Мародер без диплома (СИ)
Из глубины следующей клетки на меня сверкнули два светящихся глаза. Что-то не очень большое, но и не особенно маленькое. Рысь? Тут к первой паре глаз добавилась вторая. Из темноты раздалось хищное шипение.
Ладно, дальше у нас кто?
Я обошел весь зверинец. Опознать обитателей смог еще в трех клетках — кабанчки захрюкали, когда я приблизился, здоровенных каких-то размеров волк высунул между прутьями нос и тихонько зарычал, и пума. Ее клетку освещала луна, так что видно ее было вполне отчетливо. Ее-то как сюда вообще занесло? В Сибири такие кошки отродясь не обитали...
Остальные звери или спали, или клетки были пусты.
Ряд вольеров утыкался в высокие ворота из толстой металлической решетки. За ней — круглая арена, покрытая чем-то светлым, не то песком, не то опилками, окруженная несколькими рядами скамеек. Что это? Матонин устраивает гладиаторские бои на досуге? Вряд ли же это вонючее место предназначено для цирковых представлений, с клоунами и воздушными акробатами...
Зверей стало еще жальче.
Хрен с ними, с людьми, среди них полно мудаков, придурков и отморозков. Но вот животных держать в таких мерзких условиях — это уже что-то запредельное. Я задумчиво направился обратно, в голове замаячили наметки идеи, как нам всем троим выбраться из этой дурацкой крепости. Я настолько потерял бдительность, что чуть не столкнулся нос к носу с каким-то хмырем почти на самом выходе из зверинца. Хорошо, что он что-то бормотал себе под нос, и я успел метнуться в тень какого-то чахлого куста и прикинуться ветошью.
У нежданного визитера не было черной бороды, роста он был невысокого, сутулый, прихрамывающий на одну ногу. Похоже, довольно старый. И он постоянно что-то бормотал. Не то считалочки какие-то детские, не то другие стишки. Он не шевелился и наблюдал за ним. Он медленно прошелся вдоль ряда клеток. Остановился возле кабанчиков, послушал их тревожное хрюканье, потянул носом. Что он вообще может почуять в такой вонище? У меня уже глаза слезятся тут...
— Эй, Степан! — раздался громкий голос еще кого-то. — Ты чего там?
— Да звери что-то беспокоятся, заяц что ли какой заскочил.. — ответил Бормотун.
— Так гони его и иди спать, — снова сказал кто-то, потом хозяин голоса подошел ближе, и мне стало его видно. Бородатый, но не черный. Обычный такой селянин на вид. В рубахе подпоясанной кушаком, волосы острижены под горшок.
— Тревожно мне, Митя, — сказал Бормотун-Степан. — Не спится что-то. Погода портится, али что другое плохое надвигается.
— Пойдем ко мне тогдась, — сказал Селянин. — Я на Базарную площадь вчера ездил, припрятал в тайном месте бутылочку первача. Ядреного, я такой всегда беру. Тяпнем по стаканчику, тревогу как рукой снимет!
— Это дело, — пробормотал Степан. — Сейчас только запоры проверю еще разок...
Что-то металлически лязгнуло, потом Степан вполголоса выругался. А потом раздался громогласный грозный рев.
— Тише ты, тише, Потапыч, — снова забормотал Степан.
— Что это он у тебя так лютует? — спросил Селянин-Митя.
— Так хозяин же приказали его не кормить, — Степан отошел от клетки. — Говорит, что голодный он игривее.
— Тьфу, пропасть... — Селянин смачно сплюнул. — И забыть бы рад про эту забаву, да какое там. Теперь и мне уже самогонки захотелось. Пойдем, Степан. А ты спи, мишка, спи. Эх, бедная животина...
Бормотун снова забормотал какие-то считалочки, и они оба ушли.
Я поднялся из-за куста и понял, что как будто стало чуть светлее. Похоже, короткая летняя ночь катилась к рассвету. Плохо, очень плохо! Пора бы мне поторапливаться, а в моем плане еще конь не валялся! Почуяв меня, медведь снова заревел. Потерпи, мишка, твое время скоро настанет...
Я проскочил калитку и прижался к стенке гудящего здания. Да, точно электричество отсюда идет. Вон толстенный кабель из-под стены выходит. Теперь надо разобраться, как всю эту конструкцию отключить. Взять топор и просто перерубить этот витой канат? Так самого может током шибануть, и привет...
Я обошел здание по периметру. Довольно большое, кстати. Где-то пять на пять метров. Дверь была заперта на висячий замок. Детская забава.
Я склонился к замочной скважине, покопался в ней своей железкой-выручалочкой. Надо же, кто бы знал, что этот мусор из кармана Гиены мне столько раз пригодится?
Замок скрежетнул, щелкнул, и дужка откинулась в сторону. А я сунул железку обратно в карман. Приоткрыл дверь.
Пахло озоном и как будто какими-то специями. Я вошел внутрь и в недоумении остановился. Это что вообще за хрень такая?
Большую часть внутреннего пространства домика занимал каплевидный котел узким концом упиравшийся в пол. Поддерживала его в вертикальном состоянии рама с двумя обручами. Над верхним краем котла медленно вращались в разные стороны два колеса. Сбоку на стене было что-то вроде панели — длинный ряд мигавших красными и зелеными огоньками кнопок. Ничего похожего на рубильник нигде видно не было. Несколько секунд я посмотрел на эту неведомую фигню, потом решил что перерубить кабель топором будет надежнее. Ну, в крайнем случае, если вдруг ручка у топора окажется мокрой, быстро превращусь в кусок жареного мяса, и все тут.
Я осторожно вернулся к калитке и выглянул за нее. В дальнем конце барака светилось одно окно. Похоже, именно туда направились загрустившие Митя и Степан. Двое Беков отошли, во всяком случае, больше они не стояли на том месте, где я их в прошлый раз видел. Начавший закипать адреналин нашептывал, что действовать надо быстрее, быстрее! Бежать через двор, хватать топор, бежать обратно, рубить кабель, потом бежать к Натахе, потом... Но тут я придержал коней. Не хватало еще спалиться по-тупому. Бывает такое, когда сначала удалось тихонечко проникнуть в расположение противника, проскользнуть мимо часовых, показать невидимый фак патрульным, то последнее дело — возомнить себя невидимкой и начать расхаживать в стане врага как у себя дома — гордо и в полный рост. Так что я опять опустился в горизонталь и пополз вдоль стены дома. Вдруг кто-то из окон решит выглянуть, а тут я, такой. Как на ладони...
Так. А вот к топору не подползешь. Придется все-таки рискнуть и встать в полный рост. Как я уже успел заметить, в этом поместье обитали не только Беки и их психопатичный хозяин, но и обычные люди. Мало ли, кто-то из слуг решил прогуляться по двору в предутренний час. А тут топор воткнут. Дай, думаю, дров поколю...
Я встал, одернул пиджак, несколько раз вдохнул и выдохнул, чтобы не сорваться на бег. Бегать надо будет потом, позже. А сейчас — размеренный прогулочный шаг, вразвалочку, раз-два...
Я подошел к колоде, ухватил тяжеленный колун за рукоять и дернул его вверх. Вот будет фейл, если я сейчас его выдернуть не смогу! Но нет, прокатило. Топор выскочил из колоды всего-то со второго рывка, я закинул его на плечо и, разве что не посвистывая, прошел несколько шагов до угла дома. Где снова торопливо упал в горизонталь, вжался в стену и прислушался.
Прокатило! Уф!
Теперь обратно к генератору. Или что он там такое, фиг его знает...
Я постоял над кабелем, примериваяьсь и покачивая колуном. Собрался с духом. Давай, Лебовский! Еще немного протормозишь, у тебя руки от волнения вспотеют. По-быстрому, раз — и все!
Эх! Я рубанул по кабелю без особенного замаха. Полыхнуло нелюдским совершенно светом, я успел прикрыть глаза, но даже сквозь веки почти ослепило. Я не понял, отскочил я, или это меня отбросило. Перед глазами плыли цветные пятна, в ушах шумело после оглушительного треска. Но главное у меня получилось — ослепительный свет на долбаной площади наконец-то погас.
Так, теперь ходу отсюда!
Я проскочил мимо калитки и подбежал к клетке с медведем. Тот издал недовольный рев и махнул на меня лапой между прутьями решетки. Жесть какая, он же громадный, судя по лапище! Что ж, тем лучше. Я протянул руку к задвижке, но быстро ее отдернул, чтобы избежать удара когтями. Да блин...
Отошел на шаг, подобрал кусок кирпича, швырнул его в клетку, чтобы хозяин тайги отвлекся на шум. Тот снова рыкнул, когтистая лапа исчезла, а я быстро откинул задвижку и отскочил за угол. Пусть он не сразу сообразит, что выход свободен, даст мне немного времени.