» Ангела?
– Не совсем. Это что-то из разряда охотников за привидениями. Этот прибор чувствует ауру Героев и показывает ее наличие в помещении и около тех предметов, которых Герои касались. Эта аура сохраняется достаточно долго, особенно возле предметов, с которыми Герои взаимодействовали постоянно.
 
– Откуда это известно? Ведь вы не могли проводить испытания.
– Верно. Мы только собрали этот инструмент по чертежам. Он довольно прост в производстве. Но ваш отец собрал достаточно большие данные, – он помахал папкой. – Но даже не это самое главное.
Он взял прибор и прошел к шкафам, в которых стояли запечатанные черные книги. Нажал какую-то кнопку и приборчик мерно заурчал. Поднес его к шкафу, звук изменился на попискивающий, волнующий. Убрал руку, звук стал тише и спокойнее.
– Видите? – проголосил он. – Работает?
– Вы для этого нас посреди ночи выдернули? – недовольно пробурчал Денис. – Отец изобрел прибор. Здорово. Но разве это настолько важно?
– Это важно, – насупился Семен Сергеич, обидевшись на то, что открытие не волнует ребят, – но вот это намного важнее. По крайне мере для вас.
Он выключил прибор и прошел мимо ребят к выходу. Мы с Денисом переглянусь и пошли следом. Лаборанты остались в комнате что-то дописывать и проверять. Пройдя несколько шагов, мы оказались перед знакомой дверью, ведущей в кабинет директора библиотеки, который раньше принадлежал Хану. Теперь на двери красовалась железная табличка «Старовойтов Семен Сергеевич».
Мы зашли в кабинет и в ожидании смотрели на Семена Сергеича. Тот дождался, пока все внимание будет сосредоточено на нем, вытянул руку с прибором вверх и победоносно включил. Устройство тут же ожило, замигали лампочки, раздался истошный пронзительный звук. Семен Сергеич стал ходить по кабинету, подносить прибор к стенам, плакатам, стеллажам, столу, стульям, даже попытался достать до потолка. Наконец, он остановился перед ребятами и выключил прибор. Наступила тяжелая тишина.
– Видели?!
– Видели. Прибор орал как сумасшедший, – Денис смотрел на старшего товарища не открываясь. – И что это значит?
– Это значит, – Семен Сергеич глубоко вдохнул, но фразу закончить не сумел, – я не знаю, что это значит. Я могу только догадываться.
Он тяжело опустился на стул для гостей, положил прибор и кивнул на диван. Мы сели и молча смотрели.
– Как я уже говорил, – начал тот, – прибор определяет ауру Героев. Он работает в хранилище, потому что там много запечатанных книг. Но здесь никогда не было ни одного пойманного. Мы прошли с прибором по всей библиотеке, он работает только там, где происходит перенос из фонарей в книги и где они хранятся. Все. Но тут он пищит как умалишённый.
– И? – не выдержал Денис.
– Это может, я еще раз хочу подчеркнуть, что может – в этом помещении постоянно находился Герой.
– То есть Хан – Герой? К отцу это какое отношение имеет? – я начинала терять терпение.
– Я уже говорил, что аура может храниться долго. Особенно там, где Герой был долго, где трогал разные предметы. До Хана этот кабинет занимал ваш отец, – выпалил Семен Сергеевич.
– Вы хотите сказать, – я осторожно подбирала слова, – что наш отец – Герой?
– Либо он, либо Хан. Но я ни в чем не уверен. Слишком мало информации.
– Подождите, подождите, – затараторил Денис. Когда он волновался, слова вылетали из него скопом, – то, что ангел их видит, и то, что у нее есть эта Сила Слова – это все потому, что наш отец – Герой?!
Все ошарашено посмотрели на него.
– Я это не связывал, – тихо проговорил Семен Сергеич, – но может быть ты и прав. Из всех Хранителей дар видунов есть только у вашего отца, у Хана и у тебя.
– Нет, – я замотала головой. – Герои выдуманы. Выдуманы кем-то, они не существуют на самом деле. Они не заводят семьи, не рожают детей.
– В нашем мире они как люди, выглядят также, действуют также. Вы не переживайте. Это все только домыслы, которые мы с вами только и придумали. Все может оказаться совсем не так. И о том, кто вы можно будет узнать только у вашего отца.