Чужой. Сердитый. Горячий (СИ)

Этот всегда серьезный и прямой мужчина чем-то взволнован и продолжает молчать, чем несносно раздражает.
Очевидно, что лекарство все еще не подействовало в полной мере.
— Говори, — нервно дернул рукой, заставляя мужчину докладывать мне обстановку.
Ненавижу эту нерасторопность и жду емкой конкретики без лишних слов.
— Мы их нашли, — спокойно ответил мужчина и помедлив, продолжил, — недалеко от города. Если поспешим, то перехватим лично. Наши люди уже отслеживают маршрут их машины. Волков плотно сел на наш крючок.
Облегчение — это было невообразимое ощущение уверенности в дальнейших действиях впервые за все время. На самом деле стало не просто легче дышать, а даже прояснились такие путанные и сложные мысли.
Сейчас я готов сокрушить весь мир, лишь бы скорее добраться к этой наглой и беспринципной мрази, которая посмела вообще посмотреть в сторону моей жены!
— Едем, — я взлетаю на ноги и схватив только свой телефон, скорым шагом направляюсь за Эльдаром. — Он сам ее сопровождает или еще есть глупцы, которые готовы расстаться со своей жизнью? — спрашиваю я, когда внедорожник тронулась с места с пронизывающим визгом шин.
Мой телохранитель всегда водит машину профессионально и с умом, но сейчас нарушает правила дорожного движения без моих приказов, мчась за пределы города. Эльдар еще несколько дней назад посоветовал перебраться в другой город, где недалеко были замечены моя жена и эта редкостная мразь, чтобы в случае чего быть к ним намного ближе. И телохранитель оказался очередной раз прав, ведь следуя указанному маршруту моих людей, догоняем их меньше, чем через полчаса.
Поверить не могу, что они сидели у меня прямо под носом!
Меня выворачивает наизнанку только от мысли, что моя жена находится в окружении чужого и взбалмошного сорванца. Стоило обратить раньше свое повышенное внимание к их неожиданному знакомству и совместной работе. Но ведь я обращал внимание, приставлял людей, поставил камеру после того, как предложил жене работать с бухгалтером, и ничего не увидел. Они едва за весь день могли перекинуться парой рабочих фраз, даже не смотря на друг друга.
Но все-таки он мне не нравился, еще с того момента, как Ярослава вступилась за него. Как специалист парень проявил себя на многообещающую перспективу, помог в нескольких аферах, но вот то, что он сблизился с Ярославой… Да и она тоже хороша, вечно показывает свою обаятельную душу напоказ, отчего я утопаю в жгучей ревности.
— Сам, — утвердительно кивнул мужчина. — Пока не нашлось безумней этого безумца.
Нет, ему точно конец.
Этот паршивец посягнул на мою жену и живым точно не уйдет, только после долгой и мучительной смерти от моей руки. Я заставлю его жрать собственное дерьмо за то, что посмел к ней прикасаться, смотреть на нее и говорить с моей женой. А если он с ней не только… Он будет страдать, валяться в моих ногах и умываться своей кровью.
Я убью эту тварь, вымещу свою ярость… А потом придет черед этой самоуверенной стервы, которая все еще питает какие-то нездоровые надежды к побегу. Глупая, как овца!
Но она мне нужна живой, определенно. Но вот целой… Это уже вряд ли. Она заслужила мой гнев. А позже по достоинству будет ценить мою нежность и опеку — это проверенный способ достучаться до ее здравого смысла и чувства самосохранения.
В каждой паре бывают недоразумения, и мы это очень быстро исправим рядом психологических работ для нашей супружеской четы. Стерпится, все равно ей не куда деваться.
— Достал еще какие-то данные на него? — поворачиваюсь к телохранителю, вперив взгляд в неприметную машину, в которой по данным охраны находится моя жена с Вадимом Волковым.
— Да, Господин Гордеев, есть кое-что. Папка в бардачке, — кивнул мужчина. Я беру папку и открывая ее, пробегаю взглядом по распечатке, ощущая холодный гнев изнутри.
Копать моим ребятам пришлось долго и трудно, но все-таки даже хорошо скрытые данные рано или поздно всплывают, если знать к кому обратиться и сколько заплатить.
Он полицейский, следователь, высшее образование, лучшая подготовка в нескольких боевых категориях и законченный профиль экстремального выживания… Хорош, но не так хорош, как хотелось бы. Ведь этот профессионал сейчас перед нашим носом и деваться ему точно некуда.
 
Неужели она повелась на помощь полицейского, когда ее брат не смог продержать меня больше положенных сорока восьми часов в отделении с довольно милым повышенным комфортом? Наивная, наивная Ярослава… Как бы ты вытерпела все то, что я хочу с тобой сделать.
Звонок телефона отвлекает не от такого интересного чтива, как от блаженной мысли о мести. Двоим. Теперь еще и зная их точное местоположение, наше появление может быть довольно неожиданным и позволит мне выбить весь боевой дух жены. Я уже предвкушаю чувство контролируемой власти, которое я снова верну и посажу под замок эту проклятую женщину. С меня этого дерьма достаточно!
Будет знать, как заставлять меня нервничать! Мое сердце и так не на месте…
Он сворачивает на заправку. Требую у телохранителя пистолет и с удовольствием снимаю оружие с предохранителя. Но, как только я тянусь к дверце машины, она оказывается заблокированной.
Мои удивленные брови взлетают вверх.
— Это что еще за фокусы? — недовольно передернув плечами, смотрю в глаза своего телохранителя.
— Вы не можете так просто взять, выйти из машины и стрелять во все, что движется, — твердо заявляет мужчина, причем сверкнув в меня таким суровым взглядом, будто приходится моим отцом. — Чего вы этим добьетесь сейчас, Максим Викторович? Она будет в ужасе и не подпустит вас к себе. И мы не знаем насколько они близки, нужно прощупать обстановку и понять… — его аргументы я едва слышу, когда замечаю, что сопляк выходит из машины и направляется к другой стороне машины, открывая дверь моей жене.
Я этого джентльмена сейчас подвешу галстуком за яйца!
— Эльдар, мне не нужны твои нравоучения. И понимать в этой ситуации мне нечего. Все слишком прозрачно — моей жене захотелось развлечься, вскочить на первого встречного и променять меня на этого сопляка! — я все еще помню, как пришел в бешенство, когда старик рассказывал мне о том, какие теплые отношения между моей женой и мнимым похитителем.
Телохранитель поворачивает голову влево, и я веду свой взгляд туда же. Когда вижу, что МОЮ женщину грубо хватают за локоть и так встряхивают, что она едва не спотыкается, я вновь порываюсь выйти из машины, но дверь все еще заблокирована.
Я убью его! Я убью всех!
— Он непредсказуем. Как может поступить человек, который окажется загнанным в угол с единственным шансом под рукой, чтобы навредить вам? — я понимаю куда клонит Эльдар и напряженно прикрываю глаза.
В упор смотрю на руки этой мази, которые схватили мою жену и ведут к магазину так быстро, что она едва успевает за ним, оглядываясь по сторонам в поиске… Помощи. У меня дергается глаз, когда он накидывает на ее голову капюшон и явно шепчет нечто угрожающее, чтобы она пониже опустила голову и не показывала своего лица, которое прокручивают каждые полчаса по всем новостным каналам страны.
Сука!
— И что ты предлагаешь? Все время быть на их хвосте и смотреть, как он к ней пренебрежительно касается своими мерзкими руками? — я сорвался на крик от безысходности. — Это моя жена!
— Они в любом случае должны остановиться в месте, чтобы передохнуть от дороги. Мы будем наблюдать и подберем тот момент, когда вашей жене не будет угрожать прямая опасность от руки Вадима Волкова.
Я не хочу слушать его глупые доводы. Если бы Волков хотел убить мою жену, то давно бы с ней расправился, а так…
— Отдай приказ готовиться к захвату. Они должны остаться живыми, — приказываю я.
— Господин Гордеев, вы поступаете безрассудно. Она мне стала как дочь, а вы подставляете ее жизнь опасности, потакая своим чувствам. Я не буду отдавать никакого приказа. Вам придется убить меня, если вы жаждите ее смерти! — рявкнул он в мою сторону, отчего я на секунду замешкался.