Господин Грей (СИ)

– Мальчишка... – устало прокомментировал Хастад и обратился к доктору. – Если вы закончили, можете быть свободны.
Доктор кивнул переводя взгляд с Ольги на великана и обратно, затем направился к выходу. Ольга вышла его проводить.
– Так вы на самом деле та самая?.. – наконец, не выдержал сгорающий от любопытства доктор.
– Да, – улыбнулась Ольга. – Разумеется, вы помните, что подписали договор о неразглашении?
– Конечно-конечно... Просто ваш случай – первый в моей практике.
– Доктор, скажите, есть ли шанс, что к нему вернётся зрение и возможность самостоятельно передвигаться? – спросила она.
– Зрение – возможно. А вот ходить – вряд ли. Все мы знаем, что чудеса случаются, но тут они маловероятны. Увы.
– Ясно. Ждём вас через неделю, – сказала Ольга и указала врачу на машину с водителем.
До спальни она чуть не бежала, опасаясь новой встречи с Хасом. Начинать новую перепалку с сыном ей не хотелось.
К счастью, дом выглядел пустым, и по пути никто не встретился.
– Хастад? – позвала она и поцеловала его в щёку.
– Как изменится твоё отношение ко мне, если я навсегда останусь таким? – спросил он.
– Я буду любить тебя, как и раньше, – без раздумий ответила она.
– Прости меня, Хола... Я облажался.
– Мы справимся, – сказала она, держа в руках его ладонь.
Вдруг пальцы великана слегка дрогнули.
– Ох, ты чувствуешь мои прикосновения? – не веря своим глазам, спросила она.
– Угу, немного, – улыбнулся Хастад, затем закрыл невидящие глаза и сказал. – Я устал, сейчас отключусь.
Поговорить о будущем так и не удалось.
Ночь для Ольги была лишена покоя: Хастад, хоть и спал, но стонал во сне от боли. Приходилось прыгать от кровати к койке и обратно, потому что хотелось как-то помочь, облегчить страдания великана. Ольга сходила с ума от собственного бессилия, и утра ждала, как чуда.
– Хола… – тихо, едва слышно прошептал Хастад.
– Я здесь. Как ты себя чувствуешь?
– Пить… – попросил он, а когда утолил жажду, сказал. – Как будто меня всю ночь пытали.
– А зрение? Что-нибудь видишь?
Хастад поморгал, но перед глазами лишь плыли размытые пятна.
– Нет. Лучше расскажи мне, как обстоят дела холдинга?
– Это последнее, что должно волновать тебя сейчас, – уклончиво ответила Оля.
– Хола, если дать слабину, нас задавят. Прежде всего, пострадаете вы с Хасом. Так что нет, это первое, что меня волнует.
Ольге пришлось признать, что великан прав.
– Кто-то пустил слух, что ты либо при смерти, либо умер. Мне доложили, что в четверг акционеры устраивают тайное собрание, чтобы обсудить перспективы холдинга и дальнейшую стратегию развития. Они даже меня не поставили в известность… – она развела руками.
– Придётся их разочаровать, – сказал Хастад и цокнул языком.
– Каким образом?
– Приду на собрание, – как будто это само собой разумеется, сказал он. – Может, услышу что-то полезное. Кстати, где будет проходить собрание?
– Хастад! – не оценила юмора Ольга. – Ты едва не умер! Четверг – это послезавтра! Какое ещё, к чертям, собрание!?
– Так где, говоришь, оно будет и во сколько?
– Эх… – нервно выдохнула она и отчеканила. – В малом зале нью-йоркского офиса, в двадцать три часа по Москве.
– Хорошо, – Хастад улыбнулся, польщённый тем, что жена беспокоится за него. – Принеси мне, пожалуйста, поесть. Я голоден.
– Сейчас… Ох, я не успела ничего приготовить! – опомнилась она. – Ты подождёшь, пока я сварю или будешь то, что приготовил повар?
– Неси то, что есть.
Первую часть трапезы Хастад послушно открывал рот, затем ему надоело чувствовать себя беспомощным, и он сам взял в руки ложку.
– Я на удивление быстро привыкаю к слепой жизни, – прокомментировал он.
– Врач сказал, что зрение скоро вернётся, – поспешила обнадёжить Ольга.
– Не слушай никого и не доверяй никому, хорошо?
– Все доктора подписали бумаги о неразглашении… – не поняла подозрительности мужа она.
– Не будь такой наивной, Хола. Кто-то регулярно докладывает врагам о моём состоянии. Когда разберусь с акционерами, проверю домовых слуг и всех, кто контактирует с нами.
 
– Может быть, в Нью-Йорк полечу я? – предложила она.
– Исключено. И довольно об этом, – он повёл носом. – И вообще я чувствую себя грязным.
– Нет, Хастад, даже не проси! – поняла Ольга намёк.
– А я и не прошу, – ответил великан таким тоном, что сразу стало ясно: спорить бесполезно. – Знаешь, я как-то очень не хочу испражняться в эти трубочки, которые в меня вставлены.
Ольга сделала глубокий нервный вдох и попробовала воззвать к разуму больного.
– Что ты несёшь? Как ты планируешь до туда добраться? Ты парализован! У тебя датчики по всему телу!
– Я не настолько беспомощен, Хола.
– А если ты упадёшь, как я тебя поднимать буду? – не унималась она.
– Позовёшь кого-нибудь из серых, – ответил он. – И хватит паниковать. Я терпелив, но не настолько, – с этими словами он принялся бесцеремонно снимать с себя датчики.
Аппарат диагностики физического состояния тревожно запищал пронзительным раздражающим звуком. Ольга отключила его от питания.
Великан тем временем избавился от трубок и ждал, пока его койку отвезут в ванную.
Никого не пришлось звать на помощь. Хастад, орудуя одной рабочей рукой, справился с туалетом сам.
«Даже паралич не сможет приковать его к койке», – подумала Ольга.
Дальше великан потребовал, чтобы ему набрали тёплую расслабляющую ванну. Ольга уже не спорила, просто украдкой с тревогой поглядывала на мужа, который, сидя на своей койке, пытался одной рукой стянуть с себя больничную рубашку.
– Помочь? – предложила она.
– Да, там что-то зацепилось за шейный фиксатор… – наконец, удалось избавиться от одежды. – Спасибо, Хола. Постучи по краю ванны, чтобы я мог рассчитать расстояние.
Каталка только-только поместилась в ванной комнате и развернуть её было никак. Хастад переполз на край и плюхнулся в воду так, что Олю окатило водой с головы до ног.
– Извини. Я всё равно хотел предложить тебе присоединиться, – с хитрой улыбкой сказал великан.
– Если вдруг почувствуешь себя хуже, сразу говори, ладно? – с беспокойством в голосе ответила Оля.
– Расслабься. Я не хрустальный.
– Ты – живой, – напомнила она ему, раздеваясь и залезая в ванну.
– Как хорошо, что ты об этом вспомнила, – снова довольно заулыбался он. – Спина нещадно чешется. Потри меня, пожалуйста, мочалкой.
И Ольга принялась усердно растирать тело великана, спускаясь от груди к ногам. На середине пути она наткнулась на явный признак сексуального возбуждения своего мужа.
– Хастад! – воскликнула она удивлённо.
– Ничего не могу с собой поделать, когда ты рядом, да ещё голая, – пояснил он.
– Ты же меня не видишь?
– Мне достаточно чувствовать тебя.
– И… что мне с этим делать? – растерялась она.
– Удовлетворить моё желание. Иначе я не успокоюсь.
– Сомневаюсь, что это хорошая идея…
– А ты не сомневайся, – Хастад здоровой рукой притянул Ольгу ближе к себе.
– Ты точно уверен?
– Точно, – он закрыл глаза и улыбнулся. – У тебя появился уникальный шанс руководить процессом самостоятельно.
– Почему это уникальный?
– Потому что когда ещё тебе представится такая возможность?
– А если я сама захочу взять инициативу?
– Ладно, если очень захочешь, уступлю тебе, так и быть… Иди ко мне.
Как только их бёдра соединились, Хастад забыл, что ранен. Болезненные ощущения отступили, а на смену им пришло блаженство. Здоровой рукой он задавал темп и помогал Оле двигаться вверх-вниз. Её теплые ладони упирались в грудь великана, иногда соскальзывая ниже, к торсу, и от этого лишь сильнее приближали момент кульминации. Ещё чуть-чуть, и оргазм захлестнёт Холу… последние ритмичные движения, шумное сбившееся дыхание – и финал.